Чтение онлайн

Когда я спускаюсь по лестнице, словно принцесса из сказки, всё внимание присутствующих обращается на меня. Я замечаю своего отца, который стоит в стороне и разговаривает с Дмитрием Яшковым. Он отходит в сторону, подходит и останавливается у подножия лестницы, когда я достигаю её основания. Он берёт меня за руку с широкой, гордой улыбкой и поворачивает нас обоих лицом к толпе гостей.

— Моя прекрасная дочь, Эстелла Галло! Спасибо вам всем, что пришли отпраздновать с нами её двадцать первый день рождения. С днём рождения, Эстелла, — говорит он в завершение, поворачиваясь ко мне и наклоняясь, чтобы поцеловать меня по разу в каждую щёку, прежде чем отстраниться.

— Спасибо, папа, — выдавливаю я, чувствуя, как по шее пробегает жар от того, сколько глаз устремлено на меня. В комнате становится слишком жарко и слишком многолюдно, и я прикусываю губу, оглядываясь в поисках бокала шампанского и своего брата. — Луис ещё не вернулся?

Мой отец хмурится.

— Нет. Как мне доложили, он задерживается. Но я уверен, что мне сообщат, как только он вернётся — уверяет он меня.

— Конечно. — Меня охватывает дурное предчувствие, но он прав. Что же всё-таки могло произойти? Луис по какой-то причине опаздывает, но он обязательно будет здесь. Я знаю своего брата, и он скорее умрёт, чем разочарует меня своим отсутствием, особенно после того, как он пообещал.

Я люблю и уважаю своего отца, но моя истинная любовь – это Луис. Мы всегда были близки, и я знаю, что он никогда не подведёт меня.

— Я уверен, что твой брат просто занят решением неотложных дел, — шепчет мне Себастьян, когда я отхожу от отца, который стоит прямо за моей спиной. — Он скоро будет здесь.

— Я знаю. — Я оглядываю зал, делая шаг вперёд, чтобы взять бокал шампанского, с подноса проходящего мимо человека. Я делаю быстрый, бодрящий глоток, наслаждаясь его сухим вкусом на языке и шипением пузырьков на губах.

— Я собираюсь пойти и проверить Брика, — говорит он, всё ещё стоя в стороне. — И осмотреть бальный зал. С тобой всё в порядке?

Я понимаю причину его вопроса. Остаток вечера я почти не буду видеть Себастьяна, как сотрудника службы безопасности на вечеринке в стиле Галло, даже в качестве моего личного телохранителя, его работа заключается в том, чтобы сливаться с фоном и оставаться незамеченным. Никто не должен даже догадываться о его присутствии. Он, конечно, не должен находиться рядом со мной, отвлекая друзей или возможных поклонников, которые могут подойти и поговорить со мной. Но если возникнет проблема, если случится что-то невообразимое, например, нападение, он будет рядом в одно мгновение.

Он будет наблюдать за мной, как делал это последние три года. Эта мысль успокаивает, но сегодня вечером в ней есть что-то ещё. Дрожь пробегает по моей спине, посылая слабый жар по коже.

— Со мной всё в порядке, — говорю я ему, делая ещё один глоток шампанского. — Я просто хочу поискать свою подругу из колледжа, Мэрили, которая ответила на приглашение.

Себастьян кивает, и я замечаю, как он исчезает в толпе, вероятно, в поисках Брика. Я прикусываю губу, наблюдая за его уходом, а затем возвращаюсь к гостям и беру закуску с другого подноса – маленький кусочек поджаренного багета, покрытый слоем козьего сыра, а сверху креветки с травами.

