Жестокий Ёкай для попаданки в новеллу
Шрифт:
Величественные стены раздались, и мы с Шиареем попали в круглый зал (идеальной формы!) – ни свечей, ни благовоний… что за храм такой? И всюду полки со свитками и книгами.
Я отвлеклась и, когда снова сфокусировала внимание и попыталась найти взглядом змейку, ахнула: я случайно наступила ей на хвост! Но…
Моя нога прошла насквозь, а сама белая змейка провалилась прямо в пол, точно она бесплотный призрак. Миг и можно было убедить себя, что никакой змеи не было.
Я удивлённо огляделась. И заметила у дальней стены нечто вроде широкого алтаря (а может просто стол?) И к нам спиной у того самого стола замер высокий широкоплечий жрец… хотя будто миг назад его там не было! Или я просто не заметила?
Идеальные чёрные как смоль, прямые волосы до середины спины. Серебристо-серое кимоно с чёрным поясом – из очень дорогой на вид ткани… В одной руке жреца я разглядела изящный длинный белый посох, а в другой – книгу…
Мы с Шиареем замерли за спиной жреца.
– Я оказываю тебе честь, Айрон, – вместо приветствия зарычал Шиарей на спину жреца, – услуга, что я тебе оказал, в итоге обернулась для меня утратой свободы и… ссорой с роднёй! Я милостиво забуду обо всём, если проведёшь брачный обряд надо мной и моей невестой.
Я осторожно взглянула на Шиарея.
М-да… договариваться и просить об услугах у моего любимого получалось также плохо, как быть рабом.
Шиарей хрипло усмехнулся в моём разуме, явно выцепив эту мою мысль.
И я снова прожила осознание: он в моей голове! Слышит, что я думаю… А если я подумаю что-то неприличное?.. Против воли вспомнилось, как Шиарей прижимал моё тело к своему в бочке купели. Как целовал. Как нежно, но решительно брал, переполняя меня собой…
“Лина… – мысль Шиарея жаркая и обволакивающая, – если ты продолжишь об этом думать, нам придётся прервать разговор со жрецом… чтобы я немедленно занялся тобой. А, впрочем, так сейчас и поступим!..”
Чувствуя, как щёки затапливает жар, я окончательно смутилась. Он сейчас серьёзно? “Нет, не надо! Не сейчас…” – как можно громче подумала я, чтобы он точно услышал. И посмотрела на Шиарея умоляющим взглядом.
Мой красноволосый возлюбленный и сам жарко на меня смотрел… так, что мурашки побежали по спине. Какой же он мощный, какой совершенный – неужели это мой будущий муж? И как меня простую человеческую девушку угораздило… А какой он крупный… во всех местах… то есть…
“Лина!..” – в мыслях Шиарея напускная угроза причудливо перемешалась со страданием – точно если б я морила его голодом!
Но тут жрец-таки изволил к нам повернуться.
– Вы закончили или как? – саркастично приподнял безупречную бровь этот… человек? Ох нет, вряд ли. Так на гравюрах изображают небожителей! Кожа бледная, но без болезненного подтона, а напротив – благородной белизной. Почти сияет, точно слегка подсвечивается изнутри. Глаза черны, как два провала. Соотношение черт лица совершенно – в нём сквозит та же геометрическая магия, что в архитектуре храма!
Этот жрец красив, да. Но он какой-то холодный. Его красота противоположна красоте Шиарея, она меня отталкивает, и если бы Шиарей не запер мой страх где-то очень далеко – она ещё и пугала бы!
– Ну хватит, – закатил глаза жрец, небрежным жестом отложил книгу на стол и стукнул своим странным белым посохом об пол. – Я благодарен за тот случай. Но. Не смей меня винить, ёкай Шиарей, в том, что ты не в состоянии договориться со своими братьями. И тем более – в том, что ни один из вас не в состоянии наладить отношения с людьми… Хотя…
Чёрные бездны глаз жреца словно ощупали меня, я невольно прижалась к Шиарею сильнее, а мой ёкай предупреждающе щёлкнул хвостом.
Но черноволосый жрец как будто не замечал. Он продолжал свою неспешную речь ровным, холодным, слегка заносчивым тоном.
–… Хотя что касается последнего… Я смотрю, в отношениях с людьми ты оказался мудрее своих соплеменников.
– Когда ты нас поженишь? – перебил Шиарей жреца.
Как странно. Они как лёд и пламень.
Витиеватая речь жреца против жёстких приказов Шиарея.
И это… почему-то сработало.
– Хм… ну что ж… через три дня, возможно, я найду время между делами.
– Сегодня!
– Нет… – жрец со скучающим видом потянулся свободной рукой к столу с отложенной книгой. Но… книгу взять не смог!
Потому что поверх неё уже сидел, придавив фолиант пушистым задом огромный серый кот! Он просто умывался и…
“Я СЕРЕБРЯНЫЙ, Лина, сколько можно?!!”
Я подавилась воздухом.
– Простите, господин Миуки, – прошептала вслух и слегка поклонилась Серебряному Божеству.
– Мрр, так и быть. Снова прощаю! – отмахнул серебряным хвостом Миуки. – Ибо я мудр. А смертные женщины в ожидании котяток бывают рассеянными. К тому же сегодня вы, мои славные двуногие, сделали большое дело, так что я милостив! А ты…
Миуки зашипел на жреца.
– Ты… пожени их сейчас… мрар… Иначе не получишь ту особую книгу… о которой ты спрашивал.
– Не получу? – нахмурил безупречное лицо жрец, – господин Миуки, а не слишком ли…
– Именно. А в добавок… и эта твоя книжка тоже… пострадает, – многозначительно распушился Миуки, становясь похожим на серебристый шерстяной шар.
А затем божественный кот выпустил коготки и предупреждающе легонько впился ими в дорогую обложку! Ох…
Безупречного жреца на миг перекосило.
Но он быстро взял себя в руки. Устало длинно выдохнул и почтительно кивнул коту.
– Через три часа, – холодно процедил жрец, – пока я выделю вам покои в храме. Подкрепитесь. Приведёте себя в порядок. Невесте подыщем праздничное кимоно. Тебе ёкай… тоже что-то подберём. Как ты догадался прийти в таком виде в мою обитель?!!
Шиарей порыкивал на жреца.
Жрец что-то цедил в ответ.
А я – улыбалась. Их маски треснули, я уловила главное – между жрецом колдуном Айроном и моим будущим мужем Шиареем – какая-то странная разновидность дружбы. Или, по крайней мере, приятельства. И их взаимные подколы – угрозы и щёлканье хвостом с одной стороны, и язвительные реплики с другой – всё напускное. А вот под ними – скрыто что-то настоящее.