Жидков, или о смысле дивных роз, киселе и переживаниях одной человеческой души
Шрифт:
Но их трепещет Зевс, а он велик.
Не ласточки, гнездящейся повсюду,
Не ржанки, смело реющей в Рион,
Не ибиса, хотя он равен чуду, -
Болотной курочки PORPHYRION
Трепещет Зевс, хотя в порфире он.
То вовлечен. То поглощен. Избуду?
***
Да вы чернила ваши всуе лили
Сократ сомненьем разъедает нас
Терзанья наши множишь каждый час
Которым наши души поручили
Убудь мы в нашей мудрости и силе
К тебе подносит то персты то глаз
Ты оставляешь срам их без прикрас
Так всех богов ты отослал могиле
Ты перестроил напрочь и язык
И мертвый говорит землей не буду
И помутился истины родник
Ликона же тебе я не забуду
От вас укрою оскорбленный лик
Опасности глаголом не избуду
XII. Апология
Опасности глаголом не избуду
И не затем явился нынче к вам -
Чтоб волю дать слезам или словам,
Доступным простоте и внятным люду.
Ни плакать, ни словоточить не буду,
Не потеку ушам и рукавам,
Не стану апеллировать к правам,
Которых не займу и не добуду.
А потому, когда бы вы тут все
Меня сюда прийти определили,
Чтоб видеть краску на моем лице,
Смущение в кистях, упадок в силе,
Чтоб пожалеть, чтоб оправдать в конце, -
То вы чернила ваши всуе лили.
Да, вы чернила ваши всуе лили,
Впусте потратились на столько слов:
Сократ бездельник, он не чтит богов,
Сократа виды молодежь смутили.
–
Ну и так далее все в этом стиле,
Неловком специально для голов,
Чья справедливость с дегтем сапогов
Частенько смешивает правды стили.
Тут кто-то ошибается из нас.
Я знаю даже кто -- все вы в ошибке,
От ней же здравый смысл упас бы нас,
Но мы его заспали раньше, в зыбке,
И можем вслух помыслить без улыбки:
"Сократ сомненьем разъедает нас".
"Сократ сомненьем разъедает нас,
Изнесших столько тягот безвременья -
Утрату половины населенья
В жестоких бедствиях, постигших нас.
И кто от них не выстрадал из нас?
Проскрипции, в карбасах затопленье,
Чужих, своих тюремщиков глумленье,
Присыпки известью на теплых нас.
На будущее видом заручась,
Мы и не то сносили б терпеливо.
Зачем, Сократ, ты мыслишь так глумливо?
Своей стерильной мудростью лучась,
Ты так разнообразно и счастливо
Терзанья наши множишь каждый час.
Терзанья наши множишь каждый час,
Нас отвлекая от забот о хлебе,
Мы на земле живем, а не на небе,
И нам важнее Вечности наш час.
Сократ, ведь наша жизнь всего лишь час,
И этот час мы отдадим потребе,
Что нам в Элизиуме иль Эребе -
Возьми себе их, но верни нам час.
Смотри, чтоб сны твои не отучили
Нас от насущного -- мы можем пасть
И ниже, чем рассчитывает власть.
Гляди, чтоб нас тогда не отличили
Животный гнев и низменная страсть,
Которым наши души поручили.
И точно: наши души поручили
Не телу ль нашему? Иль не рукам
По вторникам, средам и четвергам
Ломать и строить на песке и пыли?
Умрем, кто вспомнит, что такие были,
Ведь дела нет до смертного богам,
Что в нас -- галактикам и облакам,
Мы только плесень, знаешь, поросль гнили.
Но эту плесень оживляет мысль, -
Так с идеологов мы затвердили.
Так снисходительно о нас не мысль.
И это мысль о том, что б ели, пили, -
Чужое нам растли нас иль окисль,
Убудь мы в нашей мудрости и силе.
Убудь мы в нашей мудрости и силе,
Кто встанет к плугу, сядет в аппарат?
Ты не даешь рецептов, о Сократ,
Как бы тебя о том мы ни просили.
Не города ль твои нас искусили,
Где можно жить без бед и без затрат, -
Но ты нам говоришь: Господень град
Нуждается в иной, не в нашей силе.
Ты просто издеваешься, глумясь
Над недостаточностью наших чтений,
И брезгуешь всех наших предпочтений.
Ты с нами говоришь ярясь, томясь,
Как будто кипь невиданных растений
К тебе подносит то персты, то глаз.
К тебе подносит то персты, то глаз
Никто иной, Сократ, как наша юность,
Которая по праву мира юность, -
Что ж из того, что перст у ней и глаз?
Ответь-ка нам, Сократ, зачем далась
Тебе забота портить нашу юность?
Зачем ты говоришь ей: ваша юность -
Синоним глупости и вам далась?
Когда пред молодежью всякий раз
Мы подличаем чтобы подольститься,
Зачем один не смотришь ты на лица?
Зачем одежды рвешь ты всякий раз
С любого, будь ответчик иль истица,
И оставляешь срам их без прикрас?
Ты оставляешь срам их без прикрас,
О наш Сократ, мудрейший из мудрейших!
Тебе махать, конечно, на старейших,
Тебе не полководец самый Красс.
Тебе хуйня и Бланманже и Грасс,
Ты толк не видишь в рикшах либо гейшах,
Ты презрел и правейших, и левейших,
Плевал ты и на лесть, и на острас.
Одежды, бабки, экипажи сгили
В твоих глазах, как будто их и нет,
Тебе ничто минет или сонет,
Намеренья -- пустяк, худы, благи ли,
И пошлы кастаньета и спинет, -
Так всех богов ты отослал могиле.
Так всех богов ты отослал могиле:
Раздел, изгадил, либо истребил.
Как сильный человек -- тотчас дебил,
Коли умен -- не тверд, по горло в гили.
Тебе победы наши дороги ли?
Нет. Ты кричишь: Ограбил! (иль: Убил!)
Скажи, о нас язык ты не обил?
Ты оному нас отдал в батоги ли?