Чтение онлайн

"Просто направляюсь в свой кабинет", — продолжает он с выдохом. "Нужно составить протоколы действий на случай чрезвычайной ситуации для других ковенов. Некоторые теряют коллективный рассудок из-за этого."

"Ух ты, сэр. Действительно берете ситуацию под контроль." Я сгущаю краски.

"Что на тебя нашло?" — Брови Рейнхардта почти сливаются с линией волос. Он знает, что подхалимство не в моем стиле.

Приходит вдохновение. Я достаю клинок плети Эзры. "Схватила это во время драки. Подумала, что взломаю руны чистокровных, заставлю работать с кровяной магией вместо этого."

"Хм... Сообразительно. Использовать их технологии против них."

"Такой план."

"Продолжай тогда. Но постарайся отдохнуть до восхода, мисс Сейлем. Ты понадобишься завтра, ни свет ни заря. Подготовка к испытаниям должна продолжаться по плану."

Ах, да, те самые ужасные испытания, которые абсолютно никто в Даркбирче не хочет проходить.

"Да, сэр", — отвечаю я с улыбкой такой фальшивой, что у меня болит лицо. Я улепетываю, пока он не передумал.

Солнечный свет вонзается в готические окна библиотеки, словно некий небесный средний палец. Черт. Прошли часы. Я тут всю ночь. Мои глаза чувствуют себя так, будто их обработали наждачной бумагой, но, по крайней мере, я не упала лицом в книгу и не пустила слюни. Я слишком уважаю книги. Вместо этого моя щека раздавлена от того, что я прислонилась к твердому дубовому столу, а шея чувствует себя так, будто кто-то пытался ее выкрутить за ночь.

Но я нашла несколько текстов о драконах, которые каким-то образом пропустила раньше, завалявшихся в неправильном разделе, и они на самом деле неплохие. Не та хрень вроде "ррр, сжигать деревни, копить золото", которой кормят первокурсников. У этих чешуйчатых ублюдков было свое дерьмо в одном сборе — магические системы, от которых наши профессора бы плакали, модные благородные дома и все такое. Они даже иногда ладили с людьми.

Я щурюсь на другой журнал некой леди по имени Маргот Хеддер, у которой, судя по всему, была фетиш-одержимость драконами из Дома Брейнор.

"Военная ветвь", — бормочу я, пытаясь расшифровать почерк, похожий на то, что пьяный паук упал в чернильницу. "Серьезно, Маргот, хороший почерк убил бы тебя?"

Мои глаза непроизвольно захлопываются. Они горят, будто я смотрела на солнце. Или на задницу дракона. Неважно.

Глубокий вдох. Иезекииль, мой пра-пра-прадед, был не просто каким-то пыльным старым дедушкой, варившим зелья, из семейной хроники Сейлемов. Чувак был ботаником-исследователем, как и я. Наверное, поэтому я на самом деле могу общаться с ним, даже если получила ген шепчущего с призраками гораздо позже, чем Эсме получила его от бабушки Эстер. Две головы лучше, чем одна, особенно когда одна из них принадлежит многовековому магическому гению.

Я закрываю глаза и пытаюсь призвать его, но ничего. Просто могильная тишина и этот раздражающий солнечный луч, заставляющий частички пыли выглядеть волшебными и все такое. Отлично. Он, наверное, все еще призрачно-истощен после вчерашнего сверхъестественного избиения.

Что-то шевелится рядом. Присутствие. Я ловлю движение краем глаза.

Я резко поворачиваю голову и чуть не падаю со скамьи.

Хелена — чертова Хелена Сейлем — просто непринужденно сидит там, разглядывая заметки Хеддер, будто материализовалась для воскресного книжного клуба. Она смотрит на меня с выражением "почему-ты-орешь", пока я пытаюсь вернуть себе немного достоинства.

"Нельзя просто так возникать рядом с людьми, как призрак!" — шиплю я.

Она пожимает плечами, полуулыбается. Ни слова, но я чувствую ее — эту странную смесь энергии крутой воительницы-королевы и мягкого наставника, пульсирующую через нашу родовую связь.

