Чтение онлайн

«Получил». Отправитель – Кейн. Я лишь покачал головой. Говорю же – киборг…

Ровно в шесть я вышел из своего кабинета уже полностью одетый. Немек дисциплинированно встал и полез в шкаф за своей курткой.- Вы можете быть свободны, миз Кэссиди.Кэти окинула меня немного удивленным взглядом и кивнула. Ну да, котенок, иногда даже большое начальство уходит с работы вовремя.

– Спасибо, мистер Эклз.…Я упал на заднее сиденье «мерседеса» и закрыл глаза.
– Домой? – уточнил Немек.- Домой, - вздохнул я. – И побыстрее.

Как выяснилось, я волновался зря – Джаред вполне предсказуемо встречать меня не вышел, но, по крайней мере, был в сознании. Он по-прежнему сидел на диване, уставившись в телевизор; лишь искоса мазнул по мне мутным взглядом, когда мы с Немеком вошли в квартиру, и сразу отвернулся.
– Мистер Эклз? – деликатно подал голос мой телохранитель.- В половине восьмого, мистер Немек, - рассеянно отозвался я, понимая, что по логике самое время снять куртку, но по факту почему-то не испытывая ни малейшего желания этого делать. Блин, на самом деле, я просто не знал, как вести себя дальше – то ли опять применить силу, загоняя это пьяное чудовище в постель, то ли сесть с ним рядом и присоединиться к вечеринке.Когда совсем рядом со мной раздались первые аккорды музыкальной темы «Mission: Impossible» я реально вздрогнул. Немек немного смущенно улыбнулся и полез за телефоном.- Простите. Да, Чарли?Я слегка озадаченно наблюдал за тем, как мой телохранитель слушает своего невидимого собеседника – прежде Немек никогда не допускал в моем присутствии таких вольностей; даже если ему звонили, он просто сбрасывал вызов, и все. Или просто типа его рабочий день закончен?..

– Так точно, - откликнулся Немек и неожиданно протянул трубку мне. – Это вас, сэр.Охренительно. Мне для полного счастья сейчас только какого-то Чарли недоставало.
– Слушаю.

– Эклз, я на месте, - раздался в динамике немного искаженный, но все равно узнаваемый голос Бореанеза. – И тебе тоже лучше подъехать.

– Ок, Дэйв. Сейчас приеду, - немного растерянно отозвался я, нажимая отбой. Передав телефон Немеку, я вновь застегнул куртку.- Джаред, я… э-э… я скоро буду.- Да мне похуй, – немедленно раздалось с дивана.

Я почувствовал, как мои щеки вспыхнули огнем. Блядь, он же видел, что я не один… Я скрипнул зубами, но промолчал. И даже удержался от искушения как следует шарахнуть дверью.- Почему «Чарли»? – поинтересовался я, когда за нами закрылись двери лифта, и я, наконец, понял, что в состоянии выдать вслух хоть что-то, кроме мата. Немек усмехнулся.
– Потому что «Таунсенд»*. Вы просто никогда не сталкивались с майором в обычной жизни, иначе бы не спрашивали. Понятно, «обычная», судя по всему, значит армейская, а Таунсенд… Внезапно до меня дошло.

– То есть, он Чарли, а вы…

– А мы его ангелы, - пожал плечами Немек. – И даже не спрашивайте, Дилан Сандерс среди нас не было. Пока мы шли к машине, я думал о том, что в последнее время суммарная плотность «ангелов» вокруг меня планомерно приближается к своему критическому значению. Еще немного – и рванет так, что никому мало не покажется.

