Чтение онлайн

"Ты мне доверяешь?" — Его брови взлетают, будто я только что предложила нам переспать.

"Доверие — это сильно сказано. Скорее, (а) ты вчера помешал мне превратиться в шашлык из Сейлема, и (б) ты, по сути, таракан — чертовски раздражающий, но на удивление живучий."

Он замирает, обрабатывая информацию.

"Это, наверное, самая приятная вещь, которую ты мне когда-либо говорила."

"Не зазнавайся."

"Я расту на людях."

"Как грибковая инфекция, ага."

Но вот правда, которую я скорее умру, чем признаю: Чад — единственный, кто заставляет меня чувствовать, что я, возможно, не полный ноль в этом всем темнокровном деле. Он нажимает на все мои кнопки, но иногда это именно то, что мне нужно. Наш ковен слишком занят игрой в шахматы с моей сестрой и ее драконом, чтобы видеть то, что прямо перед ними — мы все устали от этой бесконечной вражды на крови.

Может, пора кому-то попытаться перевернуть чертов стол. Может, это можем быть мы.

16

ЭСМЕ

Я смотрю на обгоревшие края моего платья, провожу пальцем по опаленной ткани. Запах паленых волос витает вокруг меня, как облако провала. Уже час я сижу здесь, на краю кровати, переигрывая каждый неверный шаг, который привел к этому моменту: Дэйн, объявляющий меня своей будущей женой перед всем своим двором, спасающий мне жизнь, одновременно заканчивая ее.

"Эсме." Голос Дэйна заставляет меня вздрогнуть.

Я резко поднимаю голову. "Когда ты —"

"Так же, как ты не заметила Рогона, который следил за тобой в институте." Он закрывает дверь с тихим щелчком, качая головой. Его разочарование почему-то жалит сильнее, чем ожоги на моей коже.

Жар приливает к лицу.

"Я просто пыталась —"

"О чем, черт возьми, ты думала?!" — слова взрываются из него, его голос наполняет каждый угол комнаты. Я замираю, никогда не видев его таким раньше.

Его грудь вздымается с каждым вдохом, ноздри раздуваются. Золото мелькает в его радужках, как тлеющие угли, вспыхивающие огнем. Прядь иссиня-черных волос падает на лоб.

"Я должна была хотя бы попытаться", — говорю я голосом ровнее, чем пульс.

"Колоссальный риск ради какой выгоды?" — Сухожилия на его шее напрягаются под бронзовой кожей. "Ты умелая, Эсме, но мы драконы. Наши чувства были отточены против темнокровных за столетия до твоего рождения."

"Я не буду извиняться за желание свободы." — Я поднимаю подбородок. — "Почему вообще мое выживание должно иметь для тебя значение? Ты тот, кто затащил меня под землю."

Дэйн проводит пальцами по волосам, еще больше их взъерошив. "Боги, Эсме."

"Ответь мне. Почему тебе не все равно?"

"Наше партнерство имеет значение. Мое слово имеет значение."

"Как удобно." — Я поднимаюсь и направляюсь к окну. — "От человека, чьи обещания с Хитборна были не чем иным, как дымом."

Он медленно вдыхает, его взгляд скользит от моего обгоревшего подола к лицу. "Ты загнала меня в угол там."

"Если ты хочешь, чтобы я извинилась —"

"Я не заблуждаюсь. Ты скорее умрешь, чем извинишься."

"Тогда мы в чем-то согласны. Я скорее выколю себе глаза ржавой ложкой, чем стану твоей невестой."

Его губы дергаются: мимолетная, искренняя улыбка, прежде чем она исчезает под резким выдохом и приподнятой бровью. "Я велю кухне приготовить такую. С дополнительной ржавчиной."

"Эта свадьба не может состояться, Дэйн."

"Это тоже не то, чего я хотел." — Его голос понижается чуть заметно. — "Драконьи церемонии неразрывны."

Я часто моргаю, пытаясь справиться с жжением в глазах. Горло сжимается, когда я глотаю. Стены этой подземной камеры, кажется, сжимаются с каждой секундой. Худшая часть в том, что мои вены все еще поют от жажды его крови, тяга, которая пульсирует под кожей, как второе сердцебиение.

"Тогда отпусти меня", — удается мне выговорить, голос предает легкой дрожью. — "Ты мог бы отдать мне ту пряжку Сейлем."

Дэйн резко выдыхает. "Я не могу этого сделать. Пока что. И у меня, к твоему сведению, нет этой пряжки. Король конфисковал ее."

"Мы не можем пожениться", — настаиваю я. — "Зачем ты вообще здесь?"

"В Дрэтисе что-то не так." — Его золотые глаза темнеют. — "Гниль, что расползлась, пока я был в изгнании. Если я не смогу скоро это сдержать, эта вынужденная помолвка будет наименее смертельной из наших проблем."

"И ты упоминаешь об этом только сейчас, потому что...?"

"Это не твоя битва, Эсме. Бремя трона — только мое." — Он делает шаг ближе. — "Хотя, возможно, пересечение наших путей — не простое совпадение."

Я отворачиваюсь с резким смешком. "Пощади меня от разговоров о судьбе."

Но даже повернувшись к нему спиной, моя кожа колется от осознания его присутствия. Каждый дюйм между нами, кажется, заряжен электричеством, мое тело — стрелка компаса, притягиваемая к его магнитному северу. Противоречие заставляет меня хотеть закричать.

"Я тоже не просил ничего из этого", — бормочет он. — "А сейчас мы играем свои роли. Ты — моя неохотная невеста, я — добросовестный принц, пока я ищу наш выход."

"Ты звучишь как политик. Говоришь много, не говоря ничего."

"Признак искусного лидера, разве нет?"

"Или болтуна."

Дверь с грохотом распахивается. Беммар заполняет проем, его массивные плечи вздымаются с каждым дыханием. Его глаза с такой яростью впиваются в мои, что я инстинктивно отступаю.

"ТЫ!" — Слово отражается от каменных стен.

Я выпрямляю позвоночник и встречаю его взгляд.

"Ваша *милость*." — Мой голос звучит ровнее, чем я ожидала, и мне даже удается вставить нотку сарказма.

"Вот это представление ты устроила, темнокровная." — Титул слетает с его губ, словно яд.

Рядом со мной лицо Дэйна остается бесстрастным, но мускул дергается вдоль линии челюсти — единственная трещина в его идеальном самообладании.

"Ненамеренно", — отвечаю я, поднимая подбородок, несмотря на легкую дрожь в коленях.

Ноздри короля раздуваются. "Ты явишься в Беллаториум на рассвете завтра."

Голова Дэйна резко поднимается. "Отец, после сегодняшних событий —"

"Твоя... невеста..." — Беммар выплевывает слово, будто кость застряла в горле, — "продемонстрировала способности, требующие должной оценки. Полковник Рогон лично запросил курировать ее обучение."

Мой желудок падает. "Тот самый полковник Рогон, который пытался меня казнить?"

"Считай себя удачливой", — рычит Беммар. — "Если бы не вмешательство моего сына, я бы все еще отделял твою голову от плеч."