"Ты выглядишь дерьмово", — говорю я ей, затем вздрагиваю. "Я имею в виду, уставшей. Очень уставшей." Она кивает, мол, само собой. "Ты оправишься от этого?"

Еще одно пожатие плечами. Ее волосы ниспадают на плечи, которые кажутся более прозрачными, чем вчера. Ее некогда ярко-красное бархатное платье выглядит так, будто кто-то стер его ластиком с картины. Выцветшее. Изношенное.

"Иезекииль и Ангус?" — спрашиваю я. "Они выжили?"

Один короткий кивок. По крайней мере, это уже что-то.

Я прочищаю горло. "Так что, эм, спасибо за сверхъестественную поддержку. Не то чтобы я жаловалась, но почему выбрали команду Сейлемов второго состава, когда Эсме — потрясающая шептунья с призраками?"

Слова кажутся горькими. Как будто жуешь аспирин. Мне так надоело, что все считают меня Сейлем Лайт, подделкой, которую покупают, когда настоящая вещь распродана.

Но, клянусь предками, я бы отдала что угодно, чтобы ее надоедливая задница-перфекционистка была сейчас здесь. Это странно — когда она рядом, я практически аллергична к ее присутствию. А сейчас? Я продолжаю оборачиваться, чтобы отпустить какую-нибудь умную шутку, а ее нет рядом, чтобы закатить на меня глаза. Типичная Эсме, исчезает, когда у меня наконец есть что сказать.

Хелена просто смотрит на меня этим мертвым взглядом, ее призрачная грудь делает вид, что она дышит, пока она уставилась на потрепанный старый журнал Хеддер. Она сосредоточена на нем лазерно, и не в случайной манере "о, смотри, что почитать".

"Ладно, выкладывай. Ты же не просто материализовалась здесь из-за моей блестящей личности, да?"

Она качает головой, все еще прикованная к блокноту.

"Ты видела это раньше? То есть, когда была жива-жива?"

Кивок.

"Ты действительно читала эту штуку?"

Ее вся призрачная аура меняется. Ее глаза становятся мягкими и печальными, будто кто-то только что пнул ее бесплотного щенка. Я мысленно листаю свои карточки с семейными тривиями Сейлемов.

"Погоди секунду — святое дерьмо. Ты и эта чика Хеддер были одноклассницами в Даркбирче! Вы обе сражались в Кровавых Войнах!"

Она тычет полупрозрачным пальцем в угол страницы.

"Значит, если она пишет весь этот драконий фанфик... у нее был внутренний источник, да?"

Ответа нет, но ее палец остается на месте, словно она пытается просверлить дыру в бумаге.

Я переворачиваю страницу и чуть не задыхаюсь: *реальные заметки об исходе драконов*. Запах затхлой бумаги бьет мне в нос, как кофеиновый удар, каждый вдох заставляет многовековые чернила танцевать.

"Драконов стоит спасать", — пишет Хеддер. Я фыркаю. Да, расскажи это старейшинам Даркбирча. "Они — восприемники знаний, собиратели величайшего и самого драгоценного богатства нашего мира." Модный способ сказать "книжные ботаны с чешуей"? "Знание всегда было для них ключом, далеко за пределами их физических возможностей. Их города поднимались от гор к небесам. Их огни горели ярко. Металл склонялся перед ними. Дерево превращалось в пепел. Но именно их знание и преданность сохранению древних текстов сделали их первостепенными для нашего существования."

Хелена парит, словно самый выцветший фотофильтр в мире. Я буквально вижу стол сквозь нее сейчас. Пылинки проплывают сквозь ее полупрозрачные волосы, как крошечные звезды. Она становится призрачно-прозрачной, и это о чем-то говорит, учитывая, что она уже, ну, знаете...

"Это чертовски бесценно", — бормочу я. "Бьюсь об заклад, эти страницы не видели дневного света с тех пор, как какой-то библиотекарь в напудренном парике расставил их по полкам."

К полудню Чад находит меня практически целующейся с книгами. Мой желудок исполняет собственный концерт в стиле дэт-метал, а мозг гудит, как оголенный провод.