Чтение онлайн

Географически Магриб и Ифрикия составляют единое целое. Атласские горы начинаются у южной границы Марокко и выдаются на несколько миль южнее города Тунис. На севере они отделены от моря прибрежной равниной, достигающей примерно сотни миль в ширину. Атласские горы идут к югу от этой прибрежной равнины и занимают пространство длиной примерно в тысячу двести пятьдесят (примерно как от Лондона до Бухареста) и шириной в сто миль. Столь мощная горная стена образует естественную преграду, задерживающую большую часть осадков на пути в глубь континента, и к югу от нее полоса люцерновых пастбищ и разбросанных оазисов быстро переходит в великую пустыню Сахара.

В ходе истории эти три пояса страны — прибрежная равнина, горы и полупустынная степь — породили три разных образа жизни. Береговые равнины интенсивно возделывались и были усеяны множеством городков и деревень. В числе этих населенных пунктов были богатые и древние города, игравшие важную роль в истории торговли и искусства Средиземноморья. Сообщаясь по морю с самыми цивилизованными государствами тогдашнего мира [44] — Египтом, Грецией, Римом, Византией, Францией и Испанией, — население прибрежных равнин представляло собой смесь всех народов, обитавших в средиземноморском бассейне.

Однако далеко не все из множества народов, осевших на прибрежных равнинах, всерьез пытались установить контроль над хребтами Атласа или тем более заселить их. Здесь с незапамятных времен обитали суровые горцы, причем некоторые из них жили как оседлые земледельцы, поскольку между горными цепями пролегали плодородные долины, а прочие — как полукочевые племена, занятые сельским хозяйством и выпасом на горных пастбищах своих овец и коз. Область к югу от гор, перетекающая в Сахару, была вотчиной ведших исключительно кочевой образ жизни скотоводческих племен, которые непрерывно перемещались по пустыне и степи, перегоняя стада верблюдов.

Коренные жители всей этой зоны назывались — и называются поныне — берберами. На приморской равнине берберская кровь смешалась с финикийской, греческой, итальянской, вандальской и испанской, однако в горах и пустынях по-прежнему жили почти исключительно чистокровные берберы.

Уже в исторические времена, примерно за 814 лет до Рождества Христова, финикийцы из Тира и Сидона, которых мы бы назвали ливанцами, основали город Карфаген. Финикийцы были моряками и торговцами, колонизировавшими все побережье Северной Африки, Испании и Сицилии. Они не пытались покорить берберов из внутренних районов. В 146 г. до н. э. после долгих войн Карфаген был уничтожен римлянами, а его земли аннексированы. В 14 г. до н. э. римский проконсул Северной Африки снова сделал Карфаген столицей провинции. В 439 г. после падения Западной Римской империи Карфаген был завоеван вандалами, варварским племенем из Северной Европы. Под владычеством вандалов он оставался до тех пор, пока в 553 г., при императоре Юстиниане, не был отвоеван византийцами под командованием знаменитого Велизария. Он оставался столицей византийских провинций в Африке, пока, как мы скоро узнаем, его не разрушили арабы.

Как правило, войны Карфагена, Рима и Византии шли на прибрежных равнинах, а атласские берберы оставались фактически независимыми. Однако они были воинственным народом и поставляли наемников в армии империй, поочередно захватывавших контроль над побережьем. Несомненно, многие берберы получили образование в приморских городах и восприняли обычаи и культуру Средиземноморья, однако племена Атласа и Сахары остались неподвластны изменениям, оказывая ожесточенное сопротивление любым попыткам покорить их.

* * *

Не успели арабы завоевать Египет, как осенью 642 г. двинулись на запад и заняли Барку [45] . В 643 г. они захватили Триполи, но, разграбив город, снова отступили к Барке. В 647 г. они вернулись и в сражении при Субайтале в Южном Тунисе разбили Григория, византийского наместника Карфагена [46] . Однако, не справившись с осадой византийской береговой крепости, арабский военачальник, которого от основной базы в Египте уже отделяло расстояние в тысячу семьсот миль, не смог удержать страну. Он вернулся в Барку, унося добычу, а византийцы по-прежнему контролировали провинцию из своей столицы в Карфагене.

