Чтение онлайн

Ничтоже сумняшеся, я дописал на бланке: "КМ (Капитан) Тамбовский".

Так телеграммку и "запулил".

Покончив с делами, я заглянул на мостик.

– Ты как?
– вежливо справился вахтенный штурман.

– На десять процентов уже человек.

– Отходи. Послезавтра будем на промысле.

Перо самописца уверенно жгло бумагу, отражая рельеф дна. Я коснулся запястьем "стола". Шибануло, но очень слабо. М-да, сигнальчик-то никакой! Даже лампочка еле "плямкает"... ничего, завтра починим.

В каюте я закрылся на ключ, достал заветную банку, пропустил содержимое через фильтр. После двойной очистки, жидкость облагородилась до светло-коньячного цвета.

Кто-то ломился в дверь, матерился голосом капитана, но я не открыл, а тоже сказал:

– Свободен!

Чего волноваться? Ведь боцман заранее все укрепил...

Я выжрал все до глотка, но уснуть долго не мог. Сначала в башку стучались стихи: пара матерных и небольшое цивильное. Потом меня обуяли мечты. Я представил, как сегодня же брошу пить. А потом "отбомблю" положенный срок на этой вот, сраной коробке. И будет мне заслуженный отпуск за три беспросветных года! И приеду я в город Архангельск: в новых джинсах и кожаном пиджаке. И в доме, что напротив тюрьмы, мне позволят увидеться с дочкой. И случится такое чудо, что ее от меня прятать не станут и никто не будет кричать, что мои появления раз в году ребенка травмируют. Что она после встречи со мной, ночами не спит. Что пора бы одуматься, все простить и вернуться в семью...

И сон мне приснился светлый-пресветлый: будто бы мы гуляем по набережной. На Анютке огромный розовый бант, а я для нее покупаю много-много конфет и игрушек...

...Новый день начался с конфуза. На шахте висел огромный амбарный замок. В кладовке под полубаком прилежно копался "дракон" - готовил к выдаче спецодежду. Увидев меня, сочувственно улыбнулся.

Это не он! Эх, знать бы, кто заложил!

Я поднял глаза на мостик. Расплющив нос о стекло, на меня смотрел капитан: поднимись, мол.

– Ну, Моркоша, уел!
– сказал он с шутливым поклоном и сделал вид, что снимает шляпу.
– Жаль, вчера ты мне не попался. Ведь я, грешным делом, хотел тебе морду набить!

– Это еще за что?
– набычился я.

– За твою телеграмму.

– Какую еще телеграмму?

– Которую ты вчера диспетчеру отослал. Или не помнишь?

– Ну, было такое дело. А что в ней такого, в той телеграмме?

– Ты и правда не понимаешь?

Я, и правда, не понимал:

– Слушай, Виктор Васильевич, перестань говорить загадками.

– Ты подпись какую поставил?
– уже с интересом спросил Витька.

– Будто не знаешь, "капитан Брянский".

– А здесь что написано?

Я глянул, и охренел: это же надо какой "прокол"! Тут, если "засек" контроль, просечкой в талоне вряд ли отделаешься.

– Это что ж получается?
– я пытался собраться с мыслями, - телеграмма того, не дошла? Вроде как, аннулирована?

– Лучше бы не дошла!
– Брянский тяжко вздохнул.
– Диспетчер ее прочитал и успел уже всем растренькать. "Тамбовский" теперь, по твоей милости - это моя новая кличка.

– Может быть, пронесет?

– Куда там!
– Витька вздохнул и махнул рукой.
– Вчера "Снежногорск" вызвал на УКВ и ехидненько так: "Пригласите на мостик капитана Тамбовского!" Нет, это уже навсегда! Ты, кстати, куда собрался?

– В шахту, "Палтус" лечить.

– А что с ним?

– Пока не знаю. Буду смотреть усилитель. Скорее всего - оконечный каскад.

Брянский долго смотрел мне в глаза. Смотрел с явным сомнением. Наконец, произнес:

– Не знаю, не знаю... по мне - так нормально работал прибор. Когда выходили в район промысла, заряжали в него рулон японской бумаги. Ну, сам понимаешь, качество! Вся рыбка под нами - как на ладони. Никогда без плана не приходили. Есть у меня в сейфе еще два рулона, сейчас покажу...

Бумага и правда, была шелковистой и гладкой, с красивым орнаментом по лицевой стороне. Один экземпляр уже побывал в работе, в режиме "белая линия". То, что я там обнаружил, внушало доверие.

– Ну как?
– произнес капитан с плохо скрываемой гордостью.
– Тебе вот, такую бумагу ни в жизнь не достать!

Что верно, то верно! Даже спирта - и того не достать!

– Ай да бумага! Вот это бумага! Ах, какая бумага!!!
– повторял я на все лады, пока Витьку не перекосило.

– Да ладно тебе!
– отплюнулся он стандартной Архангельской фразой.

– Ключ от замка у кого?

– Какого еще замка?
– не сразу врубился Витька.

– Большого навесного замка, которым закрыли шахту, - пояснил я как можно вежливей.

– Зачем он тебе?

– Я ж говорю: "Палтус" лечить. Откуда ты знаешь: может быть, мы уже по рыбе идем?

Аргумент не подействовал.

– А мне почему-то кажется, - с нажимом сказал Брянский, - что ты собираешься голову свою подлечить и опять, как обычно, нажраться! Хватит, пора отходить!

– Ты меня в море вывез?
– спросил я с таким же нажимом.

– Вывез, - подтвердил Витька.

– Ну, вот. А здесь я нормальный! (Спасибо тебе, капитан Севрюков!) Как ты мыслишь: сколько воды помещается в емкость "Палтуса"?

– Литров, наверное, триста-четыреста, - навскидку прикинул Брянский.

– Шестьсот пятьдесят, - уточнил я, добавив чуть-чуть от себя, - и сколько же туда спирта залили?

– Слушай, я все понимаю, - заюлил капитан, - но знаешь... с замком как-то спокойнее.

– Ладно!
– я cбросил последний козырь, - давай провожатого.

...Провожатым назначили боцмана Березовского. Ключ от шахты был, как раз, у него. "Дракон" смотрел на меня с подозрением и все время крутил носом - чего-то поднюхивал. На правах хозяина территории, я тут же его привлек в качестве "тыбика": "Ты бы убрал тот железный ящик"; "Ты бы здесь поддержал"; "Ты бы это подал". Боцман охотно слушался. Был он родом из военных матросов и еще не забыл понятия "дисциплина".

Девяносто процентов всех неисправностей находится визуально, если, конечно, знать: где искать. Я выдвинул блок усилителя мощности - и вот вам пожалуйста! В глаза мне смотрели два мощных сопротивления реостатного типа. Эмаль на них почернела и вздулась, а местами - отвалилась совсем. Я выкусил пассатижами оплавленный провод, осторожно ослабил крепления и сунул "вещдок" Березовскому:

– Задача ясна?

Он посмотрел на меня с уважением, как алеут на шамана, но все-таки заартачился:

– Н-е-е, мне сказали здесь.

Пришлось повторить:

– Сейчас ты пойдешь к капитану и покажешь ему эту хреновину. Пусть попросит электромеханика найти у себя две точно таких же. Иначе будем без рыбы. Ты ведь в море вышел не на прогулку?

Боцман пулей взлетел по трапу.

– А можно, - спросил он уже с палубы, - я сразу к электромеханику?