Чтение онлайн

Готское завоевание Испании - 509 г.

Воцарение халифа Валида - 8 октября 705 г.

Родерих становится королем готов - 710 г.

Первый мусульманский набег на Испанию - лето 710 г.

Вторжение Тарика - апрель 711 г.

Битва при Вади ал-Бекке - июль 711 г.

Вторжение Мусы в Испанию - июнь 712 г.

Сдача Мериды - июнь 713 г.

Отзыв Мусы - 714 г.

Прибытие Мусы в Дамаск - февраль 715 г.

Смерть халифа Валида - 23 февраля 715 г.

Валид ибн Абд ал-Малик, халиф.

Муса ибн Нусейр, наместник Северной Африки и завоеватель Испании.

Родерих, король готов.

Юлиан, наместник Сеуты, предложивший Мусе завоевать Испанию.

Тарик ибн Зейяд, истинный завоеватель Испании.

Абд ал-Азиз, сын Мусы ибн Нусейра, убитый в Кордове.

Сулейман ибн Абд ал-Малик, наследник халифа Валида.

Несмотря на нескончаемые гражданские войны в первый период правления Абд ал-Малика, этот халиф проделал для империи огромную работу. Внутри империи установился мир, была реформирована административная система, все расчеты и записи отныне велись на арабском языке, государственная машина окрепла. Правда, в определенной степени это все было достигнуто благодаря росту деспотизма. Муавия, первый омейядский халиф, по своему поведению немногим отличался от традиционного арабского вождя, заседавшего вместе с гражданами, которые откровенно высказывали ему в лицо критику по поводу его действий. Абд ал-Малик стал первым халифом, который воспретил критику в свой адрес. Когда он давал аудиенцию, позади пего стояли стражники с обнаженными мечами.

Второй преемник Пророка, Омар ибн ал-Хаттаб, узнав, что наместник Ирака имеет обыкновение затворять двери своего дома, послал ему приказание оставлять дверь открытой, чтобы люди в любое время имели доступ к своему правителю. Теперь дамасские халифы жили во дворцах под охраной солдат, управляющих и придворных чиновников. Следует согласиться, что в условиях огромной и цивилизованной империи практиковать демократичные методы первых халифов стало уже невозможно. Тем не менее Омар ибн ал-Хаттаб умер всего за сорок один год до того, как Абд ал-Малик пришел к власти. Таким образом, эта метаморфоза — по сути социальная революция — произошла чрезвычайно быстро. И Византия, и Персидская империя давно привыкли к единоличной деспотической власти, и арабы очень скоро испытали на себе влияние их традиций.

Стоит также отметить, что три из первых четырех халифов демократической поры были убиты, и этот факт извиняет некоторые меры безопасности. Однако главным основанием для критики халифата является крайняя жестокость, с которой он подавлял каждое проявление инакомыслия. Расовые, религиозные и социальные проблемы были неизбежны, особенно в империи, завоеванной столь быстро и объединившей так много разных народов. Тем не менее каждое восстание подавлялось без всякого снисхождения.

В какой-то мере такую безжалостность можно связать с тем, что почти все эти восстания поддерживали какого-то конкурирующего претендента на халифат, а не стремились к достижению какой-либо политической цели. При этом пространство для чисто политических реформ во многом ограничивалось убежденностью в том, что все необходимое для управления людьми — как отдельными лицами, так и сообществами — уже содержится в Коране и Сунне. Тем не менее существовало немало недовольных людей и общественных прослоек. Не имея возможности открыто противостоять государственной системе, строящейся на велениях, исходящих якобы от самого Бога, обиженные выражали свое негодование, поддерживая соперника в борьбе за престол, поскольку Коран и Сунна позабыли изложить правила избрания преемников Пророка. Вследствие этого любые политические волнения облекались в форму противодействия лично халифу, и, возможно, именно это заставляло халифов прибегать к суровым репрессивным мерам.

Однако подобные методы, естественно, вызывали обиду и давали повод для междоусобиц и ненависти, которые продолжаются до сих пор. Правда, исследователь арабской истории едва ли может избежать вывода о том, что хронической ошибкой, которую этот народ совершал на протяжении всей своей истории, было как раз слишком поспешное и безжалостное применение силы. Более того, не говоря уж о каких-то политических вопросах, эти методы привели к тому, что на полях сражений пали десятки тысяч отважнейших и благороднейших арабов, и именно тогда, когда их услуги были особенно нужны по-прежнему растущей империи. Однако в 705 г., когда Валид ибн Абд ал-Малик беспрепятственно унаследовал халифат, установился внутренний мир, и арабские знамена снова начали наступление по всем границам.

