Чтение онлайн

«Содержите негра впроголодь, чтобы он лишь не валился с ног, и одевайте его так, чтобы он мог едва прикрыть свою наготу, нето он задерет нос и возомнит, что он не хуже других людей» [236] .

После того как в северо-западных районах Великих равнин в ноябре или начале декабря кончается сезон сбора хлопка, армия сборщиков распадается и рабочие разъезжаются во все стороны. Одни направляются в Аризону и Нью-Мексико продолжать сбор хлопка, другие продвигаются дальше к тихоокеанскому побережью, а третьи возвращаются в другие части Техаса. Но основная масса мексиканских мигрантов поворачивает назад и следует на юг Техаса — на территорию Винтер-Гарден.

С этой небольшой территории на юге Техаса длиной в 12 и шириной в 65 км крупные сельскохозяйственные предприниматели ежегодно собирают 23 тыс. вагонов овощей общей стоимостью в 10 млн. долл. Почва в этом месте дает возможность выращивать три урожая в год.

Еще недавно овощной отдел обычной американской бакалейной лавки с октября по май почти полностью прекращал свою деятельность. В нем можно было найти лишь картофель, несколько кочанов капусты, немного вялой моркови и репы да свеклы, заботливо сохраненных в погребе с прошлого сентября. Но положение полностью изменилось после того, как в Калифорнии, Техасе и Флориде с 1919 г. началось крупное коммерческое разведение овощей круглый год, вне зависимости от сезона. Из второстепенного сельскохозяйственного занятия выращивание овощей превратилось в хорошо налаженную и исключительно доходную отрасль сельскохозяйственного производства [237] .

В одном из самых значительных мест внесезонного выращивания овощей в Америке — в Винтер-Гардене — разводят главным образом такие овощи, как шпинат, лук, капусту, бобы и помидоры. Одна лишь «фабрика-ферма» в графстве Завалла выращивает больше шпината, чем любой американский штат, не считая Техаса. В графствах Завалла и Диммит под шпинат отведено свыше 55 тыс. акров земли, в графстве Билласи выращивается огромное количество лука. На полях Винтер-Гардена в зимние месяцы используется большое количество рабочей силы. Как и в других местах, где разводимые культуры предназначаются полностью для вывоза, в Винтер-Гардене собственно сельскохозяйственные работы играют значительно меньшую роль, чем процесс обработки продуктов и их последующий вывоз и сбыт. Вследствие того что продукты выращиваются круглый год, большое внимание уделяется тщательному согласованию по времени всех операций. Вывозимые продукты должны быть быстро отправлены, чтобы во-время попасть на восточные рынки страны. Для удовлетворения этих запросов необходимо иметь под рукой большое количество рабочей силы, которую можно было бы сегодня бросить на поля, а завтра снять с работы и перебросить в другое место. Так, например, полевые бригады могут за один день проработать у трех или даже более хозяев. Большинство рабочей силы поставляют мексиканские семьи, живущие в трущобах около таких поселений, как Гарлинген, Эдинбург, Ларедо, Игл-Пас и Кристал-Сити. Много мексиканцев также приезжает сюда на грузовиках из Робстауна, Корпус-Кристи и Сан-Антонио. Кроме того, сюда прибывает небольшое количество мигрантов из Оклахомы, Арканзаса, Луизианы и Флориды.

Типичным примером применяемых методов труда может служить порядок в графстве Завалла, существующий на одном предприятии, выращивающем в год около 13 244 т шпината. В силу установившейся здесь практики компания, которой принадлежит предприятие, заключает договор с мексиканскими подрядчиками, руководителями бригад, которые обязуются срезать шпинат и доставлять его на многочисленные погрузочные пункты и платформы, разбросанные по всему участку, из расчета 8 центов за корзину. Подрядчики, в свою очередь, имеют около 1000 батраков, работающих вместе со своими семьями (причем даже шестилетние дети выходят в поле), которым они платят по 5 центов за корзину. Обычно бригада, находящаяся в распоряжении подрядчика-бригадира, состоит из 250–300 резчиков. Бригада может проработать целый день, полдня или же всего один час в зависимости от объема работы на данный день, но рабочие должны все время быть на месте в противном случае им грозит увольнение. Для того чтобы обеспечить рабочих жильем, компания имеет несколько лагерей, разбросанных в различных местах по полям. Каждый лагерь вмещает около 40 семейств, причем целая семья вынуждена ютиться в одной комнате.

