Чтение онлайн

64

Если к мнению И. Фролова мы уже прибегали, как к наиболее трезвому, то в данном случае оно тоже сомнительно.

Он утверждает, что роль Лидии Сомовой в пьесе А. М. Горького "Сомов и другие" Орлова, недолго поиграв, "подарила" той же ездившей на целину с "Миллионом улыбок" и ее лекарствами Л. Шапошниковой. Именно "подарила", ибо отказ от роли "повлек бы за собой оргвыводы". И сделала это потому якобы, что не захотела участвовать в пьесе о "врагах народа".

Кто тут больше злится: Л. Орлова, не желающая играть в пьесе А. Горького о "врагах народа", или ее героиня, Лидия Сомова невзлюбившая свою тещу в исполнении Ф. Раневской?

Что значит "не захотела", если она играла несчастную Лидию не один раз подряд, даже пыталась, пишет М. Кушниров, вспомнив свою консерваторскую практику, разучить скрябинскую "Прелюдию", которую скучающая в сомовском доме Лидия играет на сцене. Актриса что же, не прочла предварительно написанную в Сорренто в ответ на "шахтинское дело" в СССР пьесу Алексея Максимовича? В финале которой за ее мужем, инженером-вредителем, являются сразу четыре огепеушника и "за компанию" с ним арестовывают еще несколько проштрафившихся спецов?

Несомненно, Орловой было что вспомнить по части ОГПУ. Если за ее мужем по сцене (которого она, кстати, давно не понимает и не любит) оно является однажды (и, видимо, "навсегда"), то за мужем самой Орловой, А. Берзиным, в те же, кстати, годы ОГПУ, мы уже говорили об этом, являлось неоднократно. И в прихожей их квартиры в Колпачном переулке, пишет Д. Щеглов, "всегда стоял специальный чемоданчик со стандартным набором арестантских вещей". Который, добавим в порядке "черного юмора", в отличие от "счастливого" потом гастрольного чемоданчика актрисы таковым не был.

Правда, в отличие от привыкшей к таким "отлучкам" супруга Орловой, ее горьковская героиня, пораженная арестом хоть и нелюбимого, но мужа, пытается тут же, на глазах ОГПУ, покончить с собой, и ее еле удерживают от этого.

И вообще, судя по прессе, Орлова отнюдь не ненавидела свою несчастную героиню, наоборот, всячески сопереживала ей. Давний, еще по "Веселым ребятам", поклонник Орловой и Александрова "известинец" М. Долгополов писал:

"Большой интересе представляет работа Л. Орловой над образом Лидии жены Сомова. Она вышла за него замуж, потому что у нее "не было другого выхода", но, совершив этот поступок, Лидия продала себя. Умная, стремившаяся к знаниям, мечтавшая о труде девушка (между прочим, "девушке" по пьесе 27 лет, а игравшей ее Орловой было за 50!
– Ю. С.), попав в семью хищника Сомова, превратилась фактически в рабыню, в вещь Сомова. Актриса нашла интересные краски для раскрытия противоречивых черт характера молодой женщины. Мимика Орловой предельна выразительна, отточены каждое движение, каждый жест актрисы. Наиболее интересна в ее исполнении сцена с инженером Яропеговым, в которой Лидия узнает правду об окружающих ее людях.

Артистка хорошо передает смену настроений Лидии, ее стремление к простой и чистой жизни, искреннюю тягу к учительнице Арсеньевой, ее глубокое разочарование в семейной жизни, в любви.

Своей игрой Орлова заставляет зрителей верить в то, что ее Лидия задыхается в атмосфере грязных и морально нечистоплотных людишек. И покидаешь зрительный зал с верой в то, что Лидия такая, какой ее рисует Горький и какой ее играет Орлова, станет иной, пойдет рядом со своей подругой, учительницей Арсеньевой" (а та, естественно,- "за советскую власть".- Ю. С.).

Так неужели понадобилось несколько десятков (не знаем, сколько именно сыграла их Орлова) спектаклей, чтобы актриса вспомнила, наконец, тяжелый собственный опыт по части арестов мужа и отказалась от его изображения на сцене? Да еще в пьесе своего ангела-хранителя, спасшего, можно сказать, ее "Веселых ребят" А. М. Горького?

65

По поводу этого "спасения" тоже не все ясно. Во время съемок в 1937 году "Волги-Волги" плавучая александровская киностудия причалила в Горьком. И со знаменитым режиссером и актрисой сочла за честь встретиться редакция местной газеты "Горьковская коммуна" (об этом вспоминает служивший тогда в ней рядовым журналистом будущий главный редактор "Советской культуры" А. Романов). Александров, желая потрафить землякам великого писателя, рассказал им, как тот, по существу, спас всеми отверженных к тому времени "Веселых ребят", как уговорил посмотреть их Сталина, после чего, как известно, они были подняты на щит...

А спустя 30 лет, когда Г. Скороходов сообщил Орловой о своей "редчайшей" находке отзыва писателя о фильме в архиве Горького, она очень этому, будто впервые услышанному, обрадовалась, особенно словам классика о себе лично: "Как хорошо играет эта девушка!"

И в связи с этим была не так уж безразлична к картине "Центрнаучфильма" о себе и Александрове, как это мы писали со слов Д. Щеглова. Не желая показываться в нем сама, она упрашивала сняться в фильме того же Скороходова.

– Да с чем же?
– не понимал тот.

– Ну хотя бы с той же вашей горьковской находкой о "Веселых ребятах"...

Но, опубликовав все это в главном в свое время оппоненте "Веселых ребят" - "Литературной газете", Скороходов, кажется, ограничился этим...

66

Как и о немце-нэпмане-дипломате-антрепренере и пр., о "шютке" Сталина, которой он однажды (а может, и не однажды) поверг в шок "звездное" семейство, существует столько всяких вариантов, что начинаешь уже сомневаться, мог ли вообще вождь так "шютить".

...В книге Д. Щеглова перефразирован и дополнен рассказ самого Александрова:

"Сталин... после приема пригласил группу особо избранных - В. И. Немировича-Данченко, И. Москвина, В. Качалова и некоторых других на очередной просмотр "Волги-Волги".

Александрова посадил рядом с собой. По другую сторону Немировича-Данченко. В какой раз Сталин смотрел этот фильм? В двадцатый? Сорок восьмой? Во всяком случае, он знал наизусть все реплики и, давясь хохотом, хлопая Александрова по колену, обращался то к нему, то к принужденно улыбавшемуся Немировичу:

– Сейчас Бывалов скажет: "Примите от этих граждан брак и выдайте им другой!"

Был ли это тот самый просмотр, когда Сталин, раздраженный отсутствием Орловой, которая и дальше старалась избегать подобных мероприятий, решил отпустить одну из своих фирменных палаческих шуток,- не отрываясь от экрана, он прошептал на ухо Александрову: "Если с этой женщиной что-нибудь случится, мы вас расстреляем..." И, упиваясь произведенным впечатлением, без паузы продолжал свои веселые комментарии".

...А вот как выглядит та же "палаческая" шутка в книге Ю. Борева "Из жизни звезд и метеоритов":

"Сталин спросил Орлову:

– Тебя муж не обижает?

– Бывает, но очень редко.

– Скажи ему, что если он будет тебя обижать, мы его повесим.

Стоявший рядом Александров засмеялся:

– За что, товарищ Сталин?

– За шею!
– мрачно пояснил вождь".

Сталинская угроза расправиться с Александровым за Орлову мелькала еще в нескольких публикациях. В "Огоньке" за 1992 год, например, в статье С. Николаевича "Последний сеанс, или Судьба белой женщины в СССР".