Из гаража я возвращался в настроении, близком к полной подавленности. Бореанез решил не тратить время на голословные заявления и просто наглядно продемонстрировал мне надрезанные тормозные шланги, а также подпиленный трос ручника. На мой мрачный вопрос, какого хера вся эта хуйня не сработала, Дэвид пожал плечами и философски заметил:- Ну так это же «форд». Почувствуйте разницу**. – К счастью, он быстро понял, что сейчас я абсолютно не в настроении шутить, и уже вполне серьезно добавил: - Тут в принципе не могло быть никакой серьезной привязки по времени, Эклз. Так что – если смотреть с этой стороны, пока что больше похоже на предупреждение, нежели на покушение. Скорее всего, тормоза у тебя отказали бы в какой-нибудь пробке, при резком торможении после перегрева всей тормозной системы. Или вот тебе еще один вариант –твое тело вместе с машиной могли просто скинуть в Гудзон. При наличии трупа копы по любому вынуждены были бы провести экспертизу автомобиля, и вот тогда было бы уже неважно, будут шланги порваны или нет – все признаки неслучайности этого происшествия в любом случае были бы налицо.Второй вариант мне понравился меньше.- Зачем это могло кому-то понадобиться? – хмуро поинтересовался я. Бля, из всех возможных тем, которые меня конкретно подзаебали в последнее время, вопрос покушения на меня, любимого, неизменно занимает вершину чарта.Дэвид пожал плечами.- Тебе виднее, Эклз, - несколько легкомысленно, на мой взгляд, заметил он. – Не хочу тебя расстраивать, но, по ходу, ты действительно кому-то сильно мешаешь. А это был бы одновременно и шанс избавиться от тебя – и способ подставить каких-то очень конкретных людей.
– Например, итальянцев, – вздохнул я, поскольку эта мысль просто напрашивалась.Бореанез кивнул.- Не исключено. У этих парней вообще к этой реке какая-то нездоровая слабость, а потому, в свете последних, так сказать, событий, в первую очередь действительно подумали бы на них. На крайний случай можно было бы добавить в машину пару каких-нибудь аутентичных сувениров. Я промолчал.- Знаешь, Эклз, на твоем месте я не выходил бы из дома по крайней мере до того счастливого момента, пока в игру вновь не вступят парни Гамбино, - добавил Дэвид, внимательно глядя на меня. – Я пришлю своих ребят – подежурят хотя бы в коридоре, раз уж в квартиру ты никого пускать не хочешь.Блядь, как бы я сам хотел верить в то, что нам хоть кто-то придет на помощь… Вот только ни хера. Никто не придет.- Знаешь, Бореанез, - в тон начальнику сектора охраны ответил я. – Мой тебе совет – оставайся-ка лучше там, где ты есть. Поверь, в сложившейся ситуации меняться местами со мной – это не самая удачная идея.

Несмотря на по-прежнему орущий телевизор, уже с порога мне показалось, что в квартире стало как-то тише. Не разуваясь, я прошел в студию – так и есть, основной источник шума все же не выдержал и отрубился, живописно раскинувшись на полусползших диванных подушках. Блин, интересно, как он вообще спал на этом диване, он же ни хрена на нем не помещается…- Помощь нужна? – раздался за моей спиной голос Немека.- Да чем вы тут поможете, - вздохнул я, и неожиданно для самого себя понял, чем. – Хотя… Берите за ноги. На кровать.Мы вдвоем перенесли бесчувственное тело на постель. Ладно, черт с ним… здесь ему действительно будет комфортнее. А я к своему дивану уже привык.- Что-нибудь еще, мистер Эклз? – невозмутимо поинтересовался Немек. Все же с ним в самом деле на редкость удобно – никаких лишних вопросов, никаких неуместных комментариев. Молодец, парень. Вот это я понимаю – профи.

– Нет, мистер Немек. Спасибо.- До завтра, мистер Эклз.

