Чтение онлайн

Сегодняшняя встреча окончательно убедила Натали в том, что Изабелл - неподходящая партия для Патрика. Единственное, что она сможет сделать - сломать ему жизнь, играючи. За то время, что Натали её не видела, девушка практически не изменилась. Все так же отлично терялась в толпе, сливаясь с серой массой. Она назначила встречу в кафе, довольно дешевом, где подавали отвратительный кофе с пластмассовым послевкусием и пирожные, похожие на лист картона. Мадам Локруа чувствовала себя здесь странно. Она не вписывалась в обстановку. Её кружевные перчатки, кипенно-белый костюм и шляпка с вуалью выдавали в ней человека из высшего общества, которого неизвестным ветром занесло в не самый благополучный район. Изабелл пришла на встречу без опоздания, ровно в назначенное время. Неизменный шейный платок, очки, кепка, обычные джинсы и футболка. Наброшенная на плечи ветровка. Всё чисто и опрятно. Кажется, девчонка начала следить за собой. Даже немного косметики в ход пустила. Пудру и блеск для губ. В целом, выглядела намного лучше, чем раньше.

Она больше не пила, но зато курила в два раза больше. Практически не выпускала из рук сигарету. Говорила не очень охотно, о жизни почти не рассказывала, больше выпытывала информации о Патрике. Чем он живет, с кем встречается и встречается ли? Натали выдавала информацию микроскопическими дозами, в итоге сказала, что Патрик уехал из Франции и больше не вернется. Он решил покончить с прошлым, и в первую очередь с воспоминаниями об Изабелл. Девушка, услышав это, только хмыкнула, ничего говорить не стала. Знала, что скандалами ничего не добьется.

Известие об отъезде Патрика сделало свое дело. Окончательно добило надежды на лучшую жизнь. Говорят, что надежда умирает последней. Теперь у Изабелл ничего не осталось. Она вспомнила о человеке, который ею дорожил, слишком поздно, а до этого дважды предала. Все чаще закрадывалась ей в голову мысль, что жить, по сути, незачем. Некоторые женщины находят смысл жизни в детях. Изабелл и здесь пролетела. Ни детей, ни любящего человека рядом. Никого. Она снова один на один с недружелюбным миром.

А Натали, меж тем, продолжала беспокоиться за судьбу сына. Её не впечатлил рассказ Изабелл, она не увидела там раскаяния. Понимала, что люди, подобные Изабелл, не меняются. Они остаются такими на всю жизнь: циничные, расчетливые, каждый свой шаг продумывающие. Даже улыбки на их лицах появляются тогда, когда люди делают для них что-то. Это даже не благодарность, а демонстрация снисходительного отношения.

Разговор по телефону с Элизабет опасения только подтвердил. Родственница поведала о недавнем признании Патрика. Он по-прежнему, неравнодушен к Изабелл. Если она его позовет, Патрик побежит к ней, как преданная собачонка. Временами любовь лишает рассудка, заставляет людей совершать глупые ошибки, бежать по раскаленным углям и битому стеклу, не обращая на обожженные или кровоточащие ноги, не замечая боли. И только потом, когда отношения, построенные после преодоления разного рода препятствий, рушатся, человек задается вполне обоснованным вопросом: для чего нужны были жертвы? Есть ли вариант, что оба могли обойтись без лишних страданий, разойтись на ранней стадии, не мучить друг друга, не заламывать руки, не спорить до хрипоты. Просто, тихо и мирно разойтись, оставив в памяти лишь приятные моменты. Однако человек предпочитает все проверять на собственном опыте, рискнуть, проиграть, а после корить себя за содеянное. Такова его несовершенная природа.

* * *

Изабелл сидела на лавочке в парке, сжимая в пальцах тлеющую сигарету. Подожгла её, но так и не закурила. Из состояния оцепенения выпала лишь в тот момент, когда сигарета, дотлев до фильтра, обожгла пальцы. Девушка бросила окурок на землю, потерла его носком кеда и снова погрузилась в свои размышления, таившие в себе лишь отчаяние и разочарование в бездарно прошедшем дне. Все надежды, возложенные на него, рухнули в одночасье. Изабелл рассчитывала встретиться с матерью Патрика, поговорить с ней задушевно, попытаться убедить в ошибочности прошлых действий, изобразить раскаяние, но игра оказалась напрасной. Младший Локруа уехал. Разумеется, конечную точку маршрута Натали не назвала, предоставив Изабелл свободу выбора. Какой город выберет, там может и искать. Каким образом выбрать город? Метод научного тыка никто не отменял. Если это, действительно, такая сильная любовь, Изабелл сможет найти Патрика, сможет доказать ему серьезность своих намерений. Вот только он будет дураком, если снова купиться на ту же приманку, что и раньше.

Натали собеседнице не верила. И правильно делала, между прочим. Искренности в рассказах Изабелл не было. Она хотела казаться примерной девочкой, рассказывала жалобные истории, на деле не испытывая раскаяния. Ей просто хотелось красивой жизни. И первым делом Изабелл вспомнила о Патрике. Все так же безнадежно влюбленном, готовом простить ей любой проступок.

С годами внешность его менялась. Смазливое очарование школьника сменялось мужественностью взрослого парня, вот только чувства его законсервировались на одной стадии. Изабелл сама понять не могла, чем так привлекла внимание Патрика, но, безусловно, этим гордилась. Вместе с гордостью, конечно, присутствовала некая доля отвращения к влюбленному парнишке, слишком прилипчивым он был, но имелся один аргумент в защиту Патрика. Весомый аргумент. Его благосостояние, за которое Изабелл могла простить все, даже излишнюю сладость в отношениях.

