Чтение онлайн

Принудительные зависимости, которые еще предполагают какой-то выбор со стороны индивида, не допускают этого выбора в пределах обязательных действий. Такое состояние общества, где взаимодействия индивидов представлены как обязательные действия, характеризуется подчиненной зависимостью. В подчиненно-зависимом взаимодействии отсутствует выбор действий со стороны индивидов, а их отказ от обязательных действий в социологии определяется как отклонение от обязательных действий, в юриспруденции – как уклонение от исполнения закона, в политологии – как разрушение установленного порядка, в философии – как хаос и беспорядок, в психологии – как психопатологии или фрустрации. В связи с этим состояние индивида в объединении людей, находящихся в неопределенном положении, рассматривается в различных терминологических парадигмах, а поиск условий согласованных действий индивидов приводит к поиску всевозможных «скрепов», как у Н. Лумана.

Роль государства в обеспечении безопасности личности и общества в условиях, когда обществом управляют экономические законы, объективность которых не подвергается сомнению, состоит в том, что государство выступает посредником во взаимоотношениях между классами общества, между свободой и безопасностью. Что такое посредник, какое содержание вкладывается в это понятие вообще и в понятие «государственное посредничество»?

В товарно-денежных отношениях их эквивалентом выступает одно и то же количество времени, затраченное на производство того или иного товара. Товары только тогда могут обмениваться, когда время, затраченное на их производство, одинаково, – это основополагающее условие обмена, например, одна унция золота может быть обменена на товар, в котором положено такое же время на производство этого товара, как и на унцию золота. Однако на практике не затраченным временем на производство товара измеряется товар, а его эквивалентом – деньгами. Деньги есть продукт обмена – результат взаимоотношений в экономике. Банки, деньги и кредит завершают капиталистическую систему хозяйствования. Деньги – это продукт обмена и тем уже претендуют на «мертвого» посредника между индивидами как обменивающимися субъектами. Сила посредника в том и заключается, что ему передается власть над обменивающимися сторонами. Поэтому овладеть посредником является заветной мечтой многих членов «общества взаимного восхищения», которое культивируется не только на Западе, но и усиленно пропагандируется в нашей стране. Восхищение западным обществом происходит от нищенского положения не-Запада, как некоторого территориально-экономического пространства, социально-экономическое положение которого существенно уступает социально-экономическому положению Запада. В силу того, что борьба за обладание посредником, завершается победой одной из сторон обмена, и это более всего заметно в обмене труда на капитал, в обмене, который осуществляет капиталист и наемный работник, когда функции посредника в обществе начинает играть класс собственников. Деньги из объективного посреднического и связующего инструмента в сфере обмена превращаются во власть одного класса над другим. Как если бы в медиации, конфликтолог, исполняющий живое посредничество между конфликтующими сторонами, занял позицию одной из сторон, то победу праздновала бы усиленная конфликтологом позиция. Так происходит и с деньгами: переход их на позицию одной из сторон обмена, венчает успех этой позиции.

Для того чтобы деньги, перестав быть посредником в неэкономических отношениях, сохранили за собой посреднические функции, необходимы дополнительные условия. Но эти дополнительные условия не могут находиться в той плоскости отношений, в которых они уже потеряли функцию посредника, т. е. в экономических отношениях.

В силу потери посреднической функции деньги, концентрация которых происходит на одном из полюсов общества, становятся представителем воли высшего класса, они становятся средством подавления воли других классов (среднего и низшего), средством, порождающим безволие. Без воли людей, без осознания необходимости союзов, их объединение вообще не возможно. Не будь воли первых христиан в деле защиты и распространения своей религии, вряд ли христианство сегодня было одним из мировых религиозных течений. Для государственного объединения воля человека есть тот объект, на который оно пристально взирает, и который является предметом государственной работы, государственного объединения индивидов в единый, целостный и не преступный организм. Все государственное право основано на воле индивидов. Право – это воля, возведенная в закон. Связь права с волей есть основа правового закона, право есть воля, ставшая волей всего народа. Ставшая законом воля определяется как власть. И здесь происходит перерождение денег.

