Чтение онлайн

— Мы не знаем какие у них системы, — сказал Ивор. — Может быть большая площадь радиаторов или меньше энергозатрат. Нужно дать ориентировку разведке, пусть поищет что-то об этом.

— Сделаем, сэр, — энергично кивнул начальник штаба.

— Итак, потребность в охлаждении перед следующим прыжком, — задумчиво произнес Ивор. — Противник скорее всего станет дрейфовать, пока не доведет топливо до нужной температуры. И значит нам следует использовать более чувствительные инфракрасные датчики.

— Есть еще одна мысль, — сказала Марта Монаган.

— Поделитесь, баронесса.

— При столь медленном продвижении перед нами не стоит задача обнаружения. Любой патруль успеет срисовать их сигнатуры и передать информацию дальше, где… допустим, можно настроить системы противодействия.

— Какие?

— Минные поля!

Сперва предложение Марты вызвало у собрания сдержанный смех и улыбки.

Мины в виде устройств, на которых установлен рентгеновский лазер с накачкой ядерным взрывом, могли, разумеется, быть настроены на корабли с определенной сигнатурой и болтаться в пространстве в ожидании, пока конкретная цель или одна из списка целей не появится на доступной дистанции. А тогда…

Но от мин не зря отказались еще на заре освоения Галактики. Огромные пространства космоса не давали таким устройствам никаких шансов на поражение противника. Даже идущий по определенному маршруту корабль мог появиться где угодно: на миллиард километров ближе или дальше от центрального светила, над или под плоскостью планетарного диска. А лазер мог поражать на полторы тысячи километров не больше. Ну на три тысячи, если поставить более мощный заряд. При дальнейшем увеличении мощности усугублялись проблемы с наведением и фокусировкой.

Гипотетически минные поля можно было выставить на основных векторах подхода к конкретной планете. Потому что, как правило, корабли выходили прямо на неё на стандартной скорости и с дистанции позволяющей закончить вовремя торможение. Точка входа — пространство в миллионы кубических километров, которое в принципе можно засеять минами. Но по предсказуемым векторам летали обычно только гражданские корабли или военные в мирное время. Это больше подошло бы для диверсии, но не для боевых действий. А кроме того, в звездных системах все подчинено орбитальной механике, что заставляло бы регулярно переставлять такие поля и привело бы к огромных издержкам.

Однако все это не имело значения в пространстве транзитной системы, где перекрытие всех вариантов проведения коррекции, потребовало бы числа мин с семнадцатью нулями, если не больше. Это был заведомо проигрышный вариант. Поэтому никто и никогда не ставил минных полей в реальности, а рассматривали их на уроках тактики лишь как гипотетический пример.

Примерно такие аргументы и прозвучали в ответ, но Марта не случайно числилась среди лучших выпускников училища.

— В данном случае, нюанс заключался в том, что патрульный корвет может засечь вектор ухода противника в гиперпространство довольно точно, — сказала она. — А значит и выход окажется на определенной линии. Ну, с погрешностью в пятьдесят тысяч километров, не больше. И времени на передачу данных в другую систему и постановку полей будет достаточно.

— Но линия, это не точка, — возразил Вальтер Донован.

— На линии можно расположить последовательно несколько десятков кольцевых минных полей. С радиусом в пятьдесят тысяч на каждое потребуется… ну около трехсот мин для гарантированного поражения.

— Если мы узнаем точный вектор, то можем просто отправить крейсер.

— Да, но крейсеров не напасешься на все системы, в то время как постановщик мин, можно быстро сделать из обычного транспортного корабля.

— Все же нужно учитывать, что противник даже идя по предсказуемому вектору может выйти где угодно. Пять, шесть миллиардов километров вашими ведьмиными кругами не перекрыть.

— Да. Но обычно при медленных скоростях стараются выйти ближе к звезде, чтобы точнее прыгать. А кроме того, он будет лететь многие миллионы километров, совершая коррекцию. Если разместить поля через каждые три миллиона километров в обычной зоне не далее миллиарда от звезды, то какое-нибудь он наверняка заденет.

— Если бы он летел по прямой, но ведь он заложит дугу, чтобы уйти в другую систему.

— Верно. Но стратегия медленного проникновения будет базироваться на небольших углах коррекции.

— А если вместо минного поля будут корабли перехвата? — предложила Софи. — Эскадра, которая пойдёт по нужному вектору так сказать пунктиром, выскакивая из гипера каждые полмиллиарда километров и снимая данные…

— Допустим перехватчики ожидают в одной из соседних систем и прибывают с опережением… — подумал вслух Ивор. — Вопрос, какая базовая скорость им потребуется, чтобы пройти таким образом всю систему за время, которое нужно противнику на коррекцию?

— Если взять практический радиус системы в пять миллиардов, то десять нужно пройти на скорости… Сто километров в секунду. Тогда выйдет по три минуты на гиперпрыжок и, скажем секунд тридцать на снятие данных и подготовку следующего прыжка. Ну пусть минута. По четыре минуты на полмиллиарда, на всю систему восемьдесят минут.

— Двадцать прыжков подряд шнелльбот не потянет, — заметил Донован. — Не хватит запасов энергии в накопителях. Или надо будет прыгать с горячим реакторам, но тогда нужно время на охлаждение.

— А если противник после выхода из гипера затаится и будет дрейфовать? — спросил Поль Баниистер.

— Тогда придется летать по вектору туда и обратно, пока враг не проявит себя чем-то, — не сдавалась Софи. — Подобно тому как противолодочные корабли искали подводные лодки, крейсируя на поверхности.

— На медленной скорости можно дрейфовать целую вечность, — вздохнул Ивор. — Но идея неплоха, Софи, попробуй её докрутить.

Недостатков у предложения нашлось много. Оно годилось, как отправная точка размышлений, однако, вскоре дискуссия выдохлась. И все вновь замолчали.

— Почему они раскрыли новую тактику, а не дождались пока накопят достаточно сил для решающего удара? — спросил в тишине Вальтер. — Они могли застать нас врасплох проводя крупную операцию.

— Они не собирались ничего раскрывать, — ответил Билл Фармер. — Противника случайно заметили в Путто. Если бы не это, его эскадра спокойно совершила бы диверсию и ушла обратно, не оставив явных следов.

— Допустим. Но им пришлось раскрыть и другие козыри, вроде этих дронов ПРО.

— Верно, — кивнул начальник штаба. — По той же причине.

— Должен признать, нам повезло, — сказал Ивор.

На самом деле, как он подозревал, им повезло гораздо больше. Захват «Птолемея» стал бы грандиозным провалом королевского флота.

Ивор неожиданно вспомнил, как его в бытность флайт-офицером командиры игнорировали даже когда он предлагал разумные и эффективные решения. Его рапорты наверное до сих пор хранились в самом пыльном углу архива Адмиралтейства. Он не желал поступать так же со своими подчиненными. И подумал, что стоит расширить круг привлеченных к решению проблемы.