Чтение онлайн

Да. Наше передвижение замедлилось. Но это всяко лучше, чем сидеть на месте и ждать неизвестно чего. Тем более, двигаясь даже так медленно, мы могли замаскировывать свои следы, чтобы преследователи, если они и появятся, не смогли понять, куда же мы направились. Тропинок-то в джунглях, да и дорожек в рассекающих их горах великое множество. Поди угадай, какой из них мы воспользовались.

Анализируя свои действия (ну чем ещё можно заняться, тупо шагая по тропе) я вдруг осознал. А ведь обнимая тонкий девичий стан, прижимая к своей груди гибкую фигурку весьма симпатичной особы противоположного пола я не испытал ни капли вожделения. Мало того, у меня даже мысли не возникло, что это всё-таки девушка, и воспринимал я её не иначе, как парня или даже как некую фарфоровую куклу. Старею?

— Как ты ориентировалась в пещерах? Не удержался я от вопроса, догнав Лин Лин.

— По звуку. У меня с детства очень острый слух. И мы заранее договорились с ребятами, чтобы они прислушивались к звукам, которые будет издавать моя одежда. Если я наклоняюсь, свистяще шелестит шёлк туники. А если приседаю или поднимаю ногу, мягко шуршит хлопок и поскрипывает специально для этого пришитая кожаная отделка шаровар. Вот так всё просто.

— Умно! Не каждый до такого додумается. И молодец, что додумалась увести свой триптих в пещеры. Без этого, вам бы низачто нас не дождаться. Врагов-то была полусотня.

— Зато и в живых их осталось чуть меньше двух десятков, а у нас только восемь погибших и пятеро раненных.

— Я и говорю молодец.

ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ

После того, как наши связанные пленные очнулись в лагере, и я освободил всех от последствий влияния их командира, мы с Ченом взялись выяснять, кто из них кто. И скажу я вам, это была та ещё работ, занявшая у нас ни один день. Прислужники проклятого хитрили, лгали, изворачивались, лишь бы остаться в живых, сбежать и донести своему господину о месторасположении нашего лагеря. Но у моего друга в копилке знаний нашёлся верный способ вывести их на чистую воду.

Я не вдавался в то, как он это сделал, но все, кто не был с нами честен, лишились голоса. Разевая в немом крике рты, они раз за разом пытались что-то нам доказать, извивались в попытке освободиться, но всё равно их напрасные трепыхания закончились ничем, а потом и их смертью. Их тела одно за другим были сброшены в глубокую пропасть, окружавшую на этот раз наш лагерь, а оставшиеся девять человек были развязаны, накормлены и после всех испытаний Чена пополнили поредевшие десятки Лин Лин и ещё двух её друзей.

Остерегаясь больше покидать лагерь без тщательнейшей разведки, мы почти безвылазно просидели в нём больше месяца. Чен стряпал у себя в палатке очередные мази, отвары и притирания, необходимые для окончательного излечения его подопечных. Я занимался совершенствованием воинских навыков у молодёжи. Тренировался сам и много медитировал.

В какой-то из дней, я наконец-то вспомнил о метательных ножах, найденных мною в пещерах. Помнится, после возвращения, я торопливо завернул их в первую же попавшуюся на глаза тряпицу и не глядя сунул на самое дно своего куля. А потом в навалившейся круговерти, как-то совсем о них позабыл.

Достав и развернув свёрток, я принялся разглядывать своё новоприобретение. Необычного почти тёмно синего цвета лезвия ножей переходили в серебристо серую рукоять, покрытую замысловатым узором гравировки. Никогда в жизни я не видел такого оружия. Отлично сбалансированные, невероятно лёгкие и тонкие, ножи поражали и ласкали глаз своей красотой и необычностью. Узор на их рукоятках был созвучен узору на рукояти моей катаны, но и металл и способы отделки сильно отличались.

Что за мастер мог создать такое совершенство. У этого древнего кудесника были воистину золотые руки. Я не был страстным почитателем оружия. Не стремился его коллекционировать, хотя у меня и была такая возможность. Мне его часто дарили соратники, преподносили в дар власть имущие во время торжеств, вручали при освобождении городов. И всё это многообразие удобно-повседневного и вычурно-помпезного оружия я, при первой же возможности, передаривал кому-нибудь другому. Но от этих ножей, я так просто отказаться бы не мог.

Они словно сами просились мне в руку. Захотелось их немедленно опробовать. Полюбоваться, как их лезвия, сверкая на солнце словно иссиня-серебристые молнии, будут врезаться в мишень. Я не смог устоять от искушения. Заменив ими в наручах свои привычные клинки, я вышел из палатки. Да, да. Здесь у нас были именно палатки, а не уже приевшиеся мне бамбуковые хижины. А сам лагерь, со всех сторон окружённый глубокими расщелинами, располагался на плоской вершине горы, затерявшейся среди своих более высоких соседок.

К установленной посреди тренировочной площадки мишени, я подходил с некой опаской. Одно неверное движение и я лишусь одного из этих ножей. Но мои опасения оказались напрасными. Каждый брошенный мною клинок попадал точно в центр мишени, вонзившись в него на добрую треть лезвия. А вынулись они оттуда настолько легко, словно сами выпрыгивали ко мне в подставленную руку.

Определяя каждый в соответствующее место в наручах, я заметил на перевале отряд разведчиков, возвращающийся с задания. Ну наконец-то. А то мы тут уже засиделись. Ровно через двадцать минут, Чен пригласил меня в свою палатку, временно выселив оттуда всех раненных. Видимо, разведчики принесли ему такие новости, которые он поостерегся доверить посторонним ушам.

— Что ты слышал о правой руке Вонга? — Огорошил он меня с порога.

— Почти ничего. Знаю, что он занимается формированием новых частей в его армии, что этот человек чрезвычайно амбициозен и хитёр. Вот и всё, что мне о нём известно.

— Это не всё. Он ещё является казначеем Вонга. И сейчас он отправился в сопровождении трёх элитных частей, каждый воин которых отобран Вонгом лично, с крупной суммой денег зля закупки большой партии оружия. Вонг больше не желает захватывать новые города на периферии. Он планирует в начале следующего года напасть на столицу.

Но подготовку к этому грандиозному сражению начал уже сейчас. Стянул поближе к столице все свои войска, образовав ими широкое кольцо блокады, внутри которого остались лишь пока не захваченные им несколько городов, пригороды и сама столица. И задумал что-то ещё, раз ему потребовалось столько оружия.

— А почему он просто не отберёт у оружейников их запасы?

— Пробовал. Оружейники с ним не воевали. Но в результате они ему подсунули такую пакость, что он зарёкся больше действовать силой. Оплатив этот хлам золотом, равным весу той ерунды, что ему досталась при набеге на их склады, он с ними заключил мирное соглашение. И теперь свято его соблюдает.

— А нам известен путь, который проделает этот отряд?

— Не весь, но большая его часть. И теперь нам нужен план. Причём быстро. Ведь нам это оружие ещё нужнее, чем армии Вонга. Да и подпортить его планы, тоже не помешает. Мы должны перехватить его отряд уже через четыре дня. Выкинь полтора дня на подготовку нашего отряда и путь. У нас остаётся только два дня плюс ещё пол дня на непредвиденные обстоятельства.

— Тогда доставай карту. Обмозгуем.

Мы уложились в этот короткий срок. План нападения, отхода наших ребят при неудаче или ещё каких-нибудь непредвиденных обстоятельствах и ещё куча всяких мелких планчиков, должных поспособствовать нашей авантюре, был выстроен на бумаге и намертво впечатан в наши гудящие головы.