Будучи средством проведения воли, они сохраняют это свое значение в политике. Они из средства представления воли денежного класса, превращаются в средства приобретения воли безденежного класса. Тем самым одна воля покупает другую, делает свою волю по преимуществу сильнее, формирует право в интересах своей воли, а тем самым уже не денежными средствами властвует над всеми волями или людьми, чем и конвертирует экономическую власть в политическую. Таким образом, прокладывается мостик между товарными отношениями и отношениями между людьми. Отношения между людьми получают свое широкое, а не узкое значение: например, в политике гражданин наделен правами большими, чем те, которыми он пользуется, будучи просто рабочей силой.

В современных условиях государство только и может выступить посредником между свободой и безопасностью индивида, этими антиподами, находящимися в современном антагонизме по отношению друг к другу. В посреднической деятельности государство не может не использовать механизмы жестокого подавления стремления масс к свободе, ради сохранения основ и безопасности существующего общества. Но в тоже время государство шло на ограничение свободы частной собственности и конкуренции, на ограничение свободы буржуазии, которая безоглядно эксплуатировала труд наемных работников. Известны примеры в истории, когда, ради сохранения безопасности целой системы капитализма, правительствами за короткое время вводились беспрецедентные свободы для наемных работников, за которые они боролись столетиями. Так, например, было в период Великой депрессии в 30-е годы XX столетия во Франции и США при президентах Блюме и Рузвельте соответственно.

Государство вырабатывает механизмы посредничества между свободой и безопасностью, между свободной конкуренцией и материальными условиями жизни граждан, между правами и свободами граждан и их обеспечением. Государство в своем отношении к свободной конкуренции и безопасности на формальном уровне относится равным образом, оно всячески их поддерживает. В реальности же оно защищает жизненно важные интересы конкурирующих сторон, нисколько не беспокоясь об их безопасности, и «приговоры, выносимые войной, обрекают одних на поражение и смерть, чтобы обеспечить другим победу…» (К. Маркс).

С определенного момента государство начинает усиливать свою организующую силу и административную деятельность с целью укрепления позиций индивида по реализации своих естественных прав. Организующие действия государства по расширению границ самостоятельной деятельности индивида или его ограничению получили название соответствующих политик. Политика как организующая сила государства, как действия государства по упорядочиванию действий индивидов, стремящихся реализовать свои права, определяет местоположение индивида согласно его собственной силе. Под силами, как пишет Ю. Делевский, разумеются последние причины норм или законов действия тел и их свойств на другие тела окружающей среды [30] . Силы индивида и общественной группы представляют ее кинетическую энергию, тогда как сознание относится к ее энергии потенциальной. Силы социальной группы определяют размер и качество средств, которыми она может располагать для осуществления задач, выдвигаемых сознанием общей связи, вытекающей из общего признака, и сознанием общего для социальной группы интереса. Силы эти могут быть физические и интеллектуальные, экономические и политические, силы численности, техники, организованности. Известная категория силы, направленная на достижение определенной цели, становится категорией средств в отношении этой цели. Категорий средств имеется столько же, сколько и категорий силы: есть средства политические, экономические, технические, организационные и т. д. [31] Силы индивида входят в понятие способностей индивида, которые представлены как сознание, сила и физическая среда. Положение индивида находится в зависимости от положения государства, а политика государства либо ослабляет данную зависимость, либо ее усиливает. Тем самым индивид либо определяется сам в структуре политического объединения, либо это делает государство. В силу того, что политические действия государства осуществляются в пределах различных индивидуальных сил, то оно, даже при условии формального равенства воздействий, осуществляет фактически неравные действия, и разным образом определяет индивидов. Поэтому для одних действия государства носят защитный характер, для других – «нападающий», т. е. права одних защищаются и находят реальную политическую основу для своей реализации, права других ущемляются и, соответственно, не реализовываются в пределах данного государственного объединения.