Я запер за охранником дверь, разделся и, вернувшись в студию, с минуту стоял над спящим Джаредом, пытаясь понять, куда делась вся та злость, что переполняла меня еще пару часов назад. Так и не понял.Я уже повесил в шкаф пиджак и галстук, когда Падалеки внезапно застонал, заворочался, а уже в следующий миг неловко сполз с кровати и ломанулся в ванную. Я вздохнул. Предсказуемо. Вот только одного его сейчас лучше не оставлять, тут не до деликатности. Городские легенды про людей, по пьяни захлебнувшихся собственной рвотой, на самом деле легендами не являются. Скорее уж это грустная проза жизни.Следующие не самые приятные десять минут своей жизни я провел, поддерживая хрипящего Джареда над унитазом и не давая ему нырнуть лицом вниз. Бедного парня выворачивало так, что я уже был морально готов увидеть на фаянсе его внутренности. У меня даже вновь закралось подозрение о «заряженности» моего бара. Надо будет прикинуть, сколько он выпил... В любом случае, еще минута, и если его не попустит – я вызываю 911. Шутки шутками, но рисковать его жизнью я не имею права. Джаред словно услышал мои мысли – и затих, повиснув у меня на руках и тяжело, со свистом переводя дыхание. Ладно, будем надеяться, представление окончено.- Вставай.
– Я помог Падалеки подняться на ноги и дотащил его слабо пытающееся мне помочь тело до раковины. А вообще-то даже забавно… реально вновь почувствовал себя студентом. Маннс бывало и похлеще выступал. А уж сколько раз мы вот так же таскали друг друга по туалетам… Н-да, странные у меня какие-то воспоминания о юности... Зато навыки, как выясняется, никуда не делись.- Прополощи.
– Не зря мне с самого начала понравилась его прическа, и бить удобно, и над раковиной держать.
– Сплюнь. Еще. Теперь пей. Не тошнит? – Отрицательное движение головой.
– Стоять можешь? – Неуверенный кивок.
– Тогда умоешься сам, - вздохнул я, возвращаясь к унитазу и нажимая на спуск. Надеюсь, на этом все. Но вот даже думать об ужине мне почему-то полностью расхотелось.Я уже собирался закрыть за собой дверь, когда в шуме льющейся воды мне внезапно послышался странный звук, напоминающий всхлип. Я развернулся.Джаред все так же неловко висел над раковиной, опираясь не столько на полусогнутые ноги, сколько на вцепившиеся в края фаянсовой чаши руки. Голова опущена вниз, мокрая челка облепила лицо, плечи предательски подрагивают. Так, а вот это уже хуже. Похоже, сейчас он готов расстаться не только с излишками алкоголя, но и со всем тем дерьмом, что за последнее время накопилось в душе. Пьяные слезы – на самом деле, к настоящим эмоциям не имеют вообще никакого отношения, это просто выброс адреналина, как и пьяные признания в вечной любви. Но и сдерживаться в такой ситуации бесполезно, все равно ни хрена не выйдет. Надо просто дать себе волю – и лучше, если рядом будет кто-то, кто просто выслушает весь тот бред, что ты несешь, а потом скажет, что все будет хорошо. Скорее всего, назавтра ты все равно об этом не вспомнишь – но сейчас искренне поверишь, что именно так оно все и будет. Блин, что-то за последние пару дней я уже подзадолбался утешать всех, кто окажется в поле моего зрения… Впрочем, это немного другой случай. Точнее – это совсем другой случай.- Иди сюда. Я оторвал Джареда от раковины и, прижав его к себе, тяжело опустился вместе с ним на пол; он привалился ко мне всем телом, но не обнял – просто уткнулся мокрым лицом мне в грудь, вздрагивая от беззвучных рыданий. Я обхватил его руками и прижался подбородком к влажным волосам.- Тихо, детка, тихо, - шептал я, поглаживая его по спине и понимая, что сейчас он если и слышит меня, то вряд ли понимает. – Все в порядке. Да-да, знаю, я тоже тебя ненавижу… вот прям завтра с утра и начнем ненавидеть друг друга по-новой. А сейчас перемирие. Ну все, детка, успокойся… Обними меня, ну? Вот так, умница. Ты прости меня, детка… это я во всем виноват. Я слушал, как он, захлебываясь, отчаянно шепчет мне в мокрую от воды и слез рубашку что-то о любви и ненависти, гладил его по голове и думал о том, что каким бы он ни был – трезвым или пьяным, любящим или предающим – другого у меня все равно нет. И, скорее всего, уже не будет. Так какого черта?.. Нет, больше никакого самообмана, я прекрасно все понимаю и отдаю себе полный отчет в том, что происходит… Вот только когда шансы на выживание тают с каждой минутой – глупо цепляться за оскорбленное самолюбие. Пожалуй, это даже неплохо, что у него будет хоть кто-то… когда не станет меня. И даже если он прямо или косвенно приложил руку к тому, что произойдет… что может произойти, – там мне до этого не будет уже никакого дела. Я не знаю, как долго мы просидели, обнявшись, пока Джаред не поднял голову и не посмотрел мне в лицо мутным, расфокусированным взглядом.- Дженсен? – неуверенно уточнил он, словно на полном серьезе ожидал увидеть кого-то другого. Впрочем, я его понимаю. Мне так однажды и вовсе пригрезилось, будто я трахаю Анджелину Джоли… хотя, по факту, даже с той прыщавой первокурсницей тогда ни хера не получилось.- Пойдем. – Я разорвал объятие и осторожно поднялся на ноги, придерживая его за плечи. – Спать пора.До кровати мне пришлось практически тащить эту тушу на себе – ногами он если и перебирал, то крайне неуверенно и точно не в ту сторону, куда надо. Я сгрузил Джареда на постель, укрыл одеялом, и он тут же со стоном перекатился на мое место, запуская пальцы в мою подушку. Я вздохнул и взял одну из тех, которые по факту уже были его – он всегда на одной спит, а две другие обнимает. Иногда даже вместе со мной, если у меня хватает неосторожности положить голову на какую-либо из них. Потом я вытащил из-под Падалеки второе одеяло. Нет, никакой демонстративности или глубокого смысла – я просто прекрасно помню, каково спать рядом с ним, когда он в таком состоянии. А мне, между прочим, завтра на работу.Потом я отнес свою добычу на диван, подумал, и вернулся в ванную. На самом деле, я прекрасно ориентируюсь в том, что есть у меня дома. Просто иногда мне нужна адекватная мотивация, чтобы вспомнить.Раствор «смекты» пошел на ура. И нет, я не боялся, что Джареда еще и пронесет до кучи – просто по личному опыту знаю, что в подобной ситуации энтеросорбент – самое то. Я оценил жадность, с которой он пил, вздохнул, и принес бутылку минералки. Потом дополнил натюрморт на тумбочке двумя таблетками аспирина (что-то этот препарат в последнее время в моем доме пользуется особой популярностью), и с чистой совестью отправился готовиться ко сну. Снимая с руки браслет часов, я мельком бросил взгляд на циферблат – до понедельника оставалось ровно четыре дня, один час и двенадцать минут.

