Чтение онлайн

— Нет, это я в полном дерьме. Потому что мне придется брать всех твоих девочек на себя. Вивьен меня сожрет. — Генри развел руками, вздохнул. Закашлялся кто-то на соседней койке.

— Иди к черту, — прыснул Оскар. — И давай уже это, женись там, что ли. Пока я окончательно не загнулся.

— И это я слышу от тебя?

— Да, от меня, представь себе. — Оскар хотел повернуться на бок. Не получилось. — Мужей очень красивых женщин я отношу к разряду преступников. Надо же мне будет хоть кого-то ненавидеть на старости лет? Вот тебя и буду.

— Еще неизвестно, кто из нас помрет раньше, Оскар. — Генри с трудом выдавил это из себя.

Оскар закрыл глаза. Замолчал, словно бы уснул. Потом заговорил, не открывая глаз:

— И снова — иди к черту! Нет, я серьезно, иди. Нечего тут у меня стоять. Придешь потом, когда переведут в палату. Видишь, даже не говорю «если». Я ж оптимист, понимаешь? — Он наконец открыл глаза и криво подмигнул Генри. — А за моими девочками правда проследи. Напиши им, что я хотя бы жив. Только пусть не приходят, бога ради, у них работа, даже две. Моя и нормальная. Запиши, кому потом строчить.

Оскар продиктовал контакт. Протянул трясущуюся руку. Генри аккуратно ее пожал.

— Теряешь хватку. — Оскар опять хмыкнул, закашлялся. — Ой, господи, я тут сгнию со скуки. Все, давай, проваливай.

Генри улыбнулся, кивнул, собирался уходить, но Оскар окликнул его:

— Так, стоп, черти отменяются. Знаешь что? Принеси мне томик своего Достоевского. Хоть посмотрю, что ты оттуда выгрыз. Только не говори мне про электронки. Хочу бумагу. И каких-нибудь журнальчиков захвати. Ну ты понимаешь, каких!

Генри улыбнулся. В коридоре его встретил тот же доктор — так и сидел, но уже без стаканчика кофе.

— А вы говорили, что он не мог быть элегантным. — Доктор хмыкнул, встал.

— Вы что, все слышали?

— Да нет, я просто догадываюсь, о чем он говорил с вами. — Доктор указал Генри вперед, предлагая пройтись. — Научишься тут понимать людей. Все люди одинаковы. Нас этому еще в сказках учат. Рассказал бы вам историю…

И тут Генри понял — по манере доктора подбирать слова, жестикулировать, даже поворачивать голову, — что перед ним взаправду — как возможно? — оказался геймановский Ананси. Радоваться ли за Оскара или срочно вытаскивать его, увозить куда подальше?

— Надеюсь, с хорошим концом. А то все, что я читаю, — с плохим. — Генри вздохнул, но принял игру.

— Зато все, что вы создаете, — с хорошим. — Увидев удивленное лицо Генри, доктор рассмеялся: — Не удивляйтесь так, у меня сын обожает комиксы и смотрит интервью со всеми причастными. И с вами — тоже.

Они остановились у автомата с едой. Доктор ловко набрал нужные цифры, приложил карту; ничего не сказал, пока «Сникерс» не упал в лоток.

— Простите, мне просто очень нужен сахар, — сказал он, доставая батончик. — И не бойтесь, я не буду просить пристраивать моего сынишку. Маловат пока. И пусть сам пробует. Но я понимаю, что истории вы слушать не хотите.

— Как-нибудь в другой раз. Доктор, с ним все будет хорошо? — Генри не хотел спрашивать, как доктора зовут. Боялся услышать ответ.

— Знаете… Невозможное случается. — Он наконец остановился, достал из кармана халата небольшие очки, надел, посмотрел Генри в глаза. — Мы ему пока не говорили. И я не говорил вам, чтобы ненароком не ляпнули там, в реанимации. Простите, всякое бывает. Но с вероятностью девяносто процентов ваш друг или родственник, для меня это вещи почти равнозначные, больше не сможет ходить. Если не случится чуда Господнего.

