Чтение онлайн

— Это кажется очень несправедливым, — сказала Робин, которую больше всего заинтересовала эта информация. — Сколько людей вы в итоге пригласили на собеседование?

— Двоих, ну, может, троих. Один из них не пришел — тот, кого я считала довольно неплохим кандидатом. Я полагаю, у него было резюме получше. Так что остались только Райт и этот семнадцатилетний парень, который выглядел так, словно его соплей можно перерубить. Конечно, учитывая физические данные, Райт был единственным выбором.

— Он утверждал, что он из Донкастера, верно? — спросила Робин. — У него был йоркширский акцент?

— На самом деле я не знаю. Голос у него был не очень вежливый, — неохотно призналась Памела, — но я сразу поняла, что он ничего не смыслит в серебре и антиквариате, что бы он ни говорил на собеседовании. Даже элементарного понимания не было. Он спросил меня, что означает «Идущий лев»!

— Что это значит? — спросила Робин.

— «Идущий лев», — повторила Памела, слегка сомневаясь в том, что Робин ничего не знает. — Самое простое, распространенное британское клеймо. Это означает, что изделие изготовлено из чистого серебра девятьсот двадцать пятой пробы. Когда я объяснила это Райту, тот сказал: «Забавно».

— «Забавно», — повторила Робин. — А что в этом было забавного?

— Понятия не имею, — сказала Памела. — Но потом, когда мы узнали, что он Ноулз, мы подумали, что должны были догадаться по имени «Уильям Райт». Это известная фирма в Шеффилде. Они изготавливают столовое серебро для приема гостей. Наверное, именно там Ноулзу пришла в голову идея. Я чувствовала себя так глупо, что не обратила на это внимания.

— Мистер Рамзи говорит, что Райт пользовался рабочим компьютером, чтобы посмотреть, что к чему, — сказала Робин.

— Да, он посетил сайт «Правду о масонах» или что-то в этом роде. Я полагаю, вы могли бы возразить, что он учился, но на сайте, подобном этому, нет соответствующей информации о столовом серебре. Просто конспирологическая чепуха, и люди собираются там, чтобы обсудить масонские заговоры, и франкмасоны спорят с ними — ничего о масонских предметах.

— Мистер Рамзи передал нам видеозапись с камеры наблюдения, сделанную в тот день, когда привезли серебро Мердока, но у нас еще не было возможности посмотреть ее, — соврала Робин. — Это был обычный день?

— Да, — ответила Памела, но в ее тоне чувствовалась некоторая настороженность. — Ну, кроме случая с коллекцией серебра Мердока. Но в остальном все было нормально.

— Мистер Рамзи сказал нам, что серебро прибыло с опозданием, — сказала Робин.

— Да, так и было. Его потом уволили — того курьера из «Гибсонс». Я уже однажды имела с ним дело. Его зовут Ларри Макги. Раздолбай, совсем не тот человек, которому можно доверить ценные посылки. Я не удивлена, что в «Гибсонс» избавились от него.

— Серебро должны были доставить в обеденное время, верно?

— Да, но его доставили только в четверть четвертого, а потом Макги отказался нести его в хранилище, просто свалил ящики посреди магазина, так что мне пришлось позвать Тодда, чтобы он помог Райту поднять их. Тодд работает днем в офисе на улице Кингсуэй, который закрывается в обеденное время, так что он был неподалеку.

— А кто-нибудь открывал ящики, чтобы проверить серебро? — спросила Робин.

