Чтение онлайн

— Простите, — говорит Вертер. — Мисс Кортес, это Аттила Вертер. Прежде чем вы сбросите звонок, я хотел бы пригласить вас на обед, когда мы закончим с этим бардаком. Мне нужно с вами кое-что обсудить.

Тишина.

— Мисс Кортес?

— Конечно. Мы можем пообедать вместе. Я поговорю с вами позже, — и она кладет трубку.

— Как думаешь, она меня боится? — спрашивает Вертер.

— При всем уважении, все считают вас чертовски пугающим.

— Хорошо. Рад, что не разучился. Значит, у тебя есть план.

— Тот же план, — говорю я. — С небольшими изменениями. Но мне нужно ехать. — Я смотрю на машину с разбитым лобовым стеклом и помятым капотом. Почему-то лопнула одна из шин. Не думал, что так сильно врежусь в машину.

— Куда тебе нужно?

— Знаете "Форум" в Инглвуде?

— Ах, мистер Макфи, да. Сочувствую вашей утрате. Он был хорошим человеком. — Я моргаю, не зная, что сказать. — Пожалуйста, передайте Кейси мои соболезнования. Закройте глаза и задержите дыхание.

Я уже собираюсь спросить, о чем он говорит, как вдруг меня пробирает до костей жуткий холод. Я зажмуриваюсь и не дышу, а холод становится все сильнее и сильнее, пока внезапно не исчезает.

Я открываю глаза и вижу, что стою перед стендом Макфи, а вокруг шум и суета барахолки. На моей куртке иней, немного инея и на веках. Я дрожу.

— Откуда ты, черт возьми, взялся? — Кейси смотрит на меня, стоя у входа в палатку.

— Ну, знаешь, то тут, то там.

— Сейчас не самое подходящее время, если тебе что-то нужно, — говорит она.

— Я знаю. Мне правда, правда очень жаль. Но ситуация экстренная.

— Ладно. Но, пожалуйста, давай побыстрее. Я… мне сейчас трудно на тебя смотреть.

— Спасибо. Я понимаю.

— Да?

— Больше, чем ты думаешь.

— Ладно, проходи. Просто… просто возьми всё, что тебе нужно. Рассчитаемся позже. И знай, что я не злюсь, не ненавижу тебя и ничего такого. Я благодарна тебе за то, что ты сделал. Просто сейчас всё очень, очень на нервах.

— Я быстро, как только смогу.

— Подожди, — говорит она. — Ты должна кое-что знать. — Её глаза наполняются слезами, которые вот-вот прольются. — Я говорила с его врачом. Он сказал, что он протянул бы ещё месяц или около того, но боль была бы такой невыносимой, что его бы накачали обезболивающими, и он не понимал бы, что происходит, где он находится и кто его родные. Не знаю, как остальные члены семьи, но я не могла смотреть, как он так страдает. Так что спасибо тебе.

"Не за что", не самый уместный ответ, поэтому я просто киваю, давая ей понять, что не буду мешать, и иду в палатку за тем, что мне нужно.

На этот раз дорога в "токсичную зону" проходит под меньшим обстрелом, чем в прошлый раз. Прежде чем войти, я проверяю, на месте ли все три талисмана Габриэлы. Я подумываю воспользоваться портальным кольцом, но недостаточно хорошо знаю местность, чтобы чувствовать себя в безопасности, да и радиус его действия мне неизвестен. Не говоря уже о том, что если я появлюсь из пространственного разлома посреди кампуса Университета Южной Калифорнии, то меня могут запросто поджарить.

Но, похоже, никому нет дела до того, что я подъехала. Имеет смысл. Если ты смог сюда добраться, значит, тебе здесь самое место. На этот раз я паркуюсь на настоящей парковке у библиотеки и захожу внутрь. Не успеваю я пройти и десяти шагов, как вижу Аманду, которая ждет меня у подножия лестницы.

— Я ждала тебя полчаса назад, — говорит она. — А ты даже не позвонил.

Она корчит такую забавную гримасу, что я не могу удержаться от смеха.

— Прости, но на подъездной дорожке твоего отца на меня напал разъяренный демон, который уже однажды меня убил. Ну и пошло-поехало.

— Я слышала. Ты в порядке?

— Твой отец меня подлатал. На самом деле это странно. Обычно я зашиваю себя зубной нитью или вытаскиваю пули пинцетом. — Выражение ужаса на ее лице бесценно. — Эй, ты еще не жила по-настоящему, пока не вырезала из своей груди оторванную лапу дьявольского пса с помощью опасной бритвы.

— Не знаю, круто это или просто чертовски глупо.

— Со мной лучше считать, что это глупо. Круто, это точно не про меня. Холт где-то рядом?

— Да. Он в одной из комнат для занятий. Они с Джорданом готовят заклинание.

— Как у них дела?

— Холт... стыдится того, как сложились его отношения с Джорданом. А Джордан... думаю, Джордан немного повзрослел. Он стал больше возражать отцу. Раньше он никогда так не делал. Не знаю, надолго ли это, но, думаю, это позитивный шаг. Возможно, ты станешь для него примером для подражания, чего его отец, скорее всего, не одобряет.

— Боже, мне это не по душе. Парень может погибнуть. Ему нужно поговорить обо мне с моей бывшей, Вивиан. Это его исправит.

— А она не предвзята?

— Если и предвзята, то только в пользу правды.

— Я посмотрю, что можно сделать. Пойдем, я покажу тебе, где они.

Мы проходим через библиотеку. Здесь тихо, как и должно быть, но в воздухе чувствуется напряжение. Я не сразу понимаю, что не слышу шелеста страниц, но, оглядевшись, вижу, что многие повернулись ко мне.

— Почему они на меня смотрят?

— Потому что теперь они знают, кто ты такой. У тебя кое-какая репутация.

— Да, — говорю я. — Матери говорят своим детям, чтобы те ложились спать, иначе я приду и съем их души или что-то в этом роде. Скажи мне, что они не думают, что у меня тут целая армия нежити.

— Я слышала такое от нескольких человек. Некоторые считают тебя чудовищем.

— В смысле, как бугимен под кроватью или как Генрих Гиммлер?

— И то, и другое.

— Тогда я буду начеку.

— Не стоит об этом беспокоиться. Они все до смерти тебя боятся и ничего не предпримут.

В кабинете нет никакой мебели, кроме стола и подиума, на котором лежит старая тяжелая книга. Холт выглядит слегка позеленевшим. Рядом с ним стоит парень, которого я, как мне кажется, знаю как Джордана. Он смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Он очень похож на своего отца. Холт в миниатюре.

— Извини, что так вышло с душой, — говорю я ему и протягиваю руку. — Не обижайся?

Он хватает мою руку и трясет ее, как терьер, поймавший крысу.

— Это было круто, — говорит он.

— Ну ладно. — Я высвобождаю руку и поворачиваюсь к Холту. — А ты?

— Я все еще злюсь, — говорит он. — Но я понимаю, с чем мы имеем дело.

— То есть ты меня не подставишь?

— Никто не сможет этого доказать.

— Мне предлагали и похуже, — говорю я. — Давай сделаем это.

Три часа спустя я стою в кабинке мужского туалета на станции Юнион-Стейшн-Даунтаун. Сквозь стены доносится объявление о прибытии поездов. Я повесил на вход табличку "Не входить" и запер дверь, так что мы должны продержаться столько, сколько потребуется, если только все не закончится моей смертью и освобождением джинна.