Чтение онлайн

– Ничего особенного. Только все не пойму, чего хочет Бранд. Он все время спрашивал о тебе, а до тебя не добраться. Наконец я дал ему колоду и сказал – попробуй, может, у тебя получится. Похоже, не получилось.

– Меня отвлекали, – пояснил я. – И дифференциал временных потоков не совпадал.

Жерар кивнул:

– Теперь, когда опасность ему не угрожает, я стараюсь с ним видеться пореже. У него снова припадок меланхолии, и он настаивает, что способен сам о себе позаботиться. Тут он прав, что и к лучшему.

– А где он сейчас?

– У себя. Во всяком случае, час назад был там, чрезвычайно мрачный.

– Он что же, вообще не выходит?

– Прогуливался пару раз. Но не в последние дни.

– Раз так, мне лучше встретиться с ним. Насчет Рэндома что-то слышно?

– Да, – кивнул Жерар. – Несколько дней назад вернулся Бенедикт. Сказал, они нашли несколько ниточек насчет Мартина. Вместе проследили парочку. Одна из них вела дальше, но Бенедикт решил, что ему не следует надолго исчезать из Амбера, пока тут все идет непонятно как. Так что Рэндом продолжает поиски в одиночку. Однако кое-что Бенедикт заполучил во время путешествия. Он вернулся, щеголяя искусственной рукой – отменная штуковина. Он может делать ею все то же, что и настоящей!

– Вот как? – сказал я. – Звучит до странности знакомо.

Жерар улыбнулся и кивнул:

– Да, он сказал мне, что это ты принес ее из Тир-на Ног’та. Вообще-то он хотел бы как можно скорее пообщаться с тобой об этом.

– Ну еще бы. Где же он сейчас?

– На одном из форпостов наблюдения, которые установил вдоль Черной Дороги. Так что вызывай его по Козырю.

– Хорошо, – кивнул я. – А что слышно о Джулиане и Фионе?

Жерар только пожал плечами.

– Ну ладно, – проговорил я, разворачиваясь к двери. – Наверное, сперва стоит разобраться с Брандом.

– Мне вот тоже интересно, с чего это ты ему так понадобился, – сказал Жерар.

– Учту, – кивнул я, вышел из комнаты и направился к лестнице.

Я постучался в дверь Бранда.

– Входи, Корвин, – откликнулся он.

Я переступил порог, решив не спрашивать, как он узнал, кто там.

В комнате было темно; горели свечи, хотя снаружи светило солнце, а окон у Бранда аж четыре штуки. Три были закрыты ставнями, четвертое чуть приоткрыто. Бранд стоял как раз возле него, неотрывно глядя куда-то в морскую даль. Весь в черном бархате, на шее серебряная цепь. Пояс тоже серебряный, тонкой работы, из ажурных звеньев.

Бранд поигрывал небольшим кинжалом и даже не посмотрел в мою сторону, когда я вошел. Все еще бледный, однако борода аккуратно подстрижена, и вообще ухоженный вид; пожалуй, он даже несколько прибавил в весе с прошлой нашей встречи.

– Выглядишь ты лучше, – сказал я. – А самочувствие как?

Бранд повернулся и посмотрел на меня без всякого выражения. Глаза его были полузакрыты.

– Где, черт побери, тебя носило? – проговорил он.

– Там и сям. Так зачем ты хотел меня видеть?

– Я спросил, где тебя носило? – повторил он.

– И я тебя услышал, – сказал я, снова открывая дверь у себя за спиной. – А теперь я выйду и войду снова. И, может быть, лучше начнем наш разговор сначала?

Бранд вздохнул.

– Минутку. Извини. Ну почему, черт побери, все мы такие тонкокожие? Вот уж непонятно… Ладно. Может, ты и прав: лучше, если я действительно начну все с самого начала.

Он убрал кинжальчик в ножны, пересек комнату и рухнул в массивное кресло из черного дерева и кожи.

– Меня начали беспокоить те вопросы, о которых мы с тобой говорили, – начал он, – а также некоторые другие… Я ждал подходящего момента после того, как ты закончишь дела в Тир-на Ног’те и вернешься. Я спрашивал о тебе, мне сказали, что ты еще не вернулся. Я подождал еще. Сперва ожидание просто раздражало, потом я испугался, что тебя могли застигнуть врасплох наши враги. А позже я узнал, что ты все-таки вернулся, но лишь ненадолго, повидаться с женой Рэндома – наверное, весьма важный разговор, – а потом немного поспал и снова уехал. Я разозлился, что ты даже не счел нужным посвятить меня в ход дел, однако решил еще немного подождать. Наконец я попросил Жерара связаться с тобой с помощью Козыря. Ему это не удалось, и во мне вновь поднялась тревога. Я попробовал сам, и хотя пару раз, кажется, я тебя почувствовал, пробиться не сумел. Я боялся за тебя, а теперь вижу, что боялся зря. Вот почему я сперва был так резок.

– Понятно, – сказал я и уселся справа от него. – Просто время там бежало куда быстрее, чем здесь, так что, с моей точки зрения, я толком и не отлучался никуда. Ты, пожалуй, успел гораздо лучше залечить свою рану, чем я – свою.

Он слабо улыбнулся и кивнул:

– Ну хоть какая-то компенсация за мои переживания.

– У меня своих достаточно, – заметил я, – так что не усугубляй. Я был тебе нужен? Давай о деле.

– Тебя что-то тревожит, – сказал Бранд. – Может, нам сперва стоит обсудить именно это?

– Хорошо, – кивнул я. – Давай.

Я повернулся и посмотрел на картину на стене у двери. Масло, довольно мрачное изображение колодца в Мирате [42] , двое мужчин разговаривают, держа лошадей под уздцы.

– У тебя узнаваемая манера, – сказал я.

– Во всем, – откликнулся Бранд.

– Это была моя фраза, – усмехнулся я, достал Козырь Мартина и передал ему.

Лицо его осталось совершенно бесстрастным. Он внимательно посмотрел на карту, искоса глянул на меня и кивнул.

– Дело рук моих, отрицать не стану.

– Делом рук твоих не только сама карта была, так ведь?

Бранд облизнул верхнюю губу кончиком языка.

– Где ты нашел ее?

– Там, где ты ее оставил, в сердце всех вещей – в настоящем Амбере.

– Так… – проговорил он, встал с кресла и вернулся к окну с картой, словно для того, чтобы рассмотреть ее. – Так, – повторил он, – значит, ты знаешь куда больше, чем я полагал. Откуда ты узнал о Про-Образе?

Я покачал головой:

– Сперва ты ответь: это ты ударил Мартина?

Бранд отвернулся от окна, мгновение смотрел на меня, потом резко кивнул. Взглядом будто что-то нащупывая на моем лице.

– Почему? – спросил я.

– Кто-то же должен был, чтобы открыть путь тем силам, которые были нам так нужны. Мы тянули жребий.

– И ты выиграл?

– Выиграл, проиграл… – Он пожал плечами. – Какое все это теперь имеет значение? Вышло совсем не так, как мы планировали. Да и я теперь совсем другой человек.

– Ты убил его?

– В смысле?

– Мартин, сына Рэндома. Он умер от той раны, что ты ему нанес?