Чтение онлайн

Таким образом, она сразу же переехала из поместья Фрейзера к старым Нотли, и, засучив рукава, взялась помогать мне с шаурмой.

Пару дней она не отходила от меня ни на шаг, наблюдая, как я торгую в ларьке, и впитывала все, как губка. Девушка оказалась очень смышленой, и я очень быстро обучила ее крутить шаурму не хуже меня.

Теперь мы могли работать в две смены — попеременно днем и ночью, отчего доход от ларька возрос.

Но расслабляться было рано — как-то незаметно у меня на попечении оказалось аж три человека и один морской котик… Вернее, два человека, один морской котик и один маленький озорной русалыш!

Флико, Присси, Буль и Листочек. И это не считая стариков Нотли, ветхий домик которых разваливался прямо на глазах!

С большой радостью я подметила, что простодушный Флико нашел общий язык с господином Нотли.

Мальчишка не видел в жизни внимания и заботы, видно было, как он тянется к спокойному добродушному старичку.

Господин Нотли взялся учить Флико плести корзины. Поначалу дело у парнишки не шло на лад — плетёнка получалась вкривь и вкось.

— Ну вот, правильно мачеха говорила мне, что я дурачок, — убито сказал Флико, показывая мне свое нелепое, расползающееся творение. Господин Нотли поругается на меня, и правильно сделает! Я — бесполезный, я не заслуживаю вашей милости, госпожа Ола! Вы уже, наверное, жалеете, что подобрали меня!

Зарыдав, он бросил плетенку и убежал.

В этот момент я испытала чувство крайней ненависти к его папаше и мачехе!

Так испортить психику подростка!

Я нашла его в глубине сада, на скамейке, и присела рядом.

— Флико, я вовсе не жалею, что ты теперь со мной, совсем наоборот, — ласково сказала я. — То, что говорила тебе мачеха, забудь, как страшный сон. Ты — замечательный и господин Нотли даже не подумает на тебя кричать. Ведь он знает, что не все получается сразу. Спроси-ка его, сразу ли он научился плести корзины? Нужно стараться, пробовать и не сдаваться, и тогда у тебя обязательно получится! Вот ты думаешь, я с первого раза научилась шаурму готовить?

— Ваша шаурма — самая вкусная на свете… — паренёк шмыгнул носом.

— Но так было не всегда! Я когда в самый первый раз ее готовила, то у меня не получилось закрутить лаваш, да и начинки я положила слишком много. В итоге моя первая шаурма развалилась, я даже не успела донести ее до гриля. Вся начинка оказалась на ковре! Я его потом три дня замывала от соуса, но так и не отмыла — пришлось выкидывать. А в следующий раз шаурма получилась такой неаккуратной, даже пробовать ее не хотелось. А однажды я переложила в нее консервированных огурцов. Какой же она была соленой — пришлось выкидывать аж все три штуки!

Я рассказала еще несколько забавных случаев, и Флико приободрился, повеселел.

— Тогда я, как и вы, не буду сдаваться! — решил парнишка.

— Правильно! Мне как раз нужна новая корзинка в ларек — буду ждать ее от тебя!

— Я вас не подведу.

И вот он снова сидел рядом с господином Нотли, пытаясь перенять его мастерство. Я видела, что корзинка Флико снова не получается, но он не бросал работу, а лицо паренька было таким решительным, что я невольно залюбовалась.

Правда, в этот момент меня отвлек Листочек, который ползал по небольшой песочнице, которую соорудили ему Нотли с Флико, пока я собирала с веревки высохшее белье.

Его зеленые кудри светились на солнце, как молодая листва.

Малыш, который рос не по дням, а по часам, уже лепетал какие-то несвязные звуки, что-то вроде «ре-ре» или «мо-мо», а сейчас он указал пухлой ручкой на покрывало, на котором были вышиты рыбки, и совершенно четко заявил:

— Па-па!

Я обрадовалась, подхватила его на руки, принялась тормошить. А Листочек ткнул в меня пальчиком и уверенно заявил:

— Ма-ма!

Я засмеялась, а Листочек вместе со мной. При этом он взмахнул кулачком, и из него ударила целая струя воды — прямо на только что высохшее белье!

При этом вода попала и на самого Листочка, отчего у него в то же мгновение вырос его переливающийся хвостик, а на голове появилась корона.

Маленький русалочий царь хохотал и брызгался водой — я была уже мокрая насквозь.

К госпоже Нотли как раз в этот момент зашла соседка, с которой они болтали во дворе, и я поспешила спрятаться за веревками с бельем, чтобы она, не дай Ньерд, не увидела этого безобразия.

Сила Листочка проявлялась все ярче, русалочья суть начала все громче говорить в нем.

Судя по красноречивым взглядам госпожи Нотли, она подозревала, что это за ребенок!

До того времени, как сущность Листочка совсем не раскроется, я должна найти способ вернуть малыша родителям, чтобы он оказался в безопасности!

Заступив на дневное дежурство в ларьке после Присси, я никак не могла избавиться от беспокойных мыслей о своем русалыше!

— Перед тем, как сбежать с виллы Фрейзера, я слышала его разговор с Баббингом о том, что они захватили в плен двух русалок… — задумчиво проговорила я, замешивая ароматный соус для шаурмы.

Буль, который сейчас был рядом со мной, развлекая меня шлепаньем ласт и своим умиротворяющим хорканьем, выразительно ткнулся мокрым носиком мне в ногу.

— Ты считаешь, нужно с ними поговорить?

Морской котик отчетливо закивал.

— Вряд ли это возможно, Буль. Только если не…

Грэм Фрейзер.

— Нет, нет и нет! Даже думать не хочу о своем бывшем муже! — отрезала я, безжалостно шинкуя ножом свежий огурец.

Едва я порезала овощи, как прибыла новая партия свежей фавероли от мясника — Ноа Райта. Что примечательно, бородач впервые привез мясо сам, а не отправил помощника.

И тут я заметила у него в тележке большущий букет полевых цветов, растрепанный, как веник.

Увидев меня, Ноа явно испытал разочарование.

— А госпожи Присси нет? — спросил он так, как будто случилась, по меньшей мере, катастрофа вселенского масштаба.

— Она сегодня была в ночную смену, — пожала плечами я, пряча улыбку.

Помню-помню, как он положил глаз на мою Присси с первого взгляда, когда мы с ней заглянули в лавку «Бычок и пятачок».

Я еще тогда была в этом ужасном виде под косметиями и не знала, откуда взять средства, чтобы их снять.

Боже, как давно это было.

Пока фаверолек разгружали под недовольными взглядами остальных торговцев с улицы, Ноа мялся с несчастным видом — явно хотел что-то сказать, но не решался.

Зато торговцы, и в частности, Козетта из термополии напротив словно хотели растерзать несчастных фаверолек взглядами, и нас с Булем заодно.

После той диверсии с фаверольими головами меня вроде не трогали, но я все равно чувствовала сплошные волны негатива и слышала недовольные и завистливые шепотки за спиной.