Чтение онлайн

Сая ожидала расправы, но жрецы отчего-то даже не повышали голоса. Наставник нес успокаивающую околесицу; старик Нармаил молчал, но знакомое восхищение в его глазах вдруг натолкнуло Сайарадил на мысль. Стиснув зубы от боли, она приподнялась на локтях и недоверчиво спросила:

– Вы ждали этого?

Глаза Нармаила вспыхнули еще ярче, а на лице наставника появилось такое виноватое выражение, что Сая уверилась в своей правоте. Настроить всех против - и выжидать, когда произойдет трагедия... Разве это не подлость, которую так осуждают жрецы?

Или... всего лишь разумная тактика, которую жрецы воспевают.

– Кто-нибудь пострадал?
– с замиранием сердца спросила Сая.

– Никто не умер, - успокоил учитель Нармаил с поразительной беспечность в голосе.

Если так, то почему ее туника забрызгана кровью?.. Никто не умер. Губы сами расплылись в ухмылке. Умерших нет. Жрецы позаботились об этом.

Сайарадил согнулась пополам и захохотала.

'Это шок' - понял наставник и беспомощно посмотрел на Нармаила, но тот лишь довольно улыбался. Подавив внезапное раздражение, Арамил взял Саю за плечи, встряхнул и сказал ей строго:

– Я буду ждать за дверью. Пришло время ответов... И не забудь плащ!

Несколько минут Сая сидела, вперившись невидящим взглядом в сложенные стопкой чистые вещи. Она вдруг поняла, что боится получить ответы.

Избегая людей, Сайарадил вместе с наставником боковыми коридорами вышли к дальней лестнице. Ступени вверх вели к переходу в Храмовую башню, но наставник и не думал подниматься. Вместо этого он накинул капюшон на голову своей подопечной, пояснил:

– В подвалах холодно, - и, сняв со стены факел, начал спускаться.

Нижние уровни занимали таинственные этажи, теряющиеся во мраке. Через шесть пролетов лестница закончилась, уперевшись в высокую дверь. Наставник толкнул створку - та легко отворилась, но Сая была уверена: сделай это кто другой, дверь осталась бы заперта.

– Храмовый архив, - сказал Арамил, поднимая факел повыше.

Двери захлопнулись у них за спиной. Сайарадил плотнее запахнула плащ - холод здесь явно поддерживали с помощью магии - и огляделась. Ряды длинных, забитых книгами и свитками стеллажей уходили в темноту; справа возле двери стояли шкафы, заставленные запечатанными сосудами, слева располагались столы и скамейки; на столах громоздились толстенные пергаментные фолианты.

– Каталоги, - сказал, не оборачиваясь, наставник.

Они прошел мимо стеллажей, полок, мимо закрытых шкафов и бесчисленных сундуков - вперед, к дальней двери без ручек, засовов и петель. Казалось, кусок дерева просто вставлен в каменную стену; поверхность его была испещрена старым, стершимся узором, в мешанине линий которого смутно угадывалась слова, написанные на первоязыках.

– Земля, вода, огонь, - прочла Сая, щурясь в темноте, и кивнула на последний причудливый значок: - а тут, должно быть, воздух. Как на охранных столбах, которые ставили маги древности, призывая духов стихий.

– Духов не существует, - сказал наставник, обводя резьбу пальцем в нужном порядке.

– Тогда зачем они здесь?

– Это лишь символы, - строго ответил Арамил.
– Не уподобляйся жителям дальних провинций, который забивают себе голову всякой ерундой. Жречество верит прежде всего в мага и его способности.

– Моя мама верит в Вайдер, богиню рек, озер и милосердия, - заупрямилась Сая.

– Но ведь она - не маг, верно?
– мягко заметил наставник.
– Ей не доступно высшее понимание сил - в отличие от нас с тобой.

– А Великое Небо?
– не сдавалась Сая.

– Это Первоначало, - с легким раздражением заметил наставник.
– Небо, солнце, земля - это то, что составляет наш мир и дарует жизнь. Все они - Первоначала, природные абсолюты, у которых нет лица. Мы черпаем от них силы - значит, они существуют. Мы видим их. А кто видел Вайдер?.. Тысячелетняя практика храма доказывает, что вера в неведомые божества ложна - в противном случае наш Храм давно сожгли бы боги, подобные Вайдер!

– Зачем тогда жертвоприношения ради урожая?

Рука Арамила дрогнула, смазывая рисунок; он поморщился - нужно было начинать сначала.

– Показательное представление как дань людской слабости, - ответил он, повторяя узоры; в стене что-то щелкнуло, и дверь плавно уплыла в сторону.
– Ты еще поймешь, что в мире взрослых много лжи... Но я расскажу тебе правду.

Он вошел внутрь, повесил факел на стену. По щелчку его пальцев один за другим вспыхнули огоньки, и Сая увидела небольшую, заставленную полками комнатку.

– Это закрытый архив. Вход сюда позволен только Верховному жрецу и двенадцати наставникам Храмовой школы, - сказал Арамил.

Сайарадил вошла следом, и наставник взмахнул рукой, закрывая дверь.

– Тебя скоро хватятся, - сказал он.
– Времени мало, а вопросов... С чего же начать?

С одной из полок наставник снял деревянный сундучок, на крышке которого был вырезан узкомордый имперский дракон; длинный хвост ящера служил хитроумной защелкой, с которой Арамил некоторое время повозился.

– Это то, что осталось от дневника мастера Дайвон-ши, - сказал он, поднимая крышку.

Внутри стопкой лежали тончайшие листки из рисовой бумаги.

– Дайвон-ши был превосходным магом и талантливым художником, - наставник аккуратно развернул один из листков.
– Но куда важнее, что он был первым Верховным жрецом и учеником самого Вей-Рэна, первожреца, владеющий стихией Воздуха.

На бумаге тончайшими линиями туши был выведен филигранный портрет - назар в пышных многослойных одеждах и необычайно высоком головном уборе, вытягивающем его круглое скуластое лицо.

– Дайвон-ши был знаком со всеми первожрецами, так что сомневаться в истинности портретов не приходится... Перед тобой Мехред, первожрец кмехов, маг Огня, - наставник развернул еще один листок, на котором был запечатлен южанин в длинном кафтане и шароварах, с тяжелым взглядом из-под косматых бровей и собранными на затылке волосами.
– Лейв из народа моах, первожрец Земли, - большеглазый, коротко стриженный парень в длинной рубахе, подпоясанной шнурком, в меховой накидке, но босоногий.
– И еще...

Наставник развернул последний рисунок. Желтоватая бумага и черная тушь не могли передать бледность, но эти округлые глаза, острый подбородок и кудри до плеч Сая узнала бы где угодно.

– Твой далекий предок, первожрец Воды из народа вандов, - представил ей наставник.

– Ксайгал, - прошептала Сайарадил, и на глазах против воли выступили слезы.

– Человек с бледным лицом... Я сразу понял, о ком ты, - голос наставника прозвучал неожиданно жестко.
– Очевидцы всегда описывали Ксайгала как бледнолицего, белокожего или бесцветного. Забудь все, что тебя говорили о первожрецах! Правда слишком неприглядна, чтобы делать ее гласной. Тебя учили, что первожрецов убили идолопоклонники - на самом деле они уничтожили друг друга сами.