Общение с ним напоминало нечто вроде десерта, в то время как отношения с другими парнями походили на острые блюда, обильно приправленные специями. Нечто вроде блюд китайской кухни. Такие же, не очень качественные, в наскоро склеенных упаковках без особой сервировки. Можно даже руками есть, никто слова поперек не скажет, потому что привычное дело. С Патриком все было иначе. Столовое серебро, изысканный фарфор, свечи, накрахмаленный салфетки и минимальные, красиво оформленные порции на этих самых тарелках изысканного фарфора. До знакомства с ним Изабелл имела дело с людьми, похожими на нее. Теми, кого принято называть трудными подростками. Локруа оказался едва ли не представителем аристократии. Учился в частной школе, обедал в ресторанах и не задумывался о том, какая жизнь царит за пределами его мира - мира богатых, а временами и знаменитых. И совсем-совсем ничего не смыслил в отношениях. Кажется, при всей своей внешней привлекательности, он так и болтался до встречи с Изабелл в одиночестве, не подцепив себе подружку. Удивительно, но факт.

Их первый поцелуй был робким и нерешительным. Патрику его действия тогда казались дерзостью, а Изабелл втайне посмеивалась над романтиком. Его действия и поцелуем-то можно было назвать с большой натяжкой. Он просто клюнул её в губы своими губами и тут же отстранился, почти мгновенно. У их первого настоящего поцелуя был привкус шоколада и сигарет. Они, как всегда, бродили вдвоем по улицам, ели шоколадные батончики, купленные в супермаркете, а после, сидя в парке на скамейке, курили. И после Изабелл сама предложила Патрику научить его целоваться. Программа минимум, заключенная в обучении курению уже к тому времени оказалась благополучно усвоена учеником, а вот его поцелуи оставляли желать лучшего. Первое время Изабелл делала вид, что её все устраивает, после решилась взять инициативу в свои руки. Естественно, Патрик сначала удивился, а после почти без промедлений согласился. И там состоялся их первый поцелуй. Локруа оставался верен себе. Тогда отчего-то засмущался, но в дальнейшем втянулся.

Патрик был хорошим собеседником, надежным хранителем чужих секретов, иногда даже дельным советчиком. Многие девушки с руками бы его оторвали, но Изабелл... Она не могла точно определить, по каким критериям выбирает людей для общения. Просто к одним сразу же вспыхивала искренняя симпатия, к другим отношение оставалось неизменно равнодушным, третьи вызывали приступы злости, зависти или ненависти. Вот Патрик находился где-то между второй и третьей категорией. Не лежала к нему душа, совсем. Да, забавно наблюдать за его попытками играть во взрослую жизнь, но иногда и самые смешные шутки устаревают, перестают приносить удовольствие, а потом, услышав её в сотый раз, человек понять не может, над чем раньше веселился. Шутка примитивна и совершенно обезличена, таких миллионы и миллиарды. Вот с такой шуткой и ассоциировался у Изабелл её ухажер. Сначала забавно, потом - отвратительно. Да, в самом начале он сумел удивить девушку, поймав её на месте преступления, но это же не повод поддерживать постоянное общение. Окажись он шантажистом, требующим денег за молчание, общение вполне оправдано. Но при таком раскладе... Изабелл недоумевала, действия подростка ставили её в тупик. Она отталкивала его, а он, как шарик пинг-понга, оттолкнувшись от поверхности стола, вновь возвращался к ней. Позже ситуация лишь усугубилась, начался период признаний в любви. Надоевшие игрушки принято выбрасывать или отдавать тем, кто в них нуждается сильнее, Изабелл пыталась отдать Патрика другим девушкам. В переносном смысле, разумеется, не в прямом. Убеждала, что он ещё встретит на своем пути множество очаровательных девушек, которые будут счастливы рядом, а ей он не нужен. Патрик оставался при своем мнении. Делал вид, что ничего не слышит, не замечает пренебрежительных нот в её голосе. Как репейник прицепился, не оторвать.

Второй виток их истории тоже сопровождался чем-то подобным. Но Изабелл уже привыкла, не раздражалась так сильно. Принимала чувства Локруа, как должное, изредка подбрасывая в костер несколько тонких веточек-признаний. Говорила ему о своей, несуществующей, любви. Патрик верил. Хотя, стоит отметить, расставание длиной в полгода кое-что в парне изменило. Он стал закаленнее, жестче, временами расчетливее и циничнее. Не тот очаровательный малыш, не знающий грязи и наивно верящий в торжество справедливости. Совсем не тот. Патрик отлично поддерживал тот образ, но уже начал формироваться, как личность. В характере появились зачатки стали.

Каким же он стал теперь?

Изабелл натянула кепку на лоб, стараясь скрыть лицо от окружающих. Терпеть не могла заинтересованные взгляды, направленные в её сторону. И людей, которые, передвигаясь по улицам, только тем и занимаются, что разглядывают других прохожих. Будто нет у них в жизни более интересных занятий.

Девушка усмехнулась. Да, просчиталась она знатно. Думала, что её отъезд неплохо запутает следы, а возвращение окажется неожиданностью. Локруа, как всегда, сделали не шаг, а целых два шага вперед, опередив её. Отправили единственного сыночка подальше от Парижа, чтобы защитить от цепких рук охотниц за богатством семьи, вроде Изабелл и множества других девочек, заполонивших школы и университеты. Они могут выглядеть по-разному: одни скромно, другие развратно и вызывающе, но цель у них одна. Нет, не конкретно Патрик. Просто богатые мальчики, способные дать то, что этим девушкам так необходимо - красивую, роскошную жизнь, не омраченную поисками денег на повседневные нужды.