Чтение онлайн

Он теперь не спускает с меня глаз. Но я уже взял себя в руки и внешне совершенно невозмутим. Мушанский явно неудовлетворен моей реакцией и нахально спрашивает:

– Вы не хотите вспомнить эту красавицу?

– Сейчас вопросы задаю я. Что сообщила вам Глотова о том гражданине?

– Глотова сообщила мне, - спокойно говорит Мушанский, - где остановился этот Иван Харитонович, сказала, что он набит деньгами, и посоветовала его... навестить.

– Вы подтверждаете свои первоначальные показания о том, что взяли там только две кофточки?
– спрашиваю я.

И в тот же момент вспоминаю, что точно такую же кофточку я видел у Варвары.

– Конечно. После... инцидента с горничной я уже не имел времени.

– Что вы знаете об этом Иване Харитоновиче?

Мушанский издевательским тоном отвечает:

– Пардон. Я не собираюсь вам помогать. Ищите, ловите. Вам за это платят. Или, может быть, вы мне тоже заплатите? Тогда извольте. Тогда я готов. Сколько дадите? Из личной симпатии к вам сделаю скидку.

Да, он может себе позволить так разговаривать. Я же позволить себе этого не могу. Я не могу и не должен отвечать ему тем же.

Я навсегда запомнил случай, который произошел чуть не в первый месяц моей работы. Мы задержали бандита, который с ножом напал на женщину где-то в темном подъезде. И когда, еще разгоряченные, мы приступили к допросу этого грязного животного, тот харкнул мне в лицо. И я потерял самообладание. Ослепленный, полный отвращения и ненависти, я развернулся и ударил его. А потом кинулся к умывальнику. У меня дрожали руки и тошнота подступала к горлу. Через час меня вызвал Кузьмич и сказал примерно так: "Ты, парень, нам не годишься. Нервный. А главное, ни себя, ни нас не уважаешь. С кем ты вровень стал? До кого опустился? Да он теперь этот синяк, как орден, носить будет, он всем его будет показывать: вот вам милиция. Форменный позор. Я уж не говорю, что он теперь рта не раскроет. А нам надо через него на всю их шайку выйти. Словом, спасибо тебе. Иди в отдел кадров. Не подходишь ты нам". Вот так примерно сказал мне тогда Кузьмич. И добавил: "Поднять руку на человека, который ответить тебе не может, который в твоей власти, может только трус, подлец или дурак. Запомни это и ступай". И я запомнил. А что на следующий день было, мне до сих пор стыдно вспоминать. Как я просил Кузьмича, как ребята за меня просили...

Вот такой был случай. И потому Мушанскому на его издевательства я тем же ответить не могу.

И вообще мне некогда, у меня тысяча дел. Поэтому я заканчиваю допрос. Больше Мушанский уже ничего интересного не окажет. Думаю, он сам больше ничего не знает. Хотя и то, что он сказал, немаловажно. И главное здесь Варвара.

Но еще важнее оказывается заключение экспертизы из научно-технического отдела. Восстановлен полный текст той записки. Он выглядит так, если при этом выделить угаданные мною места: "Приходи, посоветуемся. С этой СВОЛОЧЬЮ ОКОНЧАТЕЛЬНО надо рассчитаться, когда СОБЕРУТСЯ ВСЕ".

Вот так, не более и не менее.

Об этом я и докладываю в конце дня на совещании у Кузьмича. Здесь же присутствуют Игорь, Валя, Петя Шухмин и еще несколько сотрудников.

– М-да...
– задумчиво произносит Кузьмич, когда я кончаю свой доклад. М-да... Действительно, интересно все тут поворачивается. И пока темно.

Он достает из ящика стола начатую пачку сигарет, медленно вытаскивает одну, словно прикидывая, сколько он уже выкурил за день.

– Пятая, Федор Кузьмич, - говорит Петя Шухмин, щелкая зажигалкой.

– Ладно тебе, счетовод, - прикуривая, ворчит Кузьмич и, затянувшись, продолжает размышлять вслух: - Однако в этой темноте кое-что все же обрисовывается. Как считаете?