— Да, конечно, я сама это сделала. Я очень тщательно слежу за безопасностью и не собиралась позволять этим двоим обращаться с ценными предметами без моего присутствия. Я открыла для них хранилище, и как только они внесли ящики внутрь и вернулись наверх, спустилась и сама сняла крышки. Именно тогда я открыла большой ящик и обнаружила, что Макги доставил наши вещи в «Рамзи», так что я поняла, что нет декоративной подставки из Восточной ложи, которая должна быть здесь. Райт поехал забрать его у моего мужа. — На секунду показалось, что Памела вот-вот снова расплачется, но она глубоко вздохнула и сказала: — Потом, если вы можете в это поверить — после всего, что случилось! — Кеннет ворчал, что я купила кое-что из коллекции для магазина Булленов. Сказал, что я нарушила джентльменское соглашение. Абсолютная чушь! Ничего из того, что мы купили, не было масонским, просто несколько предметов из обычного столового серебра. Я думаю, Кеннет верит, что все, к чему прикасался А. Х. Мердок, принадлежит ему самому по божественному праву!

— Значит, он личный поклонник А. Х. Мердока? — спросила Робин.

— О, да. Мердок, знаете ли, писал книги. У Кеннета они все есть. Он принадлежит к какой-то нелепой маленькой ложе в Луишеме — я говорю про Кеннета, а не А. Х. Мердока. Мой отец тоже был масоном, поэтому «Буллен&Ко», пока он был жив, немного торговала масонскими товарами, но папа и близко не был таким глупцом во всем этом, как Кеннет.

— Значит, после того, как вы поместили серебро Мердока в хранилище, все было как обычно? — спросила Робин. — Вы закрылись как всегда и так далее?

Последовала короткая пауза, во время которой, как была уверена Робин, Памела напоминала себе, что ее засняли на камеру.

— Мне пришлось уйти пораньше. У меня ужасные головные боли, — сказала Памела. — Они мучают меня после лазерной операции.

— Вы получили сообщение, не так ли? — небрежно спросила Робин. — Как раз перед тем, как вы ушли?

— Что? — переспросила Памела. — О да...

Внезапно на глаза Памелы снова навернулись слезы.

— Я не хочу об этом говорить. Это не имеет никакого отношения ни к серебру Мердока, ни к Райту. Я попросила Тодда присмотреть за магазином, пока Райт не вернется. Все было в порядке. А потом я пошла домой.

Оставив без ответа вопрос о том, как Райт и Тодд должны были запереть дверь, включить сигнализацию или открыть хранилище, чтобы поместить в него декоративную подставку, Робин сказала:

— Я думаю, у вас есть возможность предоставить нам фрагмент из ваших собственных записей с камеры — как раз с того момента, когда Уильям Райт приезжал сюда в ту пятницу, чтобы забрать декоративную подставку?

— Что ж.. не понимаю, почему бы и нет, — сказала Памела, все еще шмыгая носом, но поворачиваясь к клавиатуре. Кофе и сочувствие, похоже, значительно смягчили ее. — Но, боюсь, вам это не очень поможет. Его видно всего несколько секунд.

Когда найденное видео с камер было отправлено на ее электронную почту, Робин сказала:

— Могу я попросить вас взглянуть на одну фотографию?

Она достала из сумки копию фотографии Руперта Флитвуда и протянула ее.

— Наш клиент хотел бы знать, мог ли это быть Уильям Райт.

Памела приподняла очки для чтения и посмотрела на Руперта в бордовой униформе официанта. Робин поняла, что ей трудно сосредоточиться. Когда Памела покачала головой, ее жесткие, покрытые лаком волосы даже не шелохнулись.

— Нет, определенно нет.

— Вы все были согласны, что Уильям Райт — это Джейсон Ноулз, не так ли? — спросила Робин. — Я имею в виду, все, кто работал в магазине? — О, да, — сказала Памела. — Да, это определенно был Ноулз. Что ж, это имело смысл. Он углядел возможность. Система безопасности в «Рамзи»...

— Камеры выглядят очень старыми, — сказала Робин.

— Старыми? — повторила Памела с растущим презрением. — «Буллен&Ко» заменила эти модели двадцать лет назад, а внешняя не работала все то время, что они владели магазином. Кеннет так и не удосужился ее починить. Подумал, что один ее вид будет отпугивать.