Среди гостей я замечаю высокую темноволосую женщину, которая заметно беременна. Она стоит рядом с Дмитрием Яшковым, держа в руке бокал, вероятно, с газированной водой, и что-то говорит великолепной блондинке, стоящей рядом с ней, которая тоже беременна. Я сразу узнаю их – это Эвелин и Далия Яшковы, первая замужем за паханом Нью-йоркской братвы Дмитрием, а вторая за его братом и силовиком Алеком Яшковым. Алек, вероятно, тоже где-то здесь, хотя, насколько я слышала, ему не особо нравятся подобные вечеринки.

Удивительно, но у меня есть что-то общее с одним из членов «Братвы». Я не могла бы быть настолько непохожей на них, даже если бы очень старалась. Однако, если бы мы поговорили об этом, я думаю, мы могли бы найти точки соприкосновения в оценке сегодняшнего праздника.

Я направляюсь к буфету, когда замечаю на танцполе Мэрили с медными волосами. Роуэн Галлахер танцует с Женевьевой, своей недавно ставшей женой, бывшей примой Нью-Йорк Сити балет. Она грациозно движется в его объятиях, и я чувствую укол зависти. Я умею танцевать, но она словно лебедь, её движения настолько плавные и завораживающие, что просто наблюдать за ней, всё равно что смотреть на ожившее произведение искусства.

Оглянувшись вокруг, я замечаю, что Себастьян уже исчез из виду. Моё внимание привлекает Мэрили, которая стоит в тёмно-зелёном вечернем платье. Его подол изящно собран на одном боку, открывая взору её длинную загорелую ногу. Тёмно-русые волосы цвета мёда уложены в сложную причёску, а на шее красуется красивое жемчужное украшение. Она удивительно гармонично сочетается с остальными гостями, и я начинаю сомневаться, правильно ли я поступила, избегая своих друзей по колледжу, полагая, что между нами сейчас слишком большая пропасть.

— Мэрили! — Позвала я, махая ей рукой. Она заметила меня и, поставив на стол небольшую тарелку с разнообразными закусками, которые держала в руках, шагнула вперёд и быстро обняла меня.

— С днём рождения, Эстелла! — Произнесла она, понизив голос до заговорщицкого шёпота. От её слов я не смогла сдержать смех.

— Это скорее вечеринка моего отца, чем моя, — призналась я. — Ты единственный друг, который здесь присутствует. — Не считая Себастьяна, но он вряд ли считается, не так ли? Я попыталась представить, как рассказываю Мэрили о том, что ещё один мой самый близкий друг – человек, которому платят за то, чтобы он защищал меня, но эта мысль показалась мне слишком пафосной, чтобы озвучить её вслух.

— Мой брат должен был прийти, но, по-моему, он опаздывает, — добавила я.

— Твой брат? — Мэрили приподняла бровь, снова берясь за свою тарелку. — Он красивый? — Она одарила меня озорной улыбкой, и я смогла улыбнуться в ответ, как вдруг между нами снова возникла пропасть.

— Он такой, — произношу я, не зная, что ещё сказать. Он, красив и обаятелен и, вероятно, сразил бы её наповал. Но это не стало бы чем-то большим, чем просто интрижка, ведь однажды он женится на той, кого выберет для него мой отец.

Для Мэрили это не имеет смысла, и это справедливо, ведь кто ещё так поступает? Я даже не могу сказать ей, что моя семья – мафия. Постороннему человеку мы кажемся просто невероятно богатыми членами нью-йоркского высшего общества. Ничто не намекает на тёмную сторону богатства и влияния нашей семьи, всё это тщательно скрывается. Мэрили, конечно, ничего не подозревает. Она обмакивает креветки в соус и, поглядывая на меня, откусывает кусочек.

— Я даже представить себе не могу, чтобы у меня была такая грандиозная вечеринка по случаю дня рождения, — говорит она, и у меня слегка сводит живот. — Я думаю, Кора, Рейчел и я собираемся поиграть в боулинг для своих, с нашими парнями, по случаю моего дня рождения. Ты могла бы прийти, — добавляет она, слегка нахмурившись. — Я уверена, что уже писала тебе об этом.