— А вы верите в бога? — Генри совершенно не собирался задавать этот вопрос. Рот открылся сам.

— Да. Только в своего. А вы?

— Тоже… в своего.

— Ну вот, мы с вами абсолютно нормальные американцы. — Доктор улыбнулся, снял очки, тут же снова посерьезнел. Показалось, что без очков даже помолодел. — Будем верить, что наш с вами бог плетет одну и ту же паутину. Я обязан буду сказать ему, мистер Генри. Не имею права промолчать. И как он отреагирует — я не знаю.

— Да как всегда. — Генри прикрыл глаза, помассировал лоб. — Отшутится.

— Очень хочется верить. Спасибо, что выслушали. Жаль, что отказались от историй. — Доктор протянул Генри руку. Ладонь оказалась потной, какой-то шершавой, словно лапа насекомого. — Одна маленькая просьба. Когда будете в следующий раз, подпишете пару комиксов моему сынишке?

Генри кивнул. Уходя, все же остановился в холле, достал телефон и, сам не до конца понимая зачем, сделал пробное селфи.

Следующий раз случился спустя четыре дня. До этого Генри заехал в больницу, поймал медсестру, вручил ей томик Достоевского и попросил отдать либо Оскару, когда его переведут в палату, либо самому доктору. Чуть не оговорился «доктору Ананси». Получив радостное сообщение от Оскара, Генри написал Вивьен. Она отпросилась с основной работы — в последнее время хотела ее бросить, — и вместе они, с пакетом гостинцев — Генри нравилось это русское слово, он отдельно смаковал его, поясняя для Вивьен, — вошли в палату Оскара. Тот лежал, конечно, один — сразу попросил, чтобы его перевели сюда, пусть и придется платить за каждые сутки, — и читал. Услышав, что к нему гости, отложил книгу и бодро воскликнул:

— А, кто к нам пожаловал! Мои дорогие гордецы и прелюбодеи! Да еще и оба, похоже, нестареющие, ха!

— Не скучаешь? — Генри придвинул к койке два стула, пожал Оскару руку.

— Да с твоим любимым Достоевским разве заскучаешь! Я наконец распробовал этого старого русского извращенца. — Оскар приподнялся на локтях, взглянул на пакеты. — А что интересного привезли? Эх, сейчас бы, как в молодости, настолки…

— В молодости? — рассмеялась Вивьен. — Оскар, по-моему, ты слишком сильно ударился головой. Ты и к семидесяти будешь живее нас всех.

— Да-да-да, ага, конечно. — Оскар говорил возбужденно, много жестикулировал, глаза блестели. — Мой доктор Ананси твердит то же самое. Сговорились, тоже мне. Так что в пакетиках-то?

— То, что точно скрасит тебе Достоевского. — Генри взял пакеты. Сперва, не торопясь — специально изводил Оскара, — вытащил сок, фрукты и его любимое печенье Wagon Wheels, потом медленно запустил руку во второй пакет, — Оскар готов был накинуться на него, — и наконец достал журналы, положил на прикроватную тумбочку.

— О! — Оскар хлопнул в ладоши. — Отличный комплект! Вивьен, ну хоть в щеку бы меня поцеловала. — Получив поцелуй, Оскар добавил: — О, новый парфюм? И вообще, ты похудела! Этот паршивец еще не заикался о свадьбе?

— Ты — и говоришь о свадьбе?! — Вивьен закинула ногу на ногу, снова рассмеялась. Генри сел рядом. — Нет, Оскар, ты точно ударился головой.

— Определенно, — кивнул Генри.

— Ударил бы вас обоих, но ноги что-то не слушаются, — буркнул Оскар. Положил раскрытый томик Достоевского прямо на журналы. — А мой хитрец Ананси все увиливает и увиливает от ответа, травит анекдоты и истории, а еще от него вечно пахнет курочкой из KFC. Вот за эту шутку я точно буду гореть в аду!