Таунсенд – Чарльз Таунсенд, персонаж сериала/фильма «Ангелы Чарли». Начальник частного детективного агентства, который общается со своими сотрудницами исключительно по интеркому. Дилан Сандерс – одна из его подопечных.

** Почувствуйте разницу – «Feel the difference», один из рекламных слоганов концерна «Форд»

Глава 23.Я проснулся за пятнадцать минут до сигнала будильника и оставшееся время просто лежал, глядя в полумрак. Где-то под ухом, на журнальном столике оглушительно громко тикал «Эпос». Ну здравствуй, новый день. Ты еще толком не успел начаться, но почему-то заранее мне не нравишься.Вставать не хотелось. В голове промелькнула малодушная, но при этом до одури заманчивая мысль вообще никуда не ходить – маловероятно, что все начнется именно сегодня… если вообще когда-нибудь начнется, а на текущий момент я уже и так сделал все, что мог. Без меня вполне могут обойтись до завтра. …Вот только если я останусь дома, я рехнусь. Мне надо хоть немного отвлечься ото всех этих гребаных мыслей, что не давали мне спать почти всю ночь. Самое смешное, сейчас я даже не мог толком вспомнить, о чем конкретно думал. О всякой ерунде. Кажется. Пожалуй, и не стоит вспоминать. Да, а еще Джаред. То есть, разумеется, я без проблем могу до глубокой ночи валяться на диване, обложившись книжками, и вообще ничего вокруг себя не замечать… но, на мой взгляд, это не выход. Я должен все взвесить – и к вечеру принять решение. Хоть какое-то. Просто чтобы знать, как вести себя дальше.Я уже протянул руку, чтобы отключить так и не успевший сработать будильник (последнее, чего мне сейчас хотелось – так это услышать его надсадный писк), когда храп, всю ночь раздававшийся со стороны кровати, внезапно стих. Скрип матраса, кашель, сухой треск отвинчиваемой крышки пластиковой бутылки, жадные глотки, слышимые даже на расстоянии… хриплый блаженный стон. Я бесшумно усмехнулся и покачал головой, осторожно отключая будильник. Ладно, полежу еще пару минут. Пусть снова уснет. Разумеется, я не думаю, что он прям сразу полезет выяснять отношения, но чем черт не шутит. Вдруг еще не протрезвел.Что самое удивительное – я действительно больше не чувствовал по отношению к нему злости. Как отрезало. Впрочем, это отнюдь не означало, что я все простил и обо всем забыл. Если случится чудо и я доживу до вторника – мы обязательно вернемся к нашему незаконченному разговору. Если же нет… тогда нет смысла трепать себе нервы еще и по этому поводу. Джаред затих. Я выждал еще минуту, потянулся и решительно сел. Ладно, пора.Стереотипность привычных утренних действий успокаивала, а потому до кухни я добрался уже во вполне приличном состоянии, и даже заглянул в кастрюльку, стоящую в холодильнике, судя по всему, еще с позавчерашнего дня. Ха, действительно похоже на соус к пасте. Попробовать, что ли?.. Я как-то на редкость несвоевременно вспомнил об обстоятельствах приготовления этого блюда, и есть мне моментально расхотелось. Все же благие намерения это одно, а вот их реализация… В итоге я опять решил ограничиться кофе. Раз уж я основательно забил на посещение спортзала, в том, чтобы поменьше жрать, есть свой смысл. Впрочем, за оставшиеся несколько дней я вряд ли успею растолстеть … Тьфу ты, блин, вот это я понимаю, позитивное мышление. Я пил кофе и думал о том, что если я все же ошибся, и Джаред и есть тот самый гребаный «ангел», то, оставаясь запертым в квартире, он может просто не успеть донести до своих хозяев информацию о последних новостях компании. Хотя… сомневаюсь, будто в конторе он один работает на рейдеров. Уж очень велика осведомленность этих парней о теневых делах фирмы.