Когда великий Мухаллаб ибн Аби Суфра умер в Хорасане, наместничество в этой провинции принял его сын Йазид. Теперь Хадджадж сместил Йазида с его поста и посадил в тюрьму, обвинив в расточительности и злоупотреблении государственными средствами. Похоже, что вдобавок он заново разжег распрю между группировками Кайс и Йемен, между которыми Мухаллабу удавалось поддерживать равновесие. Мухаллаб был действительно великим правителем, не скупившимся на гостеприимство и покровительство. В эти давние дни отсутствие упорядоченной системы расчетов и аудита неизбежно приводило к значительной путанице между государственными и частными средствами, которыми распоряжались наместники провинций. Подобная финансовая неопределенность позволяла этим магнатам создавать целые группы облагодетельствованных людей, связанных с ними узами личной верности, за счет щедрой раздачи денег, которые, по нашим представлениям, в действительности принадлежали правительству. Правда, поднимая тем самым свой личный престиж, они получали возможность поддерживать внутренний порядок и расширять границы империи, поскольку дамасский халиф был слишком далеко, чтобы вызывать личную симпатию. Тем не менее, чтобы помешать этим влиятельным людям основать свои собственные династии — как они и стали делать через два столетия, когда халифы ослабели, — безусловно, имело смысл время от времени перемещать их с одного поста на другой.

Таким образом, смещение Йазида с поста наместника, который занимал его отец Мухаллаб, вполне могло быть мудрым шагом со стороны Хадджаджа. Тем не менее принятая мера была, как обычно, слишком жестокой, поскольку Йазида бросили в тюрьму без суда — и это привело к очередному восстанию.

Вместо Йазида ибн Мухаллаба Хадджадж поручил управление Хорасаном Кутайбе ибн Муслиму. Новый кандидат в полной мере оправдал свое избрание, проявив себя как чрезвычайно удачливый военачальник. Едва успев получить назначение, он во главе армии переправился через Оке и в череде успешных кампаний жестоко покарал всех, кто за годы гражданской войны выказывал враждебность к арабскому владычеству. После Окса он двинулся к Яксарту, о чем будет рассказано в следующей главе. В Южной Персии Мухаммад ибн Касим, родственник Хадджаджа, перевел армию через Меркан и в 708 г. начал войну с царем Синда.

На византийской границе события развивались в том же агрессивном ключе. Несколько крепостей было захвачено в ходе ежегодных летних набегов. Среди этих крепостей были довольно значимые Гераклея и Тувана за Тавром. Большинство походов на Византию возглавлял Маслама ибн Абд ал-Малик, брат Валида и замечательный воин. В 708 и 710 гг. он также ходил на хазар, живших к северу от Дербентского прохода [52] , узкого ущелья на западном побережье Каспия.

Однако несмотря на то что на востоке ислам снова повсеместно вел наступление, величайшим завоеванием царствования Валида стала Испания. Прежде чем приступить к описанию событий этой войны, нам необходимо проследить процессы, развернувшиеся в Европе с момента падения Западной Римской империи в 475 г. и до арабского вторжения в 711 г.

52

Карта 7. Арабское завоевание Персии, после 642 г.

* * *

В середине IV в. (за три столетия до Мухаммада) на широком пространстве Восточной Европы от Польши до устья Дуная обосновался народ готов. В 377 г. на их восточные рубежи напали неистовые гунны, двигавшиеся на запад от китайских границ. После этого готы разделились на две группы.

Западные, вестготы, переправились через Дунай и 9 августа 378 г. при Адрианополе нанесли жестокое поражение римской армии, которой командовал император Валент. Преследуя поверженного врага, победоносные готы подошли к Константинополю, от которого были отброшены, что удивительно, вылазкой конных арабских наемников, находившихся на римской службе. Тем временем восточные готы, или остготы, покорились гуннам. Веком позже им предстояло завоевать Италию.

В 382 г. вестготы заключили мир с Западной Римской империей и получили разрешение поселиться в пределах ее границ между Фракией и Адриатическим морем. Однако в 395 г. они взбунтовались и, покинув предоставленные им земли, вторглись в Италию под командованием своего прославленного короля Алариха и в 410 г. разграбили сам Рим.

Это были годы, когда Западная Римская империя находилась на последнем издыхании. Пока готы хозяйничали в Италии, свевы, вандалы и аланы, начавшие свой путь на территории Германии, прошлись по Франции, а в 409 г. завоевали Испанию. Из Италии готы отправились в Южную Францию, где в 418 г. основали королевство со столицей в Тулузе. В 429 г. вандалы переправились из Испании в Северную Африку, откуда при содействии берберов вытеснили римлян. В 439 г. они создали Африканскую империю со столицей в Карфагене, откуда наведывались за море, в плодородные провинции Южной Италии и даже в сам имперский Рим. Прошло всего двадцать лет, и в Африканскую империю, простиравшуюся от Танжера до Триполи, вторглись вандалы, люди со светлыми волосами и голубыми глазами, которые, переправившись через Эльбу, прошли ускоренным маршем по Германии, Франции и Испании.