Чтение онлайн

— Родикова?

— С которым вы вместе учились в университете, — уточнил Шатохин.

Галина Борисовна с любопытством посмотрела на него, не понимая пока толком, чего от нее хотят добиться, кивнула:

— Да, Родиков.

— Вы часто его видите?

— Первый раз за двенадцать лет встретила, — Галина Борисовна выразительно посмотрела на Наумову, как бы прося уточнить, что за гости у нее и почему на их вопросы нужно отвечать.

— Молодые люди из милиции, — сказала Наумова.

— Да, — подтвердил Шатохин. — И просим вас рассказать о Родикове.

— Пожалуйста, — сказала Галина Борисовна. — Но я действительно первый раз за двенадцать лет его увидела и то издали. Учились в одной группе, не дружили, не ссорились. Я по распределению сюда попала, он — в Новосибирск.

— И сейчас в Новосибирске живет?

— Не знаю, — Галина Борисовна пожала плечами. — Я два года наших не видела уже. Говорили о нем, он давно по специальности не работает, из музея ушел. В газете где-то был, агентом в Госстрахе, еще где-то. Говорили, забыла.

— Зовут его как?

— Михаил. Отчества не знаю. Никогда не знала.

— А мужчина, который с ним был, знаком вам? — спросил Кунцев.

— Нет. Елена Васильевна что-то говорила о нем...

— Еще один вопрос, — сказал Шатохин. — Родиков вас заметил, узнал? Как вам кажется?

— Трудно сказать. В нашу сторону поглядел вроде, а узнал ли... Нет, скорее всего. Проспект широкий.

— А вы его увидели, что же поленились перейти на другую сторону? Все-таки сокурсники, давно не виделись.

— Я хотела. Но в четыре в конференц-зале начиналось чествование профессора Петрухина. Сорок лет научной деятельности. Времени не было. Я и передумала.

— Чествование какого числа было?

— Двадцать второго сентября.

В этот день успели еще по записи в диспетчерской книге установить, что по заявке на ремонт цветного телевизора на кафедру археологии второго июня выезжал А. Симакин. Пришли ответы на кунцевские запросы: из городов, с которыми установлена автоматическая связь, в том числе и из Новосибирска, номер телефона телеателье не набирали. Значит, если звонок и был, он оплачивался сразу пятнадцатикопеечными монетами.

— Что ж, — сказал полковник Пушных, — выезжайте в Новосибирск. Поезд отходит в девять вечера, в восемь утра будете там. Чайку попьете вволю в купе, в шахматы сыграете. И выспаться успеете как следует.

Шатохин невольно улыбнулся. В голосе полковника проскальзывало сожаление, что не он будет пассажиром поезда.

Самолетным скоростям полковник предпочитал романтику железных дорог. Давней его мечтой было проехать поездом через всю страну. Но даже полсуток провести в вагоне оказывалось несбыточным желанием. Во все командировки его вызывали срочно, накопившиеся же за время отсутствия дела заставляли отказываться от соблазна слушать долгий мерный перестук колес. А в отпуска он отправлялся с семьей к престарелым родителям на таежный север теплоходом по реке.

— С новосибирцами свяжусь. Счастливо съездить, — сказал на прощание Пушных.

Они действительно провели хорошую ночь в поезде. Проснулись отдохнувшие за полчаса до прибытия, успели умыться и побриться, пока в окнах не показалась громада здания железнодорожного вокзала «Новосибирск-главный».

К началу рабочего дня были в местном управлении. Начальник, коренастый, одних лет с Пушных мужчина со шрамом на левой щеке, принял их сразу.

— Виктор Петрович звонил мне, — сказал он. — Значит, вас интересует Михаил Родиков?

— Да.

— Поторопились выехать. Надо было прежде связаться. Я говорил Пушных.

— А в чем дело? — спросил Шатохин.

— Вот, ознакомьтесь, поймете. — Полковник взял со стола папку, протянул.

Это был телеграфный запрос из прокуратуры Горно-Алтайской автономной области. Шатохин с Кунцевым прочитали.

«С 7 по 9 октября текущего года на территории * * * района Горно-Алтайской автономной области Алтайского края гр. Родиковым Михаилом Андреевичем и гр. Потаповым Анатолием Федоровичем, постоянно проживающими в Новосибирске, совершено преступление. Находясь в горах около отдаленной брошеной чабанской стоянки Бельтир, названные лица раскопали древнее захоронение, где имелись золотые и серебряные украшения и некоторые вещи. Преступники ночевали в чабанской избе. Спрятав вещи и драгоценности на месте ночевки, 8 октября они продолжали раскопку могилы. Охотившиеся в это время в горах подсобные рабочие ДРСУ № 4 допризывники Антон Головин и Александр Десятов вышли к избушке, где обнаружили спрятанные ценности. Копатели кургана возвращались на стоянку со своего промысла. Завидев их, парни забрали ценности и бросились убегать. Вооруженные карабином и малокалиберной винтовкой, Родиков и Потапов кинулись в погоню. Преследование, в ходе которого Александр Десятов был ранен из карабина, длилось около суток. А. Десятов и А. Головин проявили смекалку, во многом благодаря которой преступники были задержаны.

Документов при преступниках не было, кроме водительских прав у Потапова; сведения о них записаны со слов в ходе допроса. Оба 1948 года рождения, беспартийные, женаты, ранее не судимы, состоят в родстве (двоюродные братья). Родиков имеет высшее образование и работает ст. инженером в отделе комплектации электромеханического завода. Потапов имеет среднее техническое образование, является инструктором-водителем городской автошколы ДОСААФ. Оба в настоящее время в отпусках.

Просим подтвердить или опровергнуть данные сведения.

В связи с вышеизложенным Прокуратура автономной области также поручает Новосибирскому управлению выяснить следующее...»

Далее шел длинный перечень необходимой прокуратуре информации. Кунцев дальше читать не стал. Шатохин бегло просмотрел, усмехнулся невесело:

— Нарасхват.

— Поезжайте на Алтай, — сказал начальник управления. — Думаю, работу прокуратуре облегчите. Да и нам заодно. Помогу вам на ближайший рейс с билетами, часика через три на месте будете...

Полковник потянулся к телефону.

Горно-Алтайск встретил отменной погодой.

По всей Южной Сибири стояла затяжная золотая пора бабьего лета, а здесь, на более теплых широтах, октябрьское солнце грело особенно щедро. В плащах в середине дня было даже жарковато.

В аэропорту их встречал старший следователь прокуратуры Петр Едругович Токошев, сухощавый невысокий алтаец лет сорока, немногословный, с внимательным спокойным взглядом. Он вел дело Родикова и Потапова и его фамилия стояла под запросом в Новосибирск.

— Как ваши подопечные? — спросил Шатохин.

— Знакомимся. Третий день.

— А дружбы нет и нет, — рассмеялся Кунцев. Погода, горы, в которых он вырос и которые любил, привели его в прекрасное расположение духа.

Токошев сдержанно улыбнулся шутке, покивал согласно.

Он усадил друзей в «Ниву», сам сел за руль. Аэропорт был недалеко от города. Миновав райцентр Майму, быстро спустились в окруженный со всех сторон горами город.

Вскоре втроем сидели в кабинете старшего следователя в ожидании Родикова. По просьбе Шатохина следователь распорядился доставить пока одного.