Безопасность или политическая безопасность – это такие социальные отношения, которые формирует государство посредством права и поддерживает их посредством социальной политики, они являются результатом конфликта между разнородными силами общества. Конфликт, оказывая воздействие на безопасность, становится предметом политики. Принуждение к миру – основная задача, которую то или иное государство решает с меньшим или большим успехом.

Общество – это совокупность человеческих отношений, а человек есть совокупность общественных отношений. Мы можем говорить о материальных предпосылках общества, о его духовных предпосылках, но само общество есть объединение людей, скрепленных создаваемыми ими самими отношениями. Совокупность индивидов формирует с помощью своих отношений не только общество, но и государство. Государство так же, как и общество, есть объединение людей, находящихся в отношениях, но в таких отношениях, где принуждение играет определяющую роль. Общество выступает тем основанием, из которого порождается государство. Государство есть политический союз индивидов, тогда как общество есть союз неполитический. Государство образуется на принципах подавления и принуждения, общество – на принципах интересов. В связи с этим между обществом как объединением людей, основанном на интересах этих людей, и обществом как объединением людей, основанном на принуждении, присутствует конфликт, который, в общем, разрешается каждый раз усилением принуждения или его ослаблением. Принуждение к особому социальному интересу тем сильнее, чем сильнее различие интересов в самом обществе, и тем слабее, чем слабее это различие. Принуждение и подавление неравномерно представлено в социуме. Для одних оно отсутствует вовсе, а для других – представлено в полном объеме. Так, для господствующих классов государственное принуждение в целом не является таковым, но может быть направлено и неотвратимо для отдельных представителей этого класса, и оно может быть такой силы, которую испытывают классы подчиненные.

Общество живет своей жизнью, а государство своей. Но это не означает, что государство и общество – две противоположные (антагонистичные) формы бытия человека. Это означает, что общество объединяется по признаку интереса, а государство – по признаку силы или принуждения. Организованное по признаку интереса общество есть союз индивидов, объединенных борьбой частных интересов с частными интересами, частных интересов с общественными интересами, и тем самым оно является продуктом борьбы. Однако как в природе выживает сильнейший, так и в обществе происходит укрепление позиций тех классов, которые в полном объеме завладели условиями существования своего класса. И эти условия, если они живые условия, наделены сознанием и создают своим трудом весь остов современного общества, и обязаны воспроизводится в тех размерах и качестве, которые необходимы этому классу. Поэтому, для того чтобы противостоящие господствующему классу живые индивиды оставались условием или средством их существования, необходимо принуждение, сила, которая могла бы сохранять индивидов как условие, как средство. По признаку принуждения или силы образуется государство, значение которого в своей основе одно – поддерживать отношения принуждения на таком уровне, чтобы не образовывались классы, чтобы индивиды существовали как можно дольше в своем раздробленном состоянии, и тем самым постоянно воспроизводили условия существования господствующего класса.

Этот небольшой экскурс в понимание того, что между обществом, которое создается господствующими классами, и государством, вырастающим из этого общества, нет соперничества, и противоречия, возникающие между ними, не носят антагонистического характера. Государство есть продукт самого общества, выполняющий всегда одну и ту же функцию – укрепление силой принуждения господствующие отношения.

Для общества безопасными являются те условия жизни, не разрушающие принципиальные основы, на которых произрастает объединение людей как целостность. Опасными – все те, которые эту целостность разрушают. При условии, что общество есть конгломерат различных и совпадающих интересов, получить единое объединение людей, в котором царит гармония, достаточно трудно. Но как бы там ни было, индивиды между собой по основным параметрам совместной жизни договариваются, без привлечения к этому договору третьих лиц. Договор, возникающий между людьми по удовлетворению общих потребностей, существует, но и может быть нарушен, когда солидная часть общества приобретает отличные от договоренностей интересы.