Чтение онлайн

– - Хорошо. Что дальше?

Он в одно мгновение взлетел на самый верх туалетных полок и открыл люк, потом снова спрыгнул на пол и подсадил Зиру. Они очутились на пыльном чердаке, в дальнем конце которого было небольшое вентиляционное окно. Корнелиус осторожно отодвинул заслонку и выглянул на крышу.

– - Теперь будь очень осторожна -- прошептал он.
– - Внизу охранники. Но заметь, ни один из них и не подумает взглянуть вверх -вон на то дерево. А мы легко можем перепрыгнуть с него на другую сторону дома. Когда окажешься на крыше, молчи и не останавливйся. Главное -- доберись до дерева и спустись вниз с той стороны. Я пойду вслед за тобой.
– - Хорошо. Я ... Я надеюсь, что все будет хорошо.

– - Я тоже -- прошептал он.
– - Я люблю тебя.

– - Я люблю тебя -- нежно ответила ему Зира и выскользнула на крышу.

Льюис зло смотрел на Виктора Хасслейна. Бледно-голубые глаза ученого холодно сверкнули в ответ и Льюис с трудом сдержался, чтобы не перегнуться через стол и не ударить его по бесстрастному лицу.

– - Вы могли дать им хотя бы несколько дней -- сказал Льюис.

– - Предписание гласит -- немедленно -- сказал Хасслейн.
– - А немедленно -- это не значит --через несколько дней--. Черт возьми, доктор Диксон, если неприятности все равно не избежать, лучше пройти через нее как можно скорее. Оттого, что будете откладывать, она не станет менее неприятной.

– - То есть вы все же признаете, что это неприятно?

– - Неприятно?
– - сказал Хасслейн.
– - Это трагедия! Диксон, неужели вы думаете, что я получаю от этого удовольствие? Неужели вы действительно так думаете?

– - Да, примерно так я и думаю -- сказал Льюис.

– - Боже мой, если бы вы знали, как вы ошибаетесь!
– - сказал Хасслейн.
– - Садитесь, доктор Диксон. Присаживайтесь, присаживайтесь. Я не думаю, что кому-нибудь из нас удастся переубедить другого, но по крайней мере во время нашей дискуссии вы будете чувствовать себя удобно. И когда аргументы наши будут исчерпаны, мне бы хотелось, чтобы вы ответили мне на один вопрос -не хотели бы вы сами произвести эти операции?

– - Иисус-Мария! Да вы в своем уме, Хасслейн? Я не собираюсь принимать участие в ваших чудовищных...

– - Вас никто не заставляет, доктор. Я предложил вам это только по одной причине. Мне казалось, вы достаточно любите их, чтобы хотеть лично удостовериться в том, что все будет сделано самым безболезненным и самым безопасным способом. Однако теперь я вижу, что это не так.

– - Удар ниже пояса -- сказал Льюис. Он тяжело опустился на стул, стоявший у стола, за которым сидел Хасслейн.

– - Можно, я возьму у вас сигарету?

– - Разумеется -- Хасслейн передал ему пачку.
– - Я не знал, что вы курите.

– - Я и не курил. Бросил пять лет назад. Но похоже пришло время начать снова.

– - Вы очень нервничаете, и это ествественно -- сказал Хасслейн.
– А вам не приходит в голову, что я тоже нервничаю, что я тоже встревожен? Посудите сами, Диксон. Я приношу в жертву то, что, возможно, является величайшим историческим открытием. Говорящие животные -- мыслящие, разумные, не относящиеся к человеческой породе создания. И к тому же они собираются дать породистый приплод. Это же изумительно! И я с не меньшей болью осознаю, что у меня нет никаких философских оснований считать, что я хоть чемнибудь лучше них.

– - Но... доктор Хасслейн, если вы действительно так считаете, почему же вы тогда делаете все это?

– - Потому что если я прав, и моя теория времени верна,то в случае сохранения жизни этим обезьянам, в жертву будет принесена вся человеческая раса, если же я ошибаюсь,то в жертву мы приносим только двоих. Очаровательных. Безвинных. Но только д в о и х !

– - Двоих? Вы сказали --двоих--? Но предписание не говорит о смерти родителей. Только нерожденный ребенок. Вы их тоже хотите убить? Не так ли, доктор Хасслейн? Отвечайте же, черт вас возьми!

– - Хасслейн пожал плечами: -- Да, не скрою, мне было бы спокойнее, если бы и они умерли. Но предписание есть предписание. И я выполню его в точности. Вплоть до последней буквы. И именно поэтому я спрашиваю вас, не хотите ли вы сами произвести эти операции. Я хочу , чтобы вы могли быть уверены в том, что с ними не будет сделано б о л ь ш е того, что указано в решении Комиссии. Но я не сделаю ничего, что могло бы навлечь на меня обвинение в убийстве взрослых. Разве что... Разве что случится что-либо непредвиденное...

– - А что может случиться, доктор Хасслейн? Я очень вам советую -- пусть лучше ничего не случается! Потому что если вы убьете этих шимпанзе, вы за это ответите!

– - Как превратно вы меня понимаете -- печально сказал Хасслейн.
– - Поймите же, наконец, я только исполняю свой долг. Долг перед человееством. Долг перед всей планетой, перед всей Землей. Я уверен -то, что мы делаем, это меры, необходимые для защиты всей человеческой цивилизации. И я хочу, чтобы они были выполнены в точности. Пока мы этого не сделаем, я не смогу жить спокойно.

Мы пытаемся изменить наше будущее. Я верю, что не ошибаюсь и что существует реальная возможность вмешиваться в ход еще неслучившейся истории. И все же меня часто гложут сомнения и тогда мне становится страшно... Еще сигарету?

– - Нет, благодарю... Что это?

– - За окнами раздался какой-то шум.

– - Похоже на выстрелы -- сказал Хасслейн.
– - Идемте. Надо посмотреть, что там происходит.

Корнелиус обернулся и посмотрел на высокую железную ограду, окружавшую лечебно-восстановительный лагерь Пэндлтон.

– - Похоже, нам удалось выбраться, дорогая -- сказал он.
– - Теперь мы в относительной безопасности. Наступает ночь. Нам будет нетрудно скрыться.

– - А что мы дальше будем делать?
– - спросила Зира.

Поминутно спотыкаясь, они медленно продвигались вперед. В неверном свете луны узкая дорога, окруженная зарослями чаппараля, выглядела мрачно и жутко. Шорох высокой травы, шепот, пробегающий по тронутым ноыным ветром листьям, сонный писк случайно проснувшейся птицы -- все заставляло их вздрагивать и замирать от ужаса.

– - Нам нужно раздобыть какую-нибудь одежду -- сказал Корнелиус.
– - И обязательно шляпы. Попытаемся выдать себя за людей.

– - Боюсь, что нам это не удастся ... Ох!
– - застонала вдруг Зира.

– - Что с тобой?
– - встревоженно спросил Корнелиус.

– - Не волнуйся, пожалуйста, не волнуйся. Успокойся. Сейчас... Ты не волнуешься?

– - Да... Но...

– - Хорошо. Мне кажется это началось. Схватки.

– - Но ведь еще рано -- воскликнул Корнелиус.

– - Это, наверное, из-за лазания. Интересно, как это удается примитивнам обезьянам? Им, беднягам, ведь до самых родов приходится лазить по деревьям ...
– - попыталась пошутить Зира, но неожиданная боль заставила ее прикусить губу и она снова застонала.