Чтение онлайн

–  Кому не нравится моя питалка?!

–  Вот ему, великий Буме, не нравится, вот этому зелёному хулигану. И я ему не нравлюсь. Он меня утром так по голове веником стукнул, что я теперь не соображаю, как отлепин делать, - наябедничала из-под стола жирная Муха.

–  А-а, - взревел Буме, - вот кто во всём виноват! Тарзаны, взять его! Купорос, рысью вперёд, марш!

–  Куда?
– безразлично спросил Купорос.

–  Во дворец!

Тарзаны схватили упирающегося поросёнка, бросили его в машину и поехали за Бумсом, который мёртвой хваткой вцепился в седло ненадёжного Купороса.

Полуденное солнце через маленькие дырки в чёрном пологе с трудом пробивалось в Пластилонию. Узкие лучики освещали невзрачные кособокие стены и замусоренные улицы, по которым ехали машины. Было душно, как в бане.

Вместо деревьев вдоль улиц торчали сухие ветки со скрюченными листьями. На макушке самого высокого дерева сидела розовая птица с одним длинным, до самой земли, пером вместо хвоста. Завидя Бумса, птица встрепенулась и старательно запела:

–  Чик-чирик! Фьють-фьють! Карр-кар! Куку-куку! Ку-ка-ре-ку!

«Послушала бы, как в Плопасике птицы поют», - грустно подумал сидящий между тарзанами поросёнок.

Наконец Купорос, а за ним и машины выехали на широкую площадь, посредине которой возвышался круглый, как торт, роскошный двухэтажный дворец.

Со всех сторон его облепили разноцветные колонны и невиданные крылатые звери. Они держали в зубах яблоки, виноград или цветы. В бесчисленных окнах поблёскивали настоящие стёкла, отчего дворец сверкал и переливался зелёными и голубыми огнями.

Посредине крыши, выложенной, как драгоценными камнями, круглыми конфетами, красовалась настоящая электрическая лампочка.

Перед дворцом на белом пьедестале стояла похожая на Купороса, только в пять раз больше, белая лошадь, на которой, вытянув вперёд руку, гордо сидел белый лупоглазый человечек.

На памятнике золотыми буквами было написано: «ВЕЧНЫЙ ИМПЕРАТОР».

Дворец, будто частый забор, окружали тарзаны со стрелятелями и флагами из спичечных этикеток.

Поросёнка, оробевшего от такого великолепия, поволокли вслед за Бумсом к главному входу, втащили наверх по широкой лестнице, провели через длинный пустой коридор и оставили у высокой красной двери.

–  Жди здесь!
– приказал Буме.

Он с трудом, двумя руками открыл тяжёлую дверь, но закрыть её за собой уже не смог. Поросёнок заглянул в приоткрытую дверь и увидел круглый зал из красного пластилина с вдавленными в стены блестящими зеркальными осколками и посредине трон, очень похожий на кресло-качалку.

На троне, уставясь в потолок, сидел жёлтый человечек с такими огромными глазами, что они соединялись у него на переносице и налезали на уши.

За эти глаза его назвали ФИЛИНОМ, но он переделал себя в ФИЛИППА.

«Это же тот, котолый памятник», - вспомнил Паша.

Из головы Филина, как и у Бумса, торчало десятка два спичек.

–  Великий Филипп!
– с почтением сказал Буме.
– Я поймал опасного зелёного поросёнка с пуговицей в носу!

Однако на Великого Филиппа это сообщение не произвело никакого впечатления. Он продолжал сидеть и безучастно разглядывать потолок.

–  Эй, лупоглазый, тебе ведь говорят!
– рявкнул Буме так громко, что у Филина с головы свалилась одна спичка.

–  Зря стараешься, - сказал стоявший у трона синий человечек с длинным толстым, как колбаса, носом. Нос лежал на специальной рогатулине, без которой он бы немедленно упал и потянул за собой человечка.

За этот грандиозный нос человечка звали НАСОСОМ.

–  С самого утра не могу от него слова добиться. Сидит как замороженный, не шевелится, - сердито засопел Насос и нечаянно втянул в ноздрю пролетавшую мимо муху.

–  А-а-ап-чхи!!
– чихнул он так страшно, что нос сорвался с рогатулины и вместе с хозяином брякнулся на пол.

Поросёнок прыснул со смеху.

–  Тс-с!
– тихо сказал кто-то, и из темноты неслышно появился чёрный человечек с такими громадными ушами, что они катились по полу на специальных колёсиках.

Издалека человечек был похож на чёрного ворона с оттопыренными крыльями. За привычку говорить «тс-с» его так и прозвали - ТЫССОМ.

–  Тс-с! Ни звука! Кругом враги, - секретным голосом прошептал Тысс.
– Я слышу, в коридоре кто-то стоит!
– При этом спички на его голове выпрямились, как антенны.

–  Он пахнет зелёным пластилином, пуговицей, проволочкой и спичкой, - прогундосил Насос, отдирая нос от пола.

–  .Это я его схватил!
– гаркнул Буме.
– Но об этом потом. Что будем делать с этим?
– И он указал на безразличного ко всему пучеглазого императора.

–  Мы же договаривались по-честному: по очереди быть императором, - обиженно забубнил Насос, отлепив наконец нос от пола.
– А он, хитренький какой, сидит уже второй день! А договорились по одному.

–  Тс-с! Нужен дворцовый переворот, - зашептал Тысс.

–  Переворот? Это нам раз плюнуть!
– оживился Буме.
– А ну-ка, раз, два, взяли!

Они ухватились за трон, дружно раскачали его и перевернули вместе с пучеглазым правителем.

–  Переворот совершён!
– заорал Буме и, пока Тысс спихивал упавшего ему на ухо Насоса, живо вскарабкался на освободившийся трон.

–  Атас! Теперь я, Буме, король! Ну-ка, Филин, отвечай, почему два дня сидел?

–  Почему, почему? Потому что к трону прилип!
– разозлился бывший король.

–  В следующий раз тряпочку под себя подкладывай. А сейчас приказываю поставить мне конный памятник и объявить по всей Пластилонии ДЕНЬ ВСЕОБЩЕГО ЛИКОВАНИЯ И БЛАЖЕНСТВА!

Тарзаны бросили поросёнка и выбежали из дворца.

Паша выглянул в окно. Из всех улочек на дворцовую площадь солдаты сгоняли испуганных пластилонцев. Два тарзана влезли на памятник, отлепили от головы «вечного императора» огромные глаза и прилепили огромные губы. Получился новый император - Буме.

Затравленно озираясь на страшные стрелятели, пластилонцы захлопали в ладоши, неестественно громко засмеялись и дружно прокричали: «Ата-а-ас!!!», что означало «да здравствует!» или «ура!».