Чтение онлайн

– Я слушаю.

– Спасибо, Мастер, - Олаф наклонился за ботинками.
– Слушаете и, если повезет, слышите. Как вы думаете, если дом к устью отогнать, то заденет?

– Лучше вверх по течению, за Горшвиной чертой излучина будет. Туда при самом плохом прогнозе не доберется.

– Значит, прогнозы все-таки есть.

– Куда ж без них.

Он вовсе не так безумен, да и на редкость логично, упорядоченно его сумасшествие. Олаф же, словно догадавшись о мыслях Брокка тряхнул головой. Длинные пряди растрепались, рассыпались по плечам, приклеившись к пропотевшей рубашке.

– Я пироман, но не дурак, Мастер. Я в состоянии сопоставить факты. Если бомбы взорвутся синхронно, то прорыва не миновать. И Король это понимает. Отсюда и поездка Ее Величества на воды… она заберет наследника, верно? Ничего не говорите…

– Не буду.

Олаф с раздражением натянул носки, закатав брючины - шрамы тянулись до колен, постепенно истончаясь - он закрепил подтяжки.

– Ненавижу мокрые…

– Могу одолжить сухие.

– Да нет, как-нибудь перетерплю, - ботинки он обувал стоя, балансируя на одной ноге.
– Король попытается удержать жилу от прорыва.

– И как, получится?

– Если взрывы прогремят, то нет, - Олаф затолкал шнурки в ботинки.
– Разве что… огонь на огонь, Мастер, как в лесу, отжигом… но городу легче не станет. Проклятье, последний сюртук прожег.

Он с некоторым удивлением уставился на попорченный искрами каррик.

– Олаф, - Брокк встал между ним и дверью.

– Не говорите, что собираетесь меня сдать.

– Не собираюсь. Кто по-твоему?

Он верно расценил вопрос, задумался ненадолго.

– Риг или Инголф? Сложный выбор. Я бы бросил монету… - Олаф вытащил из кармана пенни, крутанул, но не удержал, и монета покатилась по полу.
– Риг.

– По монете?

– Нет, просто… он мне не нравится.

– Инстинктивно?

– Не знаю, не задумывался. Не нравится и все… по-моему, он слегка не в себе. Хотя… по-моему, все мы в той или иной степени сошли с ума. Но главное - не признаваться, да? Мастер… скажите, что подарить девушке, которая боится огня?

– Свечу. И воду.

– Свечу и воду… спасибо.

Он ушел, оставив дверь открытой, и ветер сдул соляную дорожку, втащив через порог вьюгу. Она скользнула по паркету, застряла и растаяла.

Странный день.

И странный визит, но как Брокк догадывался, не последний.

…Риг появился на закате. Он протянул толстую свечу, перевитую желтой лентой и поклонился.

– Простите, если не вовремя, Мастер, - его взгляд остановился на Кэри, и Кэри попятилась, спеша скрыться на галерее второго этажа.
– Я ненадолго… год уходит. И хотелось вот… не знаю.

Риг выглядел прежним.

Сутуловатым. Рассеянным. Неряшливым слегка. От него отчетливо пахло керосином, а засаленные манжеты старой рубашки пестрели пятнами.

– Для меня было честью работать с вами, Мастер.

Очки на кончике носа, а стекла простые, и странно, что Брокк не замечал этого прежде. И видится, что эта маленькая ложь - часть большой.

– Благодарю.

Брокк не знает, что сказать.

О чем спросить?

– Полагаю, мы еще встретимся, - фраза звучит расплывчато, но Риг подтверждает и голос его серьезен:

– Конечно, Мастер. Мы с вами обязательно встретимся…

В дверях он столкнулся с Инголфом и эта встреча, кажется, Рига вовсе не обрадовала. Он вдруг сжался, оскалился, но тут же взял себя в руки.

– Вы позволите?

Инголф молча освободил путь.

– Надо же, - сказал он, проводив Рига насмешливым взглядом.
– И этот объявился. Темной ночи, Мастер. Простите, что без подарка.

– Ничего.

Брокк отступил, позволяя гостю войти.

– Все-таки странный он, - Инголф, придерживая дверь ногой, глядел на Рига. А тот удалялся каким-то нервным подпрыгивающим шагом.
– Зачем приходил?

– Насколько я понял, просто так.

– Что ж, хорошая причина, - Инголф все же вошел.
– Мальчишка тоже заглядывал?

– Да.

– Он абсолютно невменяем.

Инголф снял желтые перчатки, расстегнул альмавиву, на сей раз ослепительно-белую, с алым плюшевым подбоем. Он поднял руку, и рукав темного сюртука слегка съехал, обнажив аккуратное запястье и белый, изящно отогнутый манжет рубашки. Блеснул рубиновый глаз запонки.

– И его родители ищут… просили о содействии. Вы не возражаете, если я скажу им, что Олаф заглядывал к вам?

– Не возражаю.

Точеные пальцы коснулись шейного платка, потревожив идеальный узел.

– Мастер, - Инголф крутанул булавку, и цепочки, на ней закрепленные, зазвенели. Звоном же отозвались цепи, окружавшие зимнее дерево. Покачнулись тонкие полотняные ленты, потянулись к гостю.
– На балу будьте осторожней. До меня дошли некоторые… неприятные слухи.

Ленточки не коснулись ладони, но отпрянули, и Инголф руку убрал. Движения его были преисполнены ленивого показного безразличия, которому Брокк не поверил.

– Ваша давняя подруга все никак не успокоится. Вы ею пренебрегли, а это оскорбительно… особенно в ее возрасте с ее репутацией. Этак репутации и лишиться недолго.

Он скалился.

– Мне показалось, мы вполне мирно расстались.

– Вам показалось, - подчеркнул Инголф.
– Не верьте отвергнутым женщинам, страшные существа… к слову, поговаривают, что Риг добился-таки внимания той… особы.

– Когда вы стали собирать слухи?

– Когда от слухов стала зависеть моя жизнь. Неприятно, знаете ли, помереть из-за лишней щепетильности.

В чем-то Инголф был безусловно прав.

– Быть может, останетесь на ужин?

– Хотелось бы соврать, что с превеликой радостью, но увы, Мастер, не в этом году. Меня ждет жена.

– Вас можно поздравить?

Брокк не без удовольствия отметил, как по лицу Инголфа скользнула тень.

– Мне можно посочувствовать, - буркнул он, раздраженно галстук дергая.
– Я вовсе не собирался жениться, но… ладно, это отношения к делу не имеет. Мы ведь о Риге говорили с его реализовавшейся влюбленностью, которая очень быстро прошла.

– И вам это кажется подозрительным?

– Отнюдь, - Инголф все еще разглядывал дерево. Вытащив из кармана узкую ленту, он повязал на ветвь.
– Надеюсь, вы не против?