Чтение онлайн

Холодная влага мгновенно освежила кожу, но внутренний огонь не угас. Закрыв глаза, я видел её. Её дикие, полные вызова глаза, её вздернутый подбородок, её дерзкую усмешку.

Её гонор, её необузданный нрав. Она была словно заноза, глубоко засевшая под кожей, и я знал, что не смогу успокоиться, пока не вытащу её.

Или не сломлю.

Мишель

Зло пыхтя, я быстро перебирала ногами, почти бежала в сторону моего дома. Сердце колотилось в груди так сильно, что, казалось, ещё немного – и оно вырвется наружу.

В ушах звенело от собственного дыхания, а перед глазами стоял его надменный взгляд, его презрительная усмешка. Жутко невыносимый мужчина, ужасный!

Я скривилась, и сама мысль о нём вызывала во мне волну тошноты.

Как же я смогу его вытерпеть? Как смогу совладать со своими эмоциями, если уже сейчас, при первой же встрече, я выплеснула всё своё недовольство.

Горло сжалось, я сглотнула, пытаясь избавиться от противного комка ярости и страха, подступившего к нему. Остановившись у своего забора, я судорожно сжала шаль в руках.

Щелкнула калиткой и, не останавливаясь, буквально влетела в дом.

Делия растерянно встретила меня в дверях. Её брови были нахмурены, а глаза полны беспокойства. Она не ходила на собрание, ведь ей нездоровилось, но одного моего взгляда было достаточно.

Она всё поняла. Поняла по моим раскрасневшимся щекам, по яростно блестящим глазам, по напряженным плечам.

Я бросилась к ней, обнимая её изо всех сил, пытаясь хоть как-то унять эту неистовую бурю внутри. Страшно. Ужасно страшно, что будет дальше.

Его слова, его угрозы проскальзывали в голове, отзываясь эхом. Он не уедет. Сейчас не уедет. И что тогда? Как мне быть? Как просто справиться с ним, с собой, со всем этим безумием?

— Девочка моя, нежно прошептала Делия, гладя меня по спине. Её прикосновения были немного снимали остроту паники.

— Он ужасен! — надрывно выдохнула я, голос мой звучал хрипло и надломленно. Отстранилась, чтобы взглянуть в лицо Делии.

В её глазах не было удивления, только глубокое понимание и грусть. Она продолжала гладить меня по рукам, нежно убирая выбившиеся из косы пряди волос за спину.

В её прикосновениях было столько утешения, но даже это не могло полностью изгнать образ Вальтера из моего разума.

Его глаза, его властный тон, его невыносимая уверенность в собственной правоте. Я ненавижу его. И ненавижу себя за то, что позволила ему так сильно вывести меня из равновесия.

Дверь скрипнула, и на пороге появился запыхавшийся Эдгар. Его волосы слегка растрепались, а в глазах читалось нескрываемое волнение.

Он подошёл к столу, молча схватил стакан с молоком и осушил его одним глотком. Он ничего не говорил, но я вижу, как его тоже кроет. Его плечи были опущены, а лицо бледно. В его молчании читалась такая тяжесть, что я чувствую её почти физически.

Делия заботливо усадила меня на диванчик, который стоял у стены, а сама присела рядом, взяв обе мои ладони в свои. Её прикосновения были тёплыми и утешающими, но я не могла полностью расслабиться.

Я жду. Жду, что скажет Эдгар, хотя понимаю, что слова, скорее всего, будут неутешительными.

В груди нарастало удушающее чувство вины. Мне стало ужасно стыдно перед ним, что я приношу столько хлопот. Он и так рискует, покрывая меня.

Если кто-то узнает, что он укрывает ведьму – меня – разве спустят ему это с рук? А его жене? Мороз пробежал по коже, и я сглотнула, силой отгоняя эти жуткие мысли прочь, но они всё равно кружили на задворках сознания.

— Прости, дедушка, начала я, слова вырвались из меня почти шепотом, полные искреннего раскаяния. Я не выдержала. Призналась ему в своей несдержанности, чувствуя, как горят щёки.

— Я я не смогла сдержаться.

Он повернулся ко мне, и на его губах появилась слабая, горькая улыбка. В ней читается такая усталость, такая безысходность, что сердце сжалось.

— Опасно, дочка, услышала я от него. Голос Эдгара был хриплым. Он медленно покачал головой.

— Не уедет наш глава, пока здесь все дела не решит. Чую, не уедет. Эдгар прикрыл глаза, тяжело выдыхая, и я вижу, как глубокие морщины на его лице стали ещё глубже.

Я переглянулась с Делией. В её глазах теперь тоже метались искры волнения, отражая моё собственное смятение и страх.

— Я не допущу этого! Внезапный прилив отчаяния и ярости заставил меня вскочить. Мне было тесно, душно сидеть на месте.

Я начала ходить из стороны в сторону. Не допущу, чтобы он диктовал мне, как жить! Не позволю ему сломать меня, как бы сильно он ни старался. Во мне вспыхнула новая, дикая решимость, смешиваясь с остатками страха, создавая гремучую смесь, готовую взорваться.

— Он умный мужчина, Мишель. Голос Эдгара звучит устало, но решительно. Он осторожно взял меня за плечи, его взгляд встретился с моим, полным глубокой тревоги.

— Держаться подальше от него нужно. Перетерпеть, я понимаю, что неприятен он, но не огрызайся. Он предупредил меня, чтобы я следил за тобой, иначе сам возьмётся. Если он это сделает, тебя уже ничего не спасёт. Дойдёт он до правды, то.

Эти слова пронзили меня. Я зажмурилась, пытаясь заглушить их смысл, но они уже эхом отдавались в каждой клеточке моего тела. Правда, которая может стоить мне жизни, а им — всего.

Я отвернулась, обнимая себя за плечи. Мысли метались в голове.Что делать теперь? Как совладать с собой, когда каждое его слово, каждый его взгляд вызывает во мне ярость, жгучее желание высказать ему всё, что я о нём думаю?

Половицы скрипнули под тяжестью Эдгара, и я почувствовала его тёплую, шершавую руку на своём плече.

— Не волнуйся, дочка. С тобой мы будем до самого конца. Его слова прозвучали так искренне, так твердо, что я резко развернулась к нему.

— Я не допущу, чтобы вы пострадали! — выдохнула я, и мой голос дрожал от переполнявших меня чувств.

— Вы родными мне стали, роднее вас у меня никого нет! Я смотрю на них, на этих два человека, которые приняли меня и подарили мне семью, о которой я и мечтать не смела. Их безопасность, их благополучие были для меня важнее моей собственной гордости, важнее всего на свете.

В глазах Эдгара появились слезы. Он моргнул, пытаясь их скрыть, но я вижу, как блестят его ресницы.

— И ты для нас родная стала, дочка. Его голос был полон нежности. Я слабо кивнула ему, пытаясь выдавить улыбку, но губы слушались плохо.