Да и вообще, если все действительно настолько хреново, лучше мне и дальше оставаться в неведении. Ради его же безопасности. Если я узнаю, что роковую роль во всей этой истории сыграл именно Джаред, в решающий момент я могу не устоять перед искушением спасти свою жизнь… и отдам его мафии. Но вот смогу ли я действительно жить после этого – большой вопрос. Если честно, сомневаюсь.

Кстати, интересно… все же – что там? Пустота, в которую свято верят атеисты, кармическая череда перерождений… или действительно ад и рай?.. Хм, ладно, первые два варианта еще куда ни шло, а вот последний может стать на редкость неприятной новостью, поскольку на праведника я однозначно не тяну. Может, хоть мученическая смерть зачтется?.. Ага, что-то непохоже, что это помогло бедолаге Крауну, иначе какого черта он по-прежнему здесь шляется... Блин, вот и всю ночь – в таком же духе. Как сам еще не задолбался – не понимаю.Я усмехнулся и покачал головой. Все хорохоришься, Эклз, а коленки-то уже подергиваются. Нам всем хочется верить, что когда придет время, мы умрем если не героями, то, по крайней мере, с достоинством. Правда, тогда непонятно, откуда берутся те, кто умирает в луже собственных экскрементов, до последнего умоляя оставить им жизнь и соглашаясь на любые условия – лишь бы выжить. Так что – никакого мученичества. Пуля в лоб – и в путь. Кажется, столь любимый Джаредом Пратчетт писал, будто наше посмертие является лишь отражением прижизненных представлений о загробном мире. Проще говоря, кто во что верит, тот туда и попадает. Кто знает, а вдруг он прав? Ха, тогда, пожалуй, я постараюсь срочно поверить в Валгаллу.Придя к этому в высшей степени жизнеутверждающему выводу, я допил кофе и прислушался. Как-то подозрительно тихо. Ни храпа, ни даже явственного звука дыхания. Я было напрягся – но услышал тщательно сдерживаемый кашель, понял и покачал головой. По ходу, он так и не заснул. Или опять проснулся, а когда до него дошло, что я уже встал – тупо решил прикинуться мертвым. В принципе, я его понимаю. Когда ни хера не помнишь о том, что произошло накануне, но подозреваешь худшее – свидетель твоих пьяных подвигов это именно тот человек, которого ты меньше всего жаждешь увидеть возле себя поутру. Помнится, у нас с Маннсом было даже своеобразное похмельное приветствие, заключавшееся в различных вариациях фразы «и ничего мне не говори», отличавшихся одна от другой лишь количеством дополнительных непечатных слов. А уж с учетом того, что трезвыми мы с Джаредом вообще виделись лишь позавчера утром… ладно, черт с ним. Главное, чтобы не задохнулся.Минут через пятнадцать мои нервы все же не выдержали. Бог ты мой, да не собираюсь я сейчас ни о чем с ним разговаривать, я уже вообще практически в дверях, осталось только Немека дождаться…- Джаред, если я немедленно не услышу, как ты дышишь, я даже подходить к тебе не буду – просто вызову «скорую», - спокойно сообщил я, надевая куртку.Даже не пошевелился. Так и лежит, зараза, укрывшись одеялом с головой, и делает вид, будто ни хера не слышит.
– Джаред, я серьезно. Я помню, что случилось с городским телефоном, но вообще-то у меня есть мобильный, - заметил я, действительно доставая из кармана трубку – разумеется, не ту, которая вместе со мной искупалась в Гудзоне, новую, с восстановленной сим-картой. Жаль, что половину номеров из записной книжки воссоздать не удалось – ну да и черт с ними. Ноль эмоций.Я вздохнул и набрал 911, делая паузу перед тем, как нажать «вызов». Услышав звук набора, Джаред наконец зашевелился и, откинув с головы одеяло, шумно втянул в себя воздух. Бля, ну как есть придурок, право слово… Ха, глаза все равно открывать не стал. Ну и ладно, хоть не такой зеленый, как был вчера.Я подумал… и подошел к сейфу. Несколько секунд спустя связка ключей тихонько звякнула о журнальный столик. Нет, никакой сентиментальности - я просто должен быть уверен, что сделал все, чтобы донести до рейдеров необходимую мне информацию. Я не хочу умирать только потому, что они ничего не узнали. А если он уйдет и не вернется… возможно, так действительно будет лучше. Я не смогу прогнать его сам – просто духа не хватит – но, говоря по правде, теперь ему действительно лучше держаться от меня подальше. Разумеется, в понедельник он в любом случае уедет, об этом я позабочусь, но каждый новый день рядом со мной – это лишний риск. Если он исчезнет прямо сейчас – полагаю, потом его точно искать никто не будет.Немек, как всегда, оказался на высоте – он не стал звонить в дверь, а просто негромко постучал.
– Я готов, мистер Немек, - вздохнул я и шагнул за порог.…Меня хватило ровно на полтора часа с того момента, как я опустился в свое кресло и включил компьютер. В половину десятого я зашел на сайт и вывел на экран монитора картинки с камер видеонаблюдения.

