Чтение онлайн

Вот оно что... Он действительно решил превратить меня в ручную, послушную зверушку? Как будто я, не человек, а предмет. Противно. Ощущение, будто внутри всё разлетается на куски, буря рвёт изнутри, и сдерживать её уже нет сил. Как же я ненавижу это ощущение, когда от тебя требуют покорности, когда ты должна подстраиваться, угождать, забывая о себе. Мои желания, мои чувства, никому не интересны. Ни отцу, ни матери. И теперь вот, Игорю. Всё, хватит. Я больше не чей-то проект, не марионетка в их сценариях. Я смотрю в его перекошенное гневом лицо и не узнаю. Это точно Игорь? Тот, с кем я смеялась, с кем делила тепло? Сейчас в нём что-то пугающее, чужое. Он как будто теряет контроль… И меня от этого бросает в холод. Неужели он способен на большее? Я молча умоляю, пусть не переступает ту черту. Только не он.

— Мне больно! Да что с тобой?? Ничего криминального я не сделала!

— А знаешь... Хочешь дальше гулять и тусоваться, вперед. Но, без меня, мне нужна нормальная невеста, а не загульная, которая светит своей задницей перед каждым встречным.

Он резко отпускает мою шею, как будто сбрасывает надоевшую игрушку. Взгляд его пронизывает насквозь, злой до дрожи. И прежде чем я успеваю что-то сказать, Игорь срывается, яростно обрушивает кулаки на крышу машины, словно выплёскивая всё, что не высказал словами. Металл глухо завывает от удара, а я, от его агрессии. Он поворачивается и отходит, тяжело, молча, не глядя в мою сторону, как будто меня здесь и нет. А я... Я остаюсь на месте, вцепившись пальцами в воздух, с горьким привкусом вины, который разъедает изнутри хуже любого крика.

— Игорь! Серьезно?! Вот так просто уйдешь?!

Громко, сорванным голосом, кричу ему в спину, отчаянно, яростно, бессмысленно. Но он не оборачивается. Ни единого движения, ни тени сомнения. Просто идёт, как будто ничего и никого позади не осталось. Он резко распахивает дверь, садится за руль, и в следующую секунду рев мотора разрывает тишину. Машина взмывает с места, унося его прочь, а мне остаётся лишь смотреть, как в воздухе оседает ядовитая пыль и оседает что-то внутри. Слишком резко. Слишком больно. И необратимо.

— Зашибись... Отлично поговорили.

Рассерженно, со всей дури пнула колесо ни в чем не повинной машины и устало приложила ладонь ко лбу.

— Сволочь ментовская! Все из-за тебя! Сначала отец, теперь Игорь бесится!

Смеюсь как ненормальная, до надрыва, как будто внутри что-то хрустнуло. Истерический смех рвётся наружу без спроса, будто это последнее, что во мне осталось. Всё достало. Живу, как в чёртовом рабовладельческом строю, угоди тому, подстройся под этого. А я? Я где во всём этом? Бросаю взгляд туда, где ещё пару минут назад стояла машина Игоря. Сейчас, пустота. Как и внутри. Не в силах больше терпеть это место, сажусь в свою машину, закрываю дверь, опускаю руки на руль. Тихо. Глубоко вдыхаю. И просто смотрю в одну точку. Минуты текут, а я всё сижу. Словно на краю чего-то, между истерикой и полной тишиной.

— Ладно... Так, сейчас успокоимся и поедем, не хватало ещё кого нибудь переехать на светофоре со злости.

Собрав остатки самообладания, я завела мотор и выехала на трассу. Сто двадцать, уже привычная мне цифра. Здесь, за рулём, всё ощущается иначе, шум ветра, плавность обгонов, лёгкий прилив адреналина. Странным образом именно это приносит мне спокойствие. Следила за дорогой пристально, не позволяя мыслям снова увести в сторону. Светофор, и я притормаживаю. Пешеходы лениво тянутся по зебре, кто с кофе, кто в наушниках. Я смотрю на них, словно со стороны, и вдруг… Невольно улыбаюсь. Герман, тебе действительно не повезло, я отлично помню, где ты живёшь, и как выглядит твоя ласточка. С этими недобрыми мыслями я быстро домчалась до дома. Выходить не хотелось, ни с кем пересекаться, ни объяснять, ни играть чужие роли. Уже почти на втором этаже, шаг от спасения, и тут меня резко перехватывает мама.

— Что с тобой, время всего лишь три часа дня, а ты уже дома.

Мама удивленно посмотрела на наручные часы и состроила непонимающую гримасу.

— Чем ты недовольна?

Фыркаю и обиженно закатываю глазки.

— У тебя проблемы с Игорем?

