Чтение онлайн

– - Я далеко. Передо мною -- лик, -

Вот все, что он сказал перед кончиной,

И не продолжил... замер в миг единый...

Скажи, Критон, мне, что такое -- лик?

– - Ксантиппа, есть лицо, но есть и лик.

Тут разница меж веком и годиной,

Иль комариной песни с лебединой,

Но что сказал Сократ, так то был -- лик.

– - Я внутренно была готова к чуду,

Ведь он сказал. "Ксантиппа, не умру", -

И приговор сочла я за муру.

Так оценить великую причуду!

Случившееся мне не по нутру,

И только изумленья не избуду.

***

Пока вы вашей тетке слезы лили

Он видимо разочарует нас

На что живет презренная сей час

Проникнуть то что виле поручили

Отступничество сделать это в силе

От поля к полю на глаза лишь с глаз

В Элизиум без бурь и без прикрас

Что неподступен самое могиле

Все лучшее а главное язык

Я с тем и говорить теперь не буду

Не замочив подошв прошел родник

Я ваших слов до смерти не забуду

Какой чудовищно безумный лик

Приду в себя ли отойду ль избуду

XIV. Время

Приду в себя ли? Отойду ль? Избуду?

Анахорет, читающий Бог весть

Какую гиль, но как благую весть,

Дух проливающий и тще и блуду.

Жидков, принявший даму за паскуду,

Не пожелавший ранее и лезть, -

Теперь густою ниткой тянет лесть

"Больному скудоумному сосуду".

Почто почтил еси, Отец Святой?

Меня ведь контролеры подселили

В купе, чтоб вкупе плыть нам пустотой.

Бог знает, чем ее вы наделили -

Разумством, вежеством и чистотой, -

Пока своей здесь тетке слезы лили.

Пока вы вашей тетке слезы лили, -

Сознайтесь, батенька, бахвал пустой, -

Не мыслили ль с последней прямотой

Вы паки обо мне и братце Виле?

Ведь вы бы меня очень удивили,

Сказавши с благородной простотой:

Пусть с благодарностью пьет взоры той, -

Когда б о Виле знанья не явили.

Ведь та же ненависть к властям у нас,

Что и Жидкова, и при том -- с измальства.

Мы презираем всякое начальство,

Не сразу поощряющее нас.

Но ваш Сократ -- известное канальство.

Он, видимо, разочарует нас.

Он, видимо, разочарует нас,

Как поступающий неадекватно

Тому, что социально и приватно

Вещает он для греков и для нас.

Зачем он в заблужденье вводит нас,

В речах внутрикелийно, накроватно -

Не избегая кары, что превратно

Слепая чернь обрушила на нас?

Ах, Виля презирал их каждый час

И, называя идолами жести,

Со школьных лет уже мечтал о мести

Учителям и матушке на час,

Что Тетушкой его слывет в сем месте

И что живет, презренная, сей час.

На что живет, презренная, сей час,

Когда и Тасс унылый, и "Известья",

И радио разносят всем известья,

Что умер брат позавчера в сей час.

Что где-то не на небесах сей час -

В конце столь длительного путешестья -

Приобретет и честь, и благочестье

Факира или рыцаря на час.

Недаром брату этот МИГ вручили!

Недаром брат пытался столько лет

Освоить каждый небольшой секрет.

Какому классу Вилю научили!

Куда вам, господин Анахорет,

Проникнуть в то, что Виле поручили!

Проникнуть то, что Виле поручили,

Немыслимо. Он выдал все ТУДА.

Ага, вы, вижу, поняли... Ну да...

Учители-то вот что получили!

Но... вы тут мыслишку одну всучили,

Что умный -- не предатель никогда,

Что с умного -- все -- как с гуся вода, -

Иль вы в стишках -- все не про то строчили?

Что сколько б у груди нас ни носили,

Ни вскармливали млечной густотой, -

Мы не должны, как только нас взбесили.

И каждый, кто с наивной прямотой

Облагородит прелесть простотой

Отступничества, -- сделать это в силе?

Отступничество сделать это в силе,

Напрасно б мы грозили тут тюрьмой,

Напрасны даже деньги, Боже мой,

Где материнская любовь не в силе.

Бессильны и Гайдары, и Кассили

С их белым светом и кромешной тьмой, -

Равно познает, где ей путь прямой,

Душа, когда б ей ног не подкосили.

Стоит свобода ей и стоит глаз,

И нет уже ни дна ей, ни покрышки,

И крылышки рулят к последней вспышке.

И только впереди и сзади глаз, -

И газу, газу -- прочь от вышки к вышке,

От поля к полю, на глаза лишь с глаз.

От поля к полю, на глаза лишь с глаз,

И небо -- одиноких благостыня...

Но ты перенаселена, пустыня,

Не скрыться, не уйти -- повсюду глаз.

И, Господи, пока хватает глаз,

Сомнительней литании летыня,

И облака, то горячась, то стыня,

То в холод, а, то в жар бросают глаз.

И в высоте "Прослушайте известья", -

Так значит -- беспомощен был и брасс, -

Нам каплет вверх по получасу раз.

И как проникнуть -- полное безвестье -

В желательное райское поместье,

В Элизиум без бурь и без прикрас.

В Элизиум без бурь и без прикрас,

Что отличался бы от нашей дури,

Не проскочить по пепельной лазури -

Туда и космос не проводит нас.

Ни женский пеплос, ни лихой Пегас

Не вызволяют нас из-под деюри, -

Ни скитней тюре, ни смурной микстуре

Нас не приблизить к Царствию на влас.

Пусть лишь математической рангили,

Высоким танцам хореохарит

И рифмоволн просчитанной бегили

Дан в память -- так эфир нам говорит, -

Слог, коий речь ничья не повторит,