Чтение онлайн

'Do you know where you are, Winston?' he said.

– - Вы знаете, где находитесь, Уинстон?
– - спросил он.

'I don't know.

– - Не знаю.

I can guess.

Догадываюсь.

In the Ministry of Love.'

В министерстве любви.

'Do you know how long you have been here?'

– - Знаете, сколько времени вы здесь?

' I don't know.

– - Не знаю.

Days, weeks, months--I think it is months.'

Дни, недели, месяцы... месяцы, я думаю.

'And why do you imagine that we bring people to this place?'

– - А как вы думаете, зачем мы держим здесь людей?

' To make them confess.'

– - Чтобы заставить их признаться.

'No, that is not the reason.

– - Нет, не для этого.

Try again.'

Подумайте еще.

' To punish them.'

– - Чтобы их наказать.

'No!' exclaimed O'Brien.

– - Нет!
– - воскликнул О'Брайен.

His voice had changed extraordinarily, and his face had suddenly become both stern and animated. 'No!

Голос его изменился до неузнаваемости, а лицо вдруг стало и строгим и возбужденным.
– - Нет!

Not merely to extract your confession, not to punish you.

Не для того, чтобы наказать, и не только для того, чтобы добиться от вас признания.

Shall I tell you why we have brought you here?

Хотите, я объясню, зачем вас здесь держат?

To cure you!

Чтобы вас излечить!

To make you sane!

Сделать вас нормальным!

Will you understand, Winston, that no one whom we bring to this place ever leaves our hands uncured?

Вы понимаете, Уинстон, что тот, кто здесь побывал, не уходит из наших рук неизлеченным?

We are not interested in those stupid crimes that you have committed.

Нам неинтересны ваши глупые преступления.

The Party is not interested in the overt act: the thought is all we care about.

Партию не беспокоят явные действия; мысли -вот о чем наша забота.

We do not merely destroy our enemies, we change them.

Мы не просто уничтожаем наших врагов, мы их исправляем.

Do you understand what I mean by that?'

Вы понимаете, о чем я говорю?

He was bending over Winston.

Он наклонился над Уинстоном.

His face looked enormous because of its nearness, and hideously ugly because it was seen from below.

Лицо его, огромное вблизи, казалось отталкивающе уродливым оттого, что Уинстон смотрел на него снизу.

Moreover it was filled with a sort of exaltation, a lunatic intensity.

И на нем была написана одержимость, сумасшедший восторг.

Again Winston's heart shrank.

Сердце Уинстона снова сжалось.

If it had been possible he would have cowered deeper into the bed.

Если бы можно было, он зарылся бы в койку.

He felt certain that O'Brien was about to twist the dial out of sheer wantonness.

Он был уверен, что сейчас О'Брайен дернет рычаг просто для развлечения.

At this moment, however, O'Brien turned away.

Однако О'Брайен отвернулся.

He took a pace or two up and down.

Он сделал несколько шагов туда и обратно.

Then he continued less vehemently:

Потом продолжал без прежнего исступления:

'The first thing for you to understand is that in this place there are no martyrdoms.

– - Раньше всего вам следует усвоить, что в этом месте не бывает мучеников.

You have read of the religious persecutions of the past.

Вы читали о религиозных преследованиях прошлого?

In the Middle Ages there was the Inquisition.

В средние века существовала инквизиция.

It was a failure.

Она оказалась несостоятельной.

It set out to eradicate heresy, and ended by perpetuating it.

Она стремилась выкорчевать ереси, а в результате их увековечила.

For every heretic it burned at the stake, thousands of others rose up.

За каждым еретиком, сожженным на костре, вставали тысячи новых.

Why was that?

Почему?

Because the Inquisition killed its enemies in the open, and killed them while they were still unrepentant: in fact, it killed them because they were unrepentant.

Потому что инквизиция убивала врагов открыто, убивала нераскаявшихся; в сущности, потому и убивала, что они не раскаялись.

Men were dying because they would not abandon their true beliefs.

Люди умирали за то, что не хотели отказаться от своих убеждений.

Naturally all the glory belonged to the victim and all the shame to the Inquisitor who burned him.

Естественно, вся слава доставалась жертве, а позор -- инквизитору, палачу.

Later, in the twentieth century, there were the totalitarians, as they were called.

Позже, в двадцатом веке, были так называемые тоталитарные режимы.

There were the German Nazis and the Russian Communists.

Были германские нацисты и русские коммунисты.

The Russians persecuted heresy more cruelly than the Inquisition had done.

Русские преследовали ересь безжалостнее, чем инквизиция.

And they imagined that they had learned from the mistakes of the past; they knew, at any rate, that one must not make martyrs.

И они думали, что извлекли урок из ошибок прошлого; во всяком случае, они поняли, что мучеников создавать не надо.

Before they exposed their victims to public trial, they deliberately set themselves to destroy their dignity.