45

Карта 19. Завоевание Ифрикии в правление Абд Ал-Малика 695-705 гг.

46

The Great Arab Conquest.

Тем не менее авторитет Византии уже пошатнулся, значительная часть провинции Африка перешла в руки арабов, города были разграблены, а их жители угнаны в рабство. К тому же мусульмане отступили по собственной воле, а империя уже показала свою неспособность защищать свои владения.

Без сомнения, последовали бы новые набеги, если бы гражданская война между Али и Муавией на время не остановила арабскую экспансии. Действительно, новая арабская армия появилась в регионе только в 665 г., через восемнадцать лет после арабской победы при Субайтале, когда Муавия прочно обосновался на халифском троне. Она разбила византийцев при Сусе, после чего снова отступила в Египет с добычей.

В 670 г. арабы предприняли более серьезную попытку долгосрочного завоевания. Сознавая необходимость более удаленного форпоста на случай серьезных военных действий в Ифрикии, Окба ибн Нафи основал город Кайраван в качестве военной базы на передовой. Место для города было тщательно выбрано посреди широкой и слегка холмистой равнины, покрытой низкорослыми кустарниками, которыми с удовольствием питались верблюды. В Ифрикии арабы столкнулись с двумя врагами византийцами в прибрежных крепостях и берберскими племенами в горах Атласа. Каждый из этих врагов перемещался с помощью стихии, чуждой для арабов, — византийцы по морю, а берберы по горам. Если бы Окба основал свою базу на побережье, она оказалась бы открытой для морских атак византийцев; если бы он разместил ее вблизи гор, берберы могли бы приблизиться к ней незамеченными. Но выбранное место находилось в тридцати пяти милях от моря, а в двадцати пяти милях к западу через открытую равнину были видны бледно-голубые очертания нижних отрогов Атласа. Всякому, кто пожелал бы напасть на Кайраван, пришлось бы сначала пересечь холмистую степь, подобную той, в которой арабы добились почти всех своих величайших побед.

В 682 г. Окба отправился завоевывать Запад. Не тратя время на осаду византийских крепостей на побережье, он продвинулся на тысячу миль к западу и дошел до Танжера, по пути разбив различные армии византийцев и берберов, пытавшихся преградить ему путь. После Танжера он прошел еще пятьсот миль вдоль атлантического побережья вплоть до окрестностей современного города Акабир, где, по легенде, призвал Бога в свидетели того, что только океан мешает ему двигаться на запад до бесконечности, побеждая и убивая тех, кто не поклоняется единому Богу.

В 683 г., возвращаясь на восток через горы Атласа, он опрометчиво разделил свою армию на несколько частей, а сам в сопровождении всего трехсот всадников отправился в Атласские горы, в самое сердце страны берберов. Здесь он попал в засаду и подвергся нападению многократно превосходящих сил берберов. Окба вместе со всей своей свитой пал в бою при Тахузе. В настоящее время он почитается как святой, а его гробница является местом паломничества для потомков тех самых берберов, которые сражались с ним с такой решимостью.

После его поражения и гибели арабы отказались от всех своих завоеваний и снова отступили в Барку. Победоносные берберы заняли арабскую базу в Кайраване. В этом же самом 683 г. умер халиф Йазид, и арабы вступили в новый долгий период гражданских войн, включая восстания шиитов, хариджитов, Мухтара и Абдаллаха ибн Зубайра.

Тем не менее в 686 г. в Ифрикии снова появилась арабская рать под командованием Зубайра ибн Кайса и разгромила византийско-берберскую армию на равнине Кайравана. Однако можно полагать, что у Зубайра было слишком мало сил, чтобы закрепиться в Кайраване, потому что после своей Пирровой победы он снова отступил в Барку.