Чтение онлайн

Эх…

— У меня и так много сил! — Мила демонстративно вскакивает со стула и делает пару прыжков. — Смотри!

— Впечатляет, — киваю. — Но каша…

— Нет! — она скрещивает руки на груди. — Бутерброды!

Бросаю беспомощный взгляд на Анну Ивановну, которая стоит у двери с кофейником. Она едва заметно улыбается.

— Дети, — пожимает плечами Анна Ивановна. — У них прихоти.

Возвращаюсь к столу, стараясь сохранить достоинство главы семейства.

— Хорошо, Мила, — торжественно сдаюсь воле неугомонной принцессы. — Пойдём на компромисс. Ты съешь три ложки каши, а потом получишь бутерброд.

— Пять бутербродов! — тут же выдвигает условия Мила.

— Один бутерброд, — настаиваю.

— Три! И с толстым слоем джема! — торгуется чертовка.

— Два, — не уступаю мелкотне. — И джем в разумных количествах, чтобы не пришлось отмывать стены.

— Договорились! — Мила мгновенно берёт ложку и отправляет в рот три огромные порции каши, едва не подавившись. — Всё, я выполнила условия! Где мои бутерброды?

Не могу сдержать смех от вида этого хомяка, у которого щеки набиты кашей.

— Ты жульничаешь! Это были не ложки, а целые ковши!

— Но ты же не сказал, какого размера ложки! — хитро улыбается Мила.

Анна Ивановна уже несёт тарелку с двумя идеально собранными бутербродами. Тонкий ломтик сыра и щедрый слой джема.

Отвратительно…

Но в стиле Тани… И кажется моей дочери…

— Вот, милая, — женщина ставит перед Милой ее приз. — Как ты и хотела.

— Ура! — Мила хватает бутерброд и откусывает огромный кусок. — Ммм, вкусно! Папа, попробуй!

Нехотя пробую, чтобы не обидеть ребенка, но это оказывается и правда вкусно.

Неожиданно понимаю, что сам не прочь съесть ещё парочку таких.

— Папа, — Мила вытирает джем с подбородка. — А знаешь, каша тоже ничего. Если её есть вместе с бутербродами.

— Вот как? — приподнимаю бровь. — То есть мы можем завтра начать завтрак сразу с бутербродов, а кашу оставить на десерт?

— Точно! — воодушевляется Мила. — Так даже лучше!

— Боюсь, наш с тобой повар не оценит такой подход к питанию, — хмыкаю я.

Смотрю на чудо перед собой. Чумазое от джема лицо, счастливые глаза, крошки на пижаме, и ведь она правда счастлива…

А вот я почти всю ночь не спал. Читал про реабилитацию людей после аварии. Сил, времени, а главное терпения это потребует немалого, но главное, чтобы пришла в себя.

— Пап, — Мила допивает молоко и бросает взгляд на меня. — А после завтрака мы пойдём кормить уток в парке?

— Конечно, пойдём, — киваю. — И, возможно, возьмём с собой несколько бутербродов. На всякий случай. Но перед тем как мы пойдем гулять, мне нужно будет уладить пару вопросов. Ты пока разберешь свои покупки. Хорошо?

— Хорошо.

Перед тем, как мы отправимся в парк, я набираю врача и справляюсь о состоянии Тани. Сообщаю доктору, что все лекарства уже нашел и привезу их в скорем времени. Пытаюсь еще договориться, чтобы меня пустили к Тане, но врач отказывается.

— Папа, быстрее! — Мила тянет меня за руку, едва не отрывая от земли. — Мы опоздаем на уток!

— Утки никуда не денутся, — говорю ей, стараясь не отставать. — Они же в пруду, а не на деловой встрече.

— Но они могут уплыть на другой берег! — серьёзно возражает Мила. — А там нет бутербродов!

— Логично, — подмечаю детскую логику. — Значит, надо спешить.

Мы выходим из особняка и направляемся в парк. Тот самый, что в пяти минутах ходьбы. Мила прыгает через каждую вторую ступеньку, вертится вокруг себя, размахивает руками и, как всегда, болтает без умолку.

— Папа, а утки умеют летать? А если умеют, почему не улетают? А у них есть домики? А если есть, они там спят? А ты когда-нибудь спал в домике утки?

— Никогда, — честно отвечаю, признаться честно подустав от болтовни. — Но теперь очень хочу попробовать…

Ну а что? В лесу ночевал! Даже в Африке, около костра спал.

— Я тоже! — радостно подхватывает Мила. — Давай построим домик для уток?

— Обязательно, — отвечаю с ухмылкой. — Как только найдём архитектора-утку.

В парке действительно много уток. Они плавают у берега, крякают и поглядывают на нас в ожидании еды.

— Вот они! — Мила замирает от восторга. — Смотри, папа, вон та большая, наверное, мама-утка! А те маленькие её детки!

— Похоже на то, — киваю. — Мила, а у мамы был жених?

— Папа, ну какой жених?! — возмущенно оборачивается ко мне. — У мамы же есть ты. Зачем ей жених!

— А друг?

— Только медведь, — пожав плечами, бросает малышка, успокаивая меня. — А мы дадим уткам бутерброды? Один всего? А то они не ели утром каши. У них мало силы… Плавают ели ели!

— Конечно, — достаю из пакета заранее приготовленные кусочки хлеба. — Только понемножку, чтобы не перекормить.

Мила осторожно бросает крошки уткам. Те бросаются к ним с таким энтузиазмом, что чуть не переворачивают друг друга.

— Ух ты! — восхищается Мила. — Они как дети в садике, когда дают печенье! Только без визга и драк. Утки вежливые.

Садик… Вчера Мила весь день говорила о садике.

В какой садик ходит моя дочь?

Надо наверное ее записать в тот, что рядом с моим домом.

Только зачем ей сад? Я няньку нанять могу…

После кормления уток Мила решает, что пора переходить к более активным развлечениям.

— Папа, а теперь догонялки! — объявляет она и тут же убегает, хохоча.

— Эй, подожди! — я бросаюсь за ней. — Правила! Какие правила?

— Никаких правил! — доносится из-за дерева. — Просто догони меня!

Неуклюже бегу за ней по тропинке.

Когда я в последний раз бегал?

На деловых переговорах?

В спортзале?

С солдатами?

Но, пожалуй, бегать за пятилетним ребёнком — задача посложнее.

Наконец, мне удаётся поймать Милу. Она визжит от восторга и пытается вырваться, но я осторожно подхватываю её на руки.

— Поймал! — торжественно объявляю о своей победе.

— Ты жульничаешь! — хохочет она. — Ты же большой!