Ну разумеется… Моя «заботливая» мамочка, как всегда, первым делом пообщалась с моим женихом. Я даже не сомневаюсь в этом. Смотрю на неё и не перестаю поражаться, словно Игорь ей ближе, чем я. Он-то ей никто, посторонний человек, а снисхождения в его сторону, с лихвой. А всё почему? Потому что они с отцом всегда мечтали о сыне. Сын, это продолжатель фамилии Соболевских, наследник, будущий директор, «гордость рода». А я? Я в их уравнении, просто побочный эффект. Бизнес отца был мне чужой с самого начала, и он это знал. Я никогда не стремилась занять его место, не интересовалась, как устроены сделки и деньги. Я лишь пользовалась тем, что имела, не вдаваясь в подробности. Просто тратила. Просто жила. Но, похоже, этого было недостаточно для них.

— Небольшое недопонимание. Не переживай, ваш любимый Игорек остынет через пару дней и все наладится.

— В чем причина вашего конфликта? Ты молиться на него должна, другой бы просто не вывез твой дрянной характер, уж я то знаю.

— Как у меня будет свободное время, я обязательно зайду в церковь и помолюсь за него.

Срываюсь с ехидным броском, почти в голос. Ну точно... Всемирный заговор, не иначе! Хочется завыть от бессилия, зарыдать в голос, спрятаться от всего мира. Сколько ещё это будет продолжаться? Сколько можно терпеть предательство от тех, кого зовёшь родными? Неужели я правда настолько мерзкая, чтобы заслужить лишь упрёки и холод? Хоть каплю тепла… Хоть малейшее сожаление, разве я не заслужила? Мне нечем дышать. Боль будто сдавливает грудную клетку изнутри. Я на грани, крик застревает где-то между дыханием и рыданием. Всё внутри требует выхода, разбить, закричать, сорваться. Как будто хаос, единственный способ напомнить себе, что я жива. Я правда устала. До глубины костей. До тишины в мыслях.

— Не дерзи и иди обедать.

С легким сарказмом отвешиваю ей преувеличенно вежливый поклон и складываю ладони, будто восточный паломник, нашедший просветление.

— Благодарю за свет мудрости, о великая!

Мурлычу достаточно громко, чтобы она точно услышала, и не дожидаясь её ответа, шаг за шагом, пытаясь не закатить глаза до потолка, направляюсь в столовую, мечтая хотя бы о минуте покоя... Но не тут-то было. Позади раздаётся снова её голос, ровный, с тем самым фирменным ядом в интонации, от которого мгновенно хочется развернуться и устроить второй акт.

— Ах да, пару часов назад звонил какой-то парень, у него твой телефон, хочет вернуть, вечером должен привезти.

Телефон… Моя пропажа века. Честно говоря, я о нём и вовсе забыла, потерялся и потерялся. Последние несколько дней я периодически залипала на сайтах Apple Store, перебирала недавно обновлённые модели, сравнивала камеры, цвета, ёмкости… Всё выбирала, но так и не выбрала. Вот уж действительно, ничего так не отвлекает от реальности, как поиски нового идеального гаджета.

— Даже спрашивать ничего нет смысла, снова влезла куда не нужно было! Все, скройся с моих глаз, у меня уже мигрень от тебя начинается!

— Взаимное чувство.

Мы сверлим друг друга взглядами, острыми, ядовитыми, словно оружие, и ни один из нас не отводит глаз. В воздухе сгущается ненависть, почти осязаемая, с тяжелым привкусом обиды и предательства. Я чувствую, как предательски подступают слёзы, и это выбивает меня из равновесия сильнее любого удара. Да что за нахрен?! Я же всегда была той самой, жёсткой, стальной, непрошибаемой стервой. Холодной, надменной… Такой, какой меня видели и боялись. И вдруг, вот это? Что со мной происходит? Айсберг, который трещит по швам. Тает. Растворяется в чужих ожиданиях. Но нет. Я не позволю себе стать слабой. Не позволю им вылепить из меня покорную версию. Я могу быть сильной. Я ей и буду.

— С Игорем реши вопрос, хоть раз в жизни, будь покорной.

Усмехнулась ей прямо в лицо, дерзко, вызывающе, будто бросая молчаливый вызов. Ясно дала матери понять, ни шагу навстречу, никаких оправданий. Надела на себя ту самую маску, холодную, надменную, почти бездушную. Лицо играло роль, а внутри всё сжималось в тугой, глухой ком. Мама задержалась на мгновение, будто пытаясь распознать, где заканчивается бравада и начинается трещина. Но, не найдя уязвимости в моем взгляде, она развернулась и поднялась наверх, оставив за собой тот липкий шлейф недосказанности. Я прошла в столовую и механически опустилась за стол. Начинаю вспоминать, где же я всё-таки могла оставить свой телефон? Память вяло перебирала события последних дней, но всё будто в тумане. Вспомнить так и не удалось. Так и провела вечер, в обнимку с ноутбуком, поглощённая сериями любимого сериала. Настроения ноль, мотивации, ещё меньше. Несколько раз всплывал Skype, девочки звонили. Конечно, я взяла трубку. Конечно, всё рассказала. Мы никогда не держали друг от друга секретов. И как всегда, они просто слушали. Терпеливо. Спокойно. Без оценок. Иногда, это и есть самое ценное.