Чтение онлайн

Я открываю дверь и бросаюсь вперед.

Меня может остановить лишь собственная смерть!

Я ищу маму…

Я люблю, люблю, люблю ее!!!

Пусть лучше я сто тысяч миллионов раз буду умирать медленно и страшно!

О, Господи, я грешила, но я всегда хотела, да хотела! Быть лучше, и никому не вредила… я никому не делала зла!

Ты должен…

Огонь пылающим ядом пронзает мое тело, по венам бежит магма, на коже горит лава…

Я задыхаюсь.

В горле поселились сотни шершней, они жалят и кусают без перерыва.

А сердце! Лучше не говорить об этом!

Я хочу упасть замертво немедленно, сейчас!

Я не верю ни в бога, ни в черта!

Бог меня предал, когда допустил это!

Я вижу маму.

Между нами стена алого, бушующего пламени.

Я не думаю ни секунды.

Я накрываю курткой голову и бросаюсь прямо в пламя. Жар обжигает своим раскаленным дыханием каждую клеточку моего тела свозь одежду.

Оно выжигает меня прежнюю, оно убивает девушку, верящую в счастье…

Я обнимаю маму.

Она едва держится на ногах.

На лице ее и на руках полосы из сажи и ожогов. Одежда местами сгорела.

Меня рубят, кромсают, режут и пытают всеми мыслимыми и немыслимыми, возможными и невозможными способами.

Мама падает к моим ногам.

Я прижимаю руку к ее шее.

Нет…

– Нет, нет, нет!
– кричу я…

Она мертва.

Я стояла на том же месте. Я вышла через арку меж деревьев на полянку.

Каждый шаг боль. Каждый.

Я должна вернуться назад.

Дара нет.

Грудь разрывает немая, тупая боль.

Хочется кататься по земле и орать во всю силу, пока не сорву голос. Как будто меня подожгли. Изнутри.

– Алан!
– я заметила его.

Он во мраке на другом конце поляны. И Колита нависла над ним , втыкая в его грудь нож. А он даже не может шевельнуться…

О боже, пожалуйста, помоги мне!

«Ну, что тебе стоит!» - молю я бога, как маленькая девочка.

Я несусь через поляну.

И лечу наземь, споткнувшись.

Когда я поднимаюсь, он лежит пластом.

Он тоже…

Я теряю все, как дерево, вырванное из земли с корнем.

Я вытаскиваю из его груди кинжал.

Черный-, узорчатый, оплетенный витыми украшениями.

Я смотрю, как кровь мерцает на нем при лунном свете.

Во мне бушует стальная решимость. Взрываются горы, текут реки облаков, взвивается пыль надо мною… Ярость душит меня

Я сжимаю кинжал, похожий на черную иглу и клянусь:

– Ты заплатишь!

О, как ты заплатишь!

И тут за деревьями я вижу Колиту. Я бегу за нею, так крепко сжимая кинжал, что узоры отпечатываются на ладони. Я хочу лишь одного, хочу сердцем, хочу умом, хочу даже всей кожей и телом – убить ее!

И это пугает меня…

Такая ярая ненависть и злоба.

Но Алан - мой Алан умирает от ее рук. Его перекошенное лицо, его тело в судорогах агонии. Мне хочется биться в рыданиях или воткнуть этот проклятый кинжал в свое сердце… Но, я отомщу, милый, и лишь потом ...

Кто-то должен остановить зло!

Я поклялась…

Я мчусь сквозь лес, и ветки бьют меня по лицу. Я скольжу по льду, и едва не падаю. Мои ноги заплетаются в снегу. Я настигаю ее и кидаюсь на нее. Колита отбивается. Я луплю ее кулаками по лицу, и боль разбивает костяшки пальцев. Она заезжает мне локтем в лоб. Я втыкаю кинжал ей в бок. Она кричит так, что я удивляюсь, почему мои барабанные перепонки не лопаются.

Я втыкаю кинжал снова и снова ей в грудь. Кровь заливает мои пальцы…

Руки убийцы. Она умирает…

И какой смысл во всем этом?!

Алана не вернешь!

О, Алан, Алан! Как ты мог умереть?! Как?! И мама!

Боль подобно прибою заливает мое сердце… Боль – алая река, злая собака рвет мое тело и мозг и душу на части и пожирает их…

Я сижу на снегу.

Сколько не знаю.

Я хочу замерзнуть насмерть!

Я никогда ничего так не хотела.

Я поднимаю голову и вдруг замечаю башню. Ее темный шпиль касается звезд, вспарывает небо.

Мысль прорубает дыру во мне.

Я медленно подхожу к башне. Касаюсь ее рукой. Она словно сделана из лунного стекла.

Я даже в смерти останусь такой же. Я улыбаюсь, но это улыбка отчаяния. Я переношу ногу через порог.

Возврата нет. Нет, никогда.

Я настигну вас, мои любимые.

Я приду к тебе, Ежик.

Я поднимаюсь все выше и выше. По лестнице закрученной спиралью. Во тьме.

Я не споткнулась ни разу.

Душа моя умерла.

Я стою у края. Вокруг лужа тьмы.

Небо сияет мне, словно благословляет.

Я делаю шаг вперед.

Только вперед.

Я кричу и прыгаю вниз.

Я ненавижу этот мир!

Я ненавижу себя!

Я ненавижу все вокруг!

Воздух обжигает меня ледяными лезвиями. Земля бросается навстречу бешеной коброй.

И тут одна секунда!

Я вижу алое пятно факела! Алан!

Я визжу от счастья!

Значит все это ложь!

Он жив! Мама жива!

Только я скоро…

Я зажмуриваюсь.

Из моей спины вырастают шелковистые, белоснежные, воздушные крылья. Я парю, я лечу… Воздух сам несет меня вверх. А затем вниз.

Я медленно снижаюсь. Крылья трепещут за моей спиной и испаряются, исчезают, едва я касаюсь земли.

Алан мчится ко мне. Он хватает меня за плечи и прижимает к себе. Страстно. Яростно. Сильно. Он видел. Я чувствую, что он боится.

От его куртки пахнет кожей, и холодом, но его руки теплые, почти обжигающие. Он со мной…

Я смеюсь, откинув назад голову, смеюсь, смеюсь, смеюсь…

Я всегда верю, в ложь и не верю в правду.

– Как ты могла! Мери, как ты могла! – шепчет он, а я не отвечаю.

Алан рванул меня за руку и потащил за собою.

Мы бежим сквозь лес, мы несемся навстречу бледному солнцу, которое пугливо выглядывает из-за деревьев, словно измученный, испуганный ребенок.