Чтение онлайн

Я помогла матушке добраться до комнаты, где устроила её отдыхать: расшнуровала платье, сняла с неё туфли, а когда она легла - укрыла одеялом. До заката было далеко и осеннее солнце заливало окна своими лучами. И хотя лучи те были не яркими, они доставляли дискомфорт мучающейся от мигрени матушке, поэтому я стала задёргивать гардины. Окна этой комнаты выходили во двор, посему въезжающую во двор карету я увидела. Увидела и выругалась. Про себя. Баронесса Шатони, чтоб её черти уволокли.

Матушка, которая прекрасно расслышала шум экипажа, приподняла голову:

– Кто там, Адель?

Пришлось взять себя в руки.

– Это баронесса Шатони, матушка, - голос мой звучал спокойно и ровно.
– Не волнуйся, приму её и быстро выпровожу, отговорюсь усталостью с дороги, - мило пообещала я, злобно ощерившись про себя на стервятницу, что прилетела поклевать наши и без того истерзанные души.

Ещё раз заверив, что сама разберусь с гостьей, вновь помогла матушке укрыться и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

До гостиной добралась полная решимости вцепиться кому-нибудь, а данном случае баронессе, в глотку, причём живущая во мне ведьма хотела принять в этом непосредственное участие.

Ворвавшись в комнату, опустив все приличествующие приветствия, грубо объявила:

– Матушке нездоровится, устала очень с дороги, хотелось бы передохнуть от назойливых посетителей.

Вот так вот, без светской утончённости, по-мещански прямо. Ожидала возмущения, чтобы воспользовавшись этим откровенно выгнать вон настырную гостью. Разум предупреждал о недопустимости такого поведения, но разнывшее колено и предшествовавшие события застилали туманом умные мысли.

Мой демарш не произвёл того впечатления, на которое я рассчитывала. Баронесса оглядела меня с усталой снисходительностью, словно ребёнка - капризного и избалованного.

– Добрый день, милочка. Как поживаете? Как матушка? Понравился ли бал и столица? Устали ли с дороги? Погода нынче стояла хорошей, жаль только портится...

Каждое слово баронессы хлестало меня, как розга воспитательницы за невыученный урок. Лишь своим тоном она сумела превратить меня в маленькую девочку, которая отсутствием прилежания расстраивает взрослых. Она перечислила всё то, что мы, как люди светские, должны были обсудить прежде. Одним своим видом баронесса Шатони показала, что, несмотря на обстоятельства, истинно благородный человек не опускается до базарного ора.

Я мигом растеряла свою воинственность. А прозвучавшая следом фраза, вообще ошеломила:

– Понимаю, что "История Золушки", шокировала вашу матушку, - голос баронессы звучал укоризненно, - но это не повод рвать все отношения с соседями, - после короткой паузы она добавила: - С соседями, которые прекрасно знают, как обстоят дела.

Мой недоверчивый взгляд она интерпретировала верно.

– Да, милочка, в округе все в курсе, что из себя представляет Изабелла.

В этот момент открылась дверь. Матушка, всё ещё бледная, но тщательно одетая и причёсанная вошла в гостиную.

– Добрый день, мадам, рада вас видеть, - поприветствовала моя мать гостью.
– Прошу, присаживайтесь, - предложила она баронессе, которая всё ещё стояла посреди комнаты, опираясь на трость.

Хоть кто-то в этом доме не потерял голову и вёл себя подобающе своему статусу и положению.

– Как жаль, что закончились погожие дни, - продолжила матушка играть роль гостеприимной хозяйки, скользнув по мне печальным взглядом.

Вот оно что! Несмотря на своё состояние, она узнала, что погода испортилась и, зная, во что это выливается для меня, спустилась сюда. Самоотверженная - она решила принять удар на себя, не зная, что этого не понадобится. Подойдя к ней, я с нежностью взяла её руки в свои. Нужно отправить её наверх, объяснив, что нам не грозят нравоучения.

– Моя дорогая, - заговорила между тем баронесса, опустившись на диван, - то, что мы сегодня прочитали в этом Новостном листе, крайне возмутило всех, кто вас знает. Поверьте мне. Уж немало было тех, кто собирался вызвать на дуэль авторов этой инсинуации, - приглашающе похлопав на свободное место рядом с собой, продолжила: - Идите сюда, дорогая, вы очень бледны, эта поездка не пошла вам впрок...

Матушка незаметно сделала знак, что я могу уходить. Понимая, что я нахожусь не в самой лучшей форме, она постаралась отправить меня восвояси.

Чем я трусливо воспользовалась. Нарастающая боль в ноге подбивала сорвать на ком-нибудь своё мерзкое настроение, вот только баронесса не тот человек, с кем это можно проделать. Прохромав на кухню я потребовала, чтобы в гостиную подали чай на двоих, на что Матильда выставила меня вон, проворчав вслед: "Без всяких болезных разберёмся"

Ну и что я могла противопоставить этой монументальной "мадаме"? Только словесные угрозы, на которые кухарка даже не сочла нужным отреагировать. Тут в наши препирательства вмешалась Сюзанна, объявившая, что прибыла мадмуазель Бовиль, которая хочет меня видеть. Я откровенно застонала. Неужели в городе не осталось человека, который бы не был в курсе, что мы вернулись домой? Зачем Аделаида приехала? Чтобы смаковывать отвратный пасквиль или, как баронесса, посочувствовать? Не зная, что меня ждёт, я, тем не менее, решительно вышла на крыльцо.

Карета, с гербом маркиза Бовиль, стояла чуть в стороне, сама Аделаида дожидалась на ступенях. Очень хорошенькая, в бархатном платье цвета палой листвы. Её шею и плечи тепло кутала песцовая горжетка, защищавшая от по-осеннему стылого ветра.

– Здравствуйте, мадмуазель Аделаида, - поприветствовала я, наученная Шатони, как правильно себя вести в такой ситуации.
– Почему вы не проходите в дом? Погода нынче не радует, - все, как положено - расшаркалась, про погоду опять же не забыла.

Аделаида, бросив взгляд на экипаж баронессы, скорчила гримаску.

– Добрый день, мадмуазель Адель, я ненадолго, право слово, не буду беспокоить вашу матушку.

Понятно. Не одной мне Шатони сентенции изрекала.

Аделаида с сомнением оглядела мой домашний наряд, не располагающий к прогулкам. В этот момент из дому выскочила Сюзанна с пуховой шалью в руках. Не иначе как подсматривала и подслушивала. Так бывало каждый раз, когда в поле её зрения оказывалась Аделаида, являвшаяся для неё эталоном истинной леди. Поглядев на горничную одновременно строго и благодарно, закуталась в шаль и спустилась к очередной гостье. Я молчала, но маркиза Бовиль не из тех, кто долго подыскивает слова.