Прекрасной иллюстрацией того, как создавались в Винтер-Гардене крупные сельскохозяйственные предприятия, служит пример Фреда Ваалсинга. Несколько лет назад Ваалсинг, ведущий операции на одном из нью-йоркских рынков, обнаружил, что его клиенты-итальянцы хотели бы иметь зимой цветную капусту. Поэтому в 1926 г. он «вторгся» в Винтер-Гарден и сейчас владеет там овощными плантациями в 10 тыс. акров. Отделения его конторы разбросаны от Васко (Калифорния) до Орегона, от Техаса до Лаймстона (Мэн). Наладив производство внесезонных продуктов, он теперь в состоянии круглый год бесперебойно снабжать овощами своих нью-йоркских потребителей. Цитируя одну из статей Дж. Д. Радклифа, можно сказать: «Правильность представления о том, что каждому овощу свое время, отжила свой век» [238] . Во время зимнего сезона в Техасе на Ваалсинга работает 3 тыс. человек и он вывозит на восточные рынки тысячи вагонов овощей. Его ферма почти полностью механизирована. Но трактор не может работать между тесных грядок, и еще не построена машина, которая могла бы собирать с грядок цветную капусту, баклажаны и помидоры. На этой типичной для Винтер-Гардена ферме есть упаковочные склады, машины для промывки овощей и завод льда с производительной мощностью в 40 тыс. т в год. Валлсинг поставляет овощи более чем 127 крупным городам Америки. Многие виды товарных овощей и других товарных культур создают специфические проблемы применения рабочей силы. Места, где выращивают помидоры и лук, всегда привлекают к себе многочисленных мигрантов, которые приезжают издалека, чтобы получить кратковременную работу, на которой они при теперешних ставках не могут никак заработать более 50 центов в день. Время сбора шпината длится дольше, поэтому и работа здесь более постоянная. Сезон сбора гороха привлекает к себе массу народа, хотя он очень кратковременен и работа эта оплачивается хуже, чем какая-либо другая. Сбор лука всегда притягивает тысячи мигрантов из других штатов. Чем неустойчивей работа, чем ниже ее оплата, тем больше мигрантов приезжают издалека принять участие в сборе урожая. Это объясняется не тем, что мигранты не знают условий, а тем, что более устойчивые культуры, обеспечивающие более длительный срок работы, монополизированы определенными группами полуквалифицированных рабочих. Так, работа на спаржевых полях в Калифорнии, продолжающаяся пять месяцев, монополизирована филиппинцами, а сбор шпината в Винтер-Гардене — мексиканцами. Такое положение, естественно, заставляет приехавших издалека белых мигрантов наниматься на менее выгодную работу.

В 1938 г. Бюро труда штата Техас обнаружило 2 тыс. мигрантов, обитавших в лагере, «разбитом в кустарнике. Матери с маленькими детьми лежали на земле, на солнцепеке, так как редкая листва кустов не давала тени, и те, кто не имел палатки или передвижного домика, не находили места, где они могли бы укрыться» [239] .

Так как в этой местности не было достаточно работы для всех приехавших сюда тысяч мигрантов, они были вынуждены питаться гнилыми овощами, оставшимися с весны на полях. Повидимому, это все, что Винтер-Гарден, богатейший сельскохозяйственный район, может сделать для тысяч рабочих, на труде которых основано все его производство.