Ближе к полудню я понял, что смело мог бы остаться дома – в конце концов, какая разница, где сходить с ума?.. Жизнь в конторе вновь замерла – на сей раз в радостном предвкушении долгожданного транша, благодаря которому безупречно отлаженная машина по переработке алмазов в деньги заработает снова, и все вернется на круги своя – защелкают клавиши клавиатур, разлетятся по внутренней сети новые акты, договора и счет-фактуры, бухгалтерия вероломно нарушит перемирие с маркетологами, и Кэрри Брукс таки пригласит на свидание того потрясающего парня из отдела планирования. О двух последних ожидаемых сенсациях мне рассказала Кэти. Когда в третий раз за два часа принесла мне кофе. Я не очень понял, почему она окинула меня встревоженным взглядом и вместо того, чтобы уйти, неожиданно начала пересказывать последние офисные сплетни, деликатно присев на краешек стула, – но пресекать не стал. Если честно, мне просто было пофиг. Я делал вид, будто слушаю, невпопад кивал и периодически скашивал глаза на экран монитора – около половины одиннадцатого Джаред встал, позавтракал и завалился спать по-новой. В этот раз мне почему-то нравилось смотреть, как он спит. Это… успокаивало, что ли?..

– Дженсен.Я быстро перевел взгляд на Кэти.

– Дженсен, прости, но ты выглядишь так, словно не спал неделю, - с неожиданной решительностью произнесла моя секретарша. – Ты себя нормально чувствуешь?Нормально, котенок. Вот только мой любовник мне изменяет, да жить осталось до понедельника. А так все в порядке.- Наверное, я просто старею, котенок, - примирительно улыбнулся я и, не удержавшись, потер уставшие от напряженного наблюдения за монитором глаза.
– Хороший вечер, бурная ночь… Что, так заметно?- И кто она? – дежурно отозвалась Кэссиди, вот только беспокойство из ее взгляда и голоса никуда не делось.