Чтение онлайн

— Торкель, — я обратилась к нему. Сегодня ты у нас будешь главным по высадке гороха. Я дам тебе инструкцию, а ты всё запомнишь и сделаешь, договорились?

Он выпрямился. — Да, госпожа Лиза.

Пока мы болтали, Одд куда-то исчез.

Я огляделась.

— Кто видел Одда?

— Так он к колодцу отошёл, — Хильда махнула рукой, — там он.

— Хильда, дойди до него, пожалуйста, и скажи, чтобы он наполнил три бочки водой у первого поля.

— Бочки?

— Да, их нужно наполнить их водой. Прямо сейчас, пожалуйста.

Хильда открыла рот, закрыла, потом с видом человека, который понимает, что сейчас будет что-то интересное, отправилась выполнять поручение.

Она вернулась через три минуты. За ней тянулся сдавленный рёв, вполне сопоставимый по интенсивности с рёвом потревоженного медведя.

— Что значит три бочки?! — Одд вышел из-за угла, — Что значит наполнить водой?!

— Госпожа, — произнёс он это слово с таким нажимом, что оно приобрело дополнительный смысл, причём этот смысл был не очень лестным, — я пятьдесят лет работаю на этой земле. Пятьдесят! И ни один ярл не просил меня таскать бочки по полям и наполнять их водой. У нас, знаете ли, часто дожди бывают, и вот они и поливают землю!

— А ярлы бочек не просили, потому что не растили те культуры, что собираюсь растить я, — сообщила я. — Вода нужна для полива, особенно на первых порах.

Одд смотрел на меня с выражением, в котором постепенно, поверх праведного гнева проступало принятие неизбежного.

— Три бочки, значит.

— Да, и сразу наполнить их водой. Сейчас, сразу.

Одд посмотрел на меня, на небо, на меня снова и медленно повернулся к своим мужикам, которые деликатно подпирали стену метрах в пяти и изо всех сил делали вид, что их тут нет.

— Ну что встали?! — рявкнул он. — Слышали, три бочки к полю! Живо!

Я смотрела, как Одд организует работу, покрикивая на людей, с тёплым чувством, которое, наверное, испытывают все руководители, когда смотрят на честный рабочий хаос, из которого неизбежно должно родится что-то хорошее.

Свейн тронул меня за рукав.

— Госпожа Лиза, а почему они так орут?

— Просто потому, что они не привыкли к такому труду, но поверь мне, они быстро научатся.

— Они что, никогда не возили бочки?

— Как не возили? Возили. Просто сейчас их об этом просит женщина.

Свейн долго обдумывал сказанное мной, и затем важно кивнул. — Я понял, госпожа, они учатся вас слушать!

Как только закончилась суета с бочками, мы всей гурьбой отправились на поле

На поле Одд уже ждал нас с лопатой. Стоял, опершись на черенок лопаты с видом человека, который вынужден терпеть, но делает это с достоинством. Вдоль поля стояли доверху наполненные водой бочки, как и было велено. В этом я отдавала ему должное, уж когда Одд брался за дело, то делал его на совесть.

Перед нами раскинулось поле. Чёрная, жирная почва из Рощи, перемешанная с навозом и золой, парила на утреннем солнце. Гряды, аккуратно поднятые над дорожками, радовали глаз.

Я остановилась на краю поля и вдохнула полной грудью. Дар откликнулся мгновенно, тёплой волной прокатившись от груди к кончикам пальцев, и я почувствовала, как земля под ногами едва уловимо дрогнула. Она была готова.

— Так! Слушайте все. Торкель, Хильда, Астрид и Эрик — вы идёте вон туда, на правую половину и сажаете горох. Торкель, справишься?

— Справлюсь, — его распирало от гордости, но он сдерживался, ожидая моих указаний, и опасаясь, что его примут за ребёнка.

— Отлично, тогда смотри, глубина бороздки не больше двух пальцев два пальца, а расстояние между семенами с ладонь. Присыпать, слегка примять и полить из лейки, но не перелей, аккуратно. Показываю один раз, потом всё сам.

Я провела рукой сделала неглубокую ровную борозду и положила в неё несколько горошин, каждую по отдельности. Расстояние между ними отмерила ладонью, и каждая горошина легла точно на своё место.

— Вот так, — сказала я, присыпая борозду землёй и легонько прижимая сверху. — Теперь твоя очередь.

Торкель присел рядом. Его не по-детски крепкие руки с обкусанными ногтями и замерли над бороздой. Он взял горошину из мешочка и начал укладывать их в бороздку. Язык непроизвольно высунулся от усердия, и я увидела, как он шевелит губами, рассчитывая расстояние. Ладонь, ещё ладонь, ещё. Он справился, идеально рассчитав расстояние между горошинами.

— Очень хорошо, Торкель — я тронула его за плечо. — Продолжай. Астрид, ты несёшь мешочек с горохом, а ты, Эрик, будешь поливать. Я покажу, как.

— А я? — подал голос Свейн, не желая оставаться за бортом.

— А ты, — максимально торжественно проговорила я, — мой личный ассистент.

— Это кто?

— Это очень важный человек, который всегда рядом и всегда готов помочь. Иди сюда, мы с Оддом сажаем картошку.

Я повернулась к Одду, который всё это время наблюдал за нами.

— Одд, я объясню один раз подробно, а потом начнём, договорились?

— Договорились.

— Смотри, — я она начала объяснять.

Я рассказала о глубине посадки, о расстоянии между клубнями, как правильно класть картофель в лунку.

— Между рядами должно быть больше, чем кажется нужным, — объясняла я, разводя руки в стороны. — Картофелю нужно место, ведь ему нужно дышать и расти в стороны. Если его стеснить, то он не даст крупных клубней. Он вырастет, конечно, но будет мелким, а нам этого не нужно.

Одд слушал меня, не перебивая, и я видела, что, судя по тому, как двигались его косматые брови и как он переступал с ноги на ногу, время от времени хмыкая, что он думал и запоминал этот важный урок.

— Ясно? — спросила я, когда закончила.

— Ясно, — произнёс он после паузы. — Значит, расстояние между рядами шаг с половиной?

— Нет, ровно шаг. Шаг с половиной будет уже много.

— Шаг, — повторил он и посмотрел на свои ноги, примеряясь. — А у тебя нога короче моей, значит мой шаг шире.

— Одд.

— Что?

— Ориентируйся на свой шаг, дальше видно будет.

— Хорошо, госпожа, — улыбнулся он.

С посадкой картофеля мы управились минут за двадцать, не больше. Я больше говорила, чем мы сажали.

Работа шла споро.