Согласно данным, в Техасе в 1933 г. было 530 случаев смерти от тифа, 601 от дифтерита и 645 от пеллагры — явление, лишенное в наше время какого-либо оправдания. Уже в 1915 г. министерство здравоохранения сообщало, что «существующие ужасные жилищные условия сами по себе достаточны для полного объяснения отмеченной высокой смертности» [240] . Сан-Антонио и Эль-Пасо всегда пользовались печальной славой в отношении высокого процента смертности от туберкулеза среди мексиканского населения [241] . После исследования пищи, употребляемой мексиканцами, Джет К. Уинтерс пришел к выводу, что вряд ли можно будет чего-либо достигнуть, пока экономические условия не дадут возможности тратить больше денег на питание» [242] .

За период времени с 1924 по 1935 г. в Техасе умерло от пеллагры 7550 человек — в среднем 755 человек в год, — что в три раза превышает средний процент смертности от этой болезни для США. Отличительная черта этого заболевания в Техасе заключается в том, что оно имеет место преимущественно весной «в результате ограниченности выбора или недостатка пищи в зимние месяцы». Обследовав пищу, употребляемую мексиканцами, мистер Уинтерс пришел к выводу, что через несколько лет мексиканцы превратятся в «истощенный, обреченный на гибель народ». Доктор Чарлз Д. Рисе, изучивший проблему заболевания пеллагрой в Техасе, утверждает, что эта проблема определенно связана с положением, в котором находятся сельскохозяйственные рабочие. «С наступлением зимы, — пишет он, — семья неимущего белого или семья негра должна употреблять те залежавшиеся продукты, которые отпускает ей землевладелец через свой магазин или через сельскую лавку» [243] . Другими словами, в одном из богатейших овощных районов людям нехватает свежих овощей! Нельзя отрицать того, что подавляющее большинство мигрирующих рабочих в Техасе в настоящее время не получает абсолютно никакой врачебной помощи или ухода [244] . Более того, землевладельцы «всеми мерами противодействуют тому, чтобы больной или получивший увечье рабочий оставался у них, так как им нужны лишь здоровые люди» [245] .

Или возьмите, например, проблему образования текучего мексиканского населения. Насколько она сложна, показывает следующее сообщение, взятое из официального отчета:

«Многие мексиканцы живут в лачугах, в которых вряд ли можно держать даже козу. Они не имеют достаточно места, чтобы жить прилично. Большей частью у них нет пристроек, садов, участков с зеленью, тенистых деревьев, нет ничего, что могло бы придать дому уют.

В такой обстановке, среди сорняков, растут без присмотра их дети. Обитатели этих лачуг в большинстве случаев должны покупать продукты питания в магазине плантации по непомерно высоким ценам, а после окончания сезона они оказываются такими же нищими, как и в начале года.

Испытывая то же самое из года в год, человек теряет мужество, падает духом. Он считает, что его обманули, и ему хочется отомстить тем же, а это ведет к добавочным неприятностям. Он не в состоянии так одеть своих детей, чтобы они не болели, и во многих случаях не может прокормить их. Его дети не могут регулярно ходить в школу, а иногда и полностью лишены этой возможности. Обязательное посещение школы к ним не может быть применено. Они вырастают в окружении, порождающем болезни, невежество и преступления» [246] .

В 1938 г. Обществу по надзору за детьми в Техасе потребовалось 860 страниц, напечатанных убористым шрифтом, чтобы изложить все то, чего нсхватает для обеспечения нормальных условий детям в Техасе [247] . Перепись установила, что в 1930 г. 308 121 ребенок в возрасте 10 лет и старше не умел ни читать, ни писать.

В сельских местностях не соблюдается обязательное по закону посещение школы. В некоторых сельских графствах занятия продолжаются всего лишь 3–4 месяца в год. Что же касается детей мигрантов, то закон об обязательном посещении школы для них как бы не существует.