– Что верно, то верно, - говорю я.
– Обрисовывается. Но дело это трудоемкое, Федор Кузьмич. Тут надо в принципе решить.

– В принципе?
– усмехается Кузьмич.
– Ну давайте сначала в принципе. Какие будут соображения?

Первым высказывается Петя Шухмин:

– Между прочим, нас никто не заставляет его искать, Николова этого. Тут и дела-то никакого не возбудишь, если на то пошло. Ничего человек не совершил, ничего не нарушил. Мотанул из гостиницы? Домой вовремя не вернулся? На бумажке чего-то считал? Ну и что? Какой тут, спрашивается, криминал? Да и записка, прочтенная экспертом, неизвестно еще кому принадлежит. И означать она может все что угодно. Это только Лосеву тут почему-то убийство мерещится. А намеки этого Мушанского вообще ничего не стоят.

Петя у нас реалист и прагматик, не верит ни в какие ощущения, чутье, интуицию и прочие иррациональные категории. Он всегда ставит вопрос ребром, ему все до конца должно быть ясно. Да или нет? Неопределенность его нервирует и всякие сомнения тоже. Им не место в работе. Иначе, по его мнению, будет хаос и всеобщая путаница.

– Так...
– кивает Кузьмич.
– У кого еще есть соображения?
– И смотрит на Игоря.
– Что скажешь, Откаленко?

Я настораживаюсь. Но Игорь, не поднимая глаз, цедит сквозь зубы:

– Согласен с Шухминым.

На Игоря это совсем не похоже. Что с ним происходит?

Кузьмич тоже недоволен, он хмурится и сердито сминает в пепельнице недокуренную сигарету. Потом поворачивается к Вале и коротко бросает:

– Давай ты, Денисов.

Валя невозмутимо пожимает плечами.

– Формальных оснований к розыску нет, конечно, - говорит он.
– Кроме одного: нужен свидетель по шестой краже Мушанского. Но еще и подозрения есть. Тут Лосев прав. Если прикажете, можно заняться, Федор Кузьмич. Но можно вытянуть и пустой номер.

– Та-ак, - медленно произносит Кузьмич и трет ладонью макушку.
– Пустой номер, говоришь...

– Не обязательно, - осторожно поправляет его Валя.

– Понятно, что не обязательно. А приказать, Денисов, это самое простое. Но дел у нас, как ты знаешь, и так невпроворот, конкретных дел.

– Федор Кузьмич, - не выдерживаю я.
– Все-таки разрешите мне встретиться с Варей.

– Можно, - соглашается Кузьмич.
– Даже нужно. Но вот эти города...
– Он задумывается.
– Повтори-ка, с кем он там разговаривал.

Не дают ему покоя эти города. И мне почему-то тоже.

Когда я кончаю читать Валину таблицу, Кузьмич некоторое время молчит, потом задумчиво произносит:

– Да, с Варей этой встретиться, конечно, надо. А вот ты, - обращается он к Вале, - все-таки, будь добр, выясни, что это за люди в тех городах. Может, они нашим товарищам там известны? С каждым из них, видимо, придется побеседовать о Николове. Осторожно, конечно.

– Кто же будет беседовать?
– ревниво спрашиваю я.

– Если надо, то и мы подъедем, - отвечает Кузьмич.
– Там поглядим. Но что-то в этой темноте должно проступить.

И проступает. На следующий день. Часа в два меня с Игорем неожиданно вызывает Кузьмич. У него, оказывается, сидит Валя Денисов.

– А ну повтори, - приказывает ему Кузьмич.

– Странная новость, - говорит Валя.
– Все перечисленные в таблице граждане исчезли.

Глава III

НОВЫЕ ФАКТЫ

На работу я в этот день прихожу несколько позже, чем обычно. Дело в том, что сначала я поехал к Варваре. Но, оказывается, успел уже забыть ее "расписание". В этот день Варвара работала в утреннюю смену и визит пришлось отложить до вечера.