Завещание Малого Льва
Шрифт:
– Пыталась, ты же знаешь… но тебе же без меня плохо. Когда я рядом, ты меня не
замечаешь. Когда меня нет, ты начинаешь понимать, что я тебе нужна. Тебе и сейчас плохо, я
же вижу. До чего ты себя довел, Леций?
– Да я чуть сына не потерял, о чем ты?
– Герца ты тоже терял, однако сам не падал при этом замертво. Посмотри, во что ты
превратился.
– Во что?
Он оглядел себя. Он был, конечно, смешон в меховых домашних тапочках, спортивных
штанах то ли Эдгара, то ли Ольгерда и в стеганой душегрейке, надетой, возможно,
наизнанку. Ольгерд бы и в этом выглядел как король, была в нем богатырская стать и сила.
Леций же прекрасно знал свои недостатки, и чтобы выглядеть королем, компенсировал их
одеждой, прической, манерами, состоянием. Потому и в публичные места, тот же театр, они
являлись по-разному: он - в сияющем костюме, а Ольгерд - в сером свитере.
– Похудел, осунулся, глаза ввалились… - перечисляла Ингерда, - я тебя хоть как-то
заставляла отдыхать. А твоя Скирни и сама фанатичка, и тебе того же прочит.
– Просто она меня понимает.
– А тебя не понимать надо, а трясти!
– она резко повернулась к нему, глаза дикой кошки
горели, - чтобы ты хоть немного отдыхал! С тобой надо воевать, раз ты сам себя не жалеешь.
А пониманием тебя угрохать можно!
– Герда…
– Мы хоть вечеринки устраивали, приемы, в театр ходили… а эта даже на свадьбу
попросила больницу в подарок! Детский корпус! Она ненормальная. Два трудоголика в семье
– это уже слишком. Во что вы превратитесь через пару лет? Я с тобой ругалась, но я хоть
чего-то от тебя добивалась, а она? Пошла легким путем и пустила всё на самотек. Чего уж
проще? А скорее всего, ей на тебя просто плевать. Неужели ты думаешь, она тебя любит?
Она Льюиса любит и всегда любила. А от тебя ей больницы нужны, оборудование и деньги.
Аппиров лечить. Весьма благородная цель. У вас брак «общего дела», смотрите не загоните
друг друга на смерть!
– Герда, прошу тебя, - сказал он терпеливо, - не суди ни о ней, ни о наших отношениях.
Ты о них ничего не знаешь.
– Чего я не знаю?
– возмутилась она, - что они с Льюисом шарахаются друг от друга?
Даже поздороваться боятся. Как ты думаешь, почему? От равнодушия что ли?
Это для него было новостью. Очевидно, племянник больше рассказывал своей тете. Он
застыл, а Ингерда с уверенностью продолжила:
– 292 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза
– Куда ты влез? И зачем?! Ты что, не знал, что у них сумасшедшая любовь, что она ждала
его столько лет, что у них определенные трудности после такой долгой разлуки? Помочь надо
было, а не встревать и не рушить всё своей властью. Ты Верховный Правитель, кто ж против
тебя пойдет?
– Герда…
– Не перебивай. Кроме меня тебе никто этого не скажет. Я стерва, но я хоть не лукавлю.
Любая женщина, если муж изменит, хочет ему отомстить. Вот Скирни и отомстила. Вышла
за правителя. Я ее прекрасно понимаю, между прочим. Льюис в шоке, раздавлен и
уничтожен. Отлично! Только кому от этого стало лучше, ты мне скажи?
– Знаешь, - признался Леций с горечью, - я ведь вообще-то хотел с тобой спокойно
поговорить. Момент как будто подходящий, и есть о чем: о тебе, о детях. Но ты, видно, так
не умеешь.
– Как я не умею?
– ссутулилась она.
– Может, Скирни меня и не любит, не знаю… но ее нелюбовь гораздо теплее твоей
любви. Мне с ней хорошо. Легко и хорошо. Вот и всё. А что будет, то и будет. Я живу сейчас.
– И ты укатишься в пропасть.
– Не думаю.
– Да? Тогда что с твоим сердцем?!
– Что, ты спрашиваешь? Лаклоты, Оборотни, львы в Тупике, новый полпред, который
делает из планеты зону отдыха… Дочь в депрессии, один сын в прошлом, другой чуть не
погиб. А еще жена, которая вместо детей озабочена своим возрастным кризисом.
– Как ты сказал?
– снова повернулась Ингерда, - жена?
– Я оговорился.
– Ничуть ты не оговорился. Я и есть твоя жена, была и буду. Мы полвека прожили
вместе, никуда это не выкинешь. А она кто? Девчонка… Господи, зачем ты всех
взбаламутил? Устроил свадьбу, всполошил всю планету. Разве ты не знал, что я всегда
возвращаюсь? Я-то тебя люблю…
И трудно было что-то возразить в этом доме, где всё так и дышало прошлым, и если
вдруг забыться, то можно было даже подумать, что они навещают Ричарда, который свой
отпуск проводил исключительно на Земле, а внизу Ольгерд и Риция - грибники-любители, и
неугомонный Эдгар в холостяцких поисках вечной любви.
Но в доме было пусто, старый дом молчал. Только дождь накрапывал по немытым
окнам.
– Не тяни меня в прошлое, Герда, - сказал он, - я пережил все стадии нашего разрыва. Я
умер и возродился. Мне даже странно, что ты об этом говоришь.
– Говорю, потому что понимаю, что я тебе нужна. Потому что с ней ты умрешь, но уже
не возродишься. Неужели ты думаешь, что она с тобой навечно? Нельзя навечно присвоить
себе чужое. Даже если ты Верховный Правитель. Знаешь, почему у тебя болит сердце?
Потому что в глубине души ты сам это прекрасно понимаешь.
– И на этом сеанс психоанализа будем считать законченным, - предложил Леций уже
раздраженно, - я, между прочим, не просил ни твоего совета, ни твоей помощи. У тебя что,
нет других тем? Твой сын летит в обесточенном холодном звездолете. Второй сын вообще в
глубоком прошлом. Твоя дочь сходит с ума по умершему ребенку.
– А мой муж умирает, - закончила она.
– Твой муж жив-здоров, - возразил он и тут же поправился, - бывший муж. И у него есть
и жена, и врач. Причем в одном лице.
– Зачем ты всё это говоришь?
– вздохнула она, - к чему это? Я же вижу, как ты на меня
смотришь. Хотела облегчить тебе задачу, не люблю ходить вокруг да около… но раз так, что