Чтение онлайн

— Примерно час, если ничего не помешает, ответил Кнуд.

За последнюю неделю произошло ещё кое-что, о чём я старалась не думать слишком много. Потому что если начнёшь, то уже не остановишься.

Торбранд.

Нет, ничего такого, всё совершенно пристойно. Он хозяин земель, ярл, а я его гостья, садовница. Два взрослых человека, которые вместе занимаются спасением фьорда, иногда спорят и почему-то всё чаще оказываются рядом поздними вечерами.

Просто однажды поздно вечером я спустилась на кухню и услышала его шаги в коридоре. Оказывается, он тоже не спал. Так мы и встретились у очага, и теперь все вечера проводим вместе, разговаривая обо всём на свете. И мне очень полюбились эти посиделки.

А ещё я всем сердцем полюбила солёную сельдь с луком и ржаным хлебом.

Вот это, пожалуй, было самым неожиданным событием недели.

Гудрун, получив от рыбаков первую сельдь, засолила её по какому-то своему древнему, явно колдовскому рецепту, и уговорила меня попробовать. И всё. Теперь солёная сельдь одно из моих самых горячо любимых блюд.

К полудню дорога пошла на спуск, повернув к бухте.

Торговый посёлок выглядел печально. Низкие каменные домики, грязь вместо дорог, и ужасная смесь запахов. В бухте, у причалов виднелись корабли, — кнорры, — как мне потом объяснил Торбранд. Один из них сидел низко в воде, а его палуба была завалена тюками. На мачте развевался флаг, но мне он был не знаком.

Внизу теснились дома, склады, пристань, торговые ряды под полотняными навесами.

— Олаф, это тот корабль, которого ты ждал? — спросила я, указывая ему рукой на заинтересовавший меня корабль.

— Нет, госпожа, этот корабль чужой, и его владелец мне незнаком. Но что торговый, это точно.

— Хороший знак?

— Для торговли то да, а вот если для спокойствия, то далеко не всегда.

Торбранд передал поводья одному из дружинников и протянул мне руку, и я вложила пальцы в его ладонь.

Он помог мне спуститься, но отпустил не сразу, задержав мою ладонь в своей на пару секунд дольше нужного.

— Держись рядом и ни на секунду от меня не отходи.

— Со мной Хальвдан, Кнуд, пятеро дружинников, Олаф и ты. Куда я денусь?

— Пожалуйста, прислушайся ко мне.

Я кивнула, соглашаясь, иначе мы не сдвинемся с места, судя по его упрямству.

Народ был разный, и даже по-своему интересный. Рыбаки, торговцы, моряки, мальчишки, снующие между ног, я даже заметила двоих южан с тёмными лицами и золотыми серьгами в ушах. Женщин было мало, я заметила только одну, довольно-таки пожилую, с корзиной в руках.

И всё равно я поняла, почему Торбранд так насторожен. Здесь было слишком много глаз и много людей с ножами в руках.

Наша торговля началась с соли. Склад, на который мы пришли, оказался у самой пристани. Он был очень низкий и тёмный, с мешками стоящими вдоль стен. Нас встретил торговец, судя по всему, очень разговорчивый, потому что уже через минуту я поняла, — если его не остановить, у меня голова от его трескотни разорвётся на части.

— Госпожа, полюбуйтесь, эта соль пришла с юга, белая, как первый снег на горных вершинах…

— Нам три мешка, пожалуйста, — сказала я.

— Разумеется, три мешка, но вы, уважаемая, знаете, что цена такой соли очень высокая.

— Вот моя цена, — я положила деньги на стол.

Торговец замер, рассматривая монеты, потом поднял глаза на меня и перевёл взгляд на Торбранда, который стоял чуть позади меня, скрестив руки на груди.

— Многоуважаемая госпожа, — торговец нервно сглотнул, — вы понимаете, что я так почти ничего не заработаю?

— Я понимаю, что это хорошая цена, уважаемый.

Олаф, стоявший у входа, тихо фыркнул.

Выражение лица торговца превратилось в трагическую маску человека, которого только что ограбили средь бела дня, но монеты он сгрёб очень быстро, спрятав их за прилавок.

— Три мешка, значит.

— Хороший же вы человек, — похвалила я его, мило улыбнувшись.

— Жестокая вы женщина.

— Я женщина, мне можно, уважаемый.

Дальше всё пошло гораздо веселее.

Уксус нашёлся у старика с сизым носом и очень добрыми глазами. Он долго расспрашивал, зачем мне нужен уксус, куда везём, и для чего именно он нам нужен. Я ответила ему честно, ничего не скрывая, и старик полез под прилавок, достав из- под него небольшой бочонок.

— Вот госпожа, яблочный. Очень хороший, для всего подойдёт.

Я понюхала, и действительно, запах был кислым, с яблочным ароматом.

— Берём.

— Умеешь слушать носом, — одобрил мои действия старик.

Бочки для засолки Торбранд выбирал сам.

И вот тут я увидела его с новой для меня стороны, и увиденное мне понравилось.

Он обстучал каждую бочку, проверил обручи, нюхал дерево, заглядывал внутрь, проверяя, не поселилась ли плесень, так как на складе было очень сыро.

— Берем эти три, — сказал Торбранд, наконец, указывая на большую и на две поменьше.

Продавец выдохнул.

Мы купили воск, толстые иглы, нитки, льняное масло, немного специй, которые стоили неприлично дорого, но разочаровывать Гудрун не хотелось совершенно.

Из продуктов было закуплено зерно на еду, свиное сало, мука двух видов, довольно таки приличная.

Ещё купили семена репы, так как её можно посадить по краям полей, место осталось, а дополнительный урожай нам пригодится.

Хальвдан и Кнуд таскали покупки к возу, постепенно приобретая вид мучеников хозяйственного труда.

Стейн с Гудмундом вернулись ближе к середине дня, довольные, с тюком снастей и каких-то верёвок. Стейн очень бережно держал в руках новую сеть.

К этому моменту воз просел так низко, что я начала сомневаться в том, моральной устойчивости.

Кнуд похлопал по борту и проверил колёса.

— Выдержит, не беспокойтесь.

— Ты уверен?

— Нет, конечно, — он рассмеялся, — но точно знаю, что говорить надо уверенно.

Мне понравился такой подход.

Обратная дорога началась вполне спокойно и первые два часа были вполне обычными.

Это случилось уже потом, когда мы доехали до места, где дорога резко сужалась и тропа пошла под уклон, петляя между каменными выступами и редкими соснами. Место было красивое, если не думать о том, как удобно здесь спрятаться.

Я почувствовала это раньше, чем увидела. Земля шепнула мне, что впереди стоит много людей. Они спрятались и ждут нас.

Я резко выпрямилась.