Чтение онлайн

– Я ее боюсь.

– Кого?

– Твою мать… она вся такая…

– Идеальная.

– Точно, идеальная. А я - нет.

– Ты живая.

– Еще пока да, - Люта поерзала на сиденье, сунула пальцы под корсаж и, резко выдохнув, попыталась его подтянуть вверх.
– Жуткое платье. Тебе оно нравится?

Кейрен пожал плечами, честно говоря, ему было все равно.

…та девушка в морге с длинными рыжими волосами, которые остригут несмотря на все запреты, была нагой.

– Мама считает, что должно бы понравиться, - Люта вздохнула и попыталась расправить кружева, чтобы прикрывали чересчур уж смелый вырез.
– А я себя голой чувствую. Или дурой. Или голой дурой… круглой.

Она шмыгнула носом и часто-часто заморгала, сдерживая слезы.

– Не будет свадьбы, - Кейрен вытащил перстень.

– Что?

– Если ты, конечно, не передумала…

Люта отчаянно замахала головой, и накрученные букли заплясали.

– Случится скандал, - Кейрен оперся головой о стенку экипажа.
– Обвинят, конечно, меня, но и твоя репутация…

– В задницу репутацию, - выпалила Люта и покраснела, она и рот прикрыла ладошкой.

– В задницу… ты, главное, больше не делай глупостей. Сбегать не надо, но если вдруг понадобится помощь…

– Я знаю, где тебя найти. Ты же к ней уйдешь, да?

– Да.

…если отыщет. Он не настолько хороший нюхач, а человека среди людей отыскать - задача почти непосильная. Но Кейрен справится. И Райдо прав был, советуя разбить город на сектора.

Работать по ночам, когда активность падает.

…жаль, ему пришлось уехать, но он обещал, что вернется.

Быть может, не один.

– А в морге ты…

– Просто работа. Ничего важного…

…но лишь еще одна девушка, условно подходящая под описание. Седьмая, кажется… семь девушек за семь дней. И Таннис все равно жива, иначе он бы почувствовал.

Ничего важного.

Просто работа.

И огни Королевского театра, что пробиваются сквозь занавески. Широкая аллея, экипажи, конное сопровождение и непременные факельщики, которые - дань традиции.

Живые скульптуры.

Вызолоченный скрипач на постаменте и серебряный флейтист. А музыки не слышно за голосами. Ныне не премьера, но… мисс Вандербильд блистает.

Хороший повод.

– Дорогой, - матушка смахивает с лацкана пиджака невидимую пылинку.
– Ты выглядишь усталым.

Неуместно усталым.

Недостаточно живым. И явно не желающим раскланиваться с общими знакомыми. Пустые разговоры, а время уходит. Из десяти секторов Кейрен проверил семь. Каждая ночь выматывала, у него едва хватало сил на то, чтобы доползти до кровати. Несколько часов сна. Рассвет, с которым он пробуждается, хотя мучительно, муторно хочет спать.

Тяжелая голова.

Новый день… и ожидание ночи.

В ложе Кейрен, кажется, все-таки заснул, поскольку видел перед собой ту женщину с разбитым лицом и рыжими длинными волосами. Разбудило осторожное покашливание отца.

– Я… - Кейрен чувствовал, как от голоса несравненной мисс Вандербильд раскалывается голова.
– Выйду ненадолго…

Перстень жжет карман. И душно, невыносимо душно, снова. Оказавшись в коридоре - музыка продолжала звучать, надрывно, надсадно, будоража дурное - Кейрен прислонился головой к стене. Он стоял долго и, вдруг решившись, направился к холлу.

Сегодня он не выдержит разговора с матушкой.

Сорвется. И потом станет мучиться и срывом, и ее обидой. Обиды все равно не избежать, но не сейчас… побег глуп, но отец поймет. И потом, хотелось бы верить… нет, разозлится, конечно. И Сурьмяные затаят обиду, но все решено.

Кейрен не отступит.

Его ждет восьмой сектор…

…и Таннис.

Бред?

Явь.

– Я тебя жду, - неловкая, виноватая улыбка.

…пурпурное платье, чересчур оголенное. И палантин из чернобурки на мускулистых плечах, он смотрится смешно, нелепо, как и вычурное, слишком массивное ожерелье.

– Я… давно тебя жду, - она мнет перчатки, длинные, кружевные и…

Откуда взяла?

Палантин? Ожерелье? Браслет крупный, тяжелый с кабошонами?

– Здравствуй…

Ее окружает плотное облако духов, от которых першит в носу.

– Погоди, - Таннис отступает. Танец для двоих, и в нем она вновь убегает.
– Кейрен, мне жаль, но… не надо больше меня искать.

– Я тебя нашел.

– Нет, Кейрен, не нашел. Я сама захотела тебя увидеть.

Нервный голос, дрожащий.

И смотрит куда-то за спину, но Кейрен обернулся, убеждаясь, что за спиной - пустота.

Мисс Вандербильд поет соло.

– Ты должен понять, что все закончено.

Для кого? Ей не идет это золото. И платье. К чему подобный вырез? Красное кружево, которое…

– Я нашла другого… покровителя, - она давится этим словом, но все же выговаривает. И подбородок задирает гордо, демонстрируя украшения.
– Если уж продавать себя, то за хорошую цену.

– Таннис…

– Тебя ждут, - она не позволяет прикоснуться.

И перчатки нелепые… сквозь перчатки рук не чувствуется.

– И меня тоже. Мне не следует отлучаться надолго…

…и снова этот взгляд за спину. Но уйти Кейрен не позволит.

– Пусти!
– она пытается вырваться, но как-то… несерьезно. Изгибается, отталкивает, но… - Кейрен, пожалуйста…

Шепот. И сквозь духи пробивается такой знакомый запах земли.

– Тише…

Пальцы к губам, и рычание получается сдержать.

– Отпусти меня… - она не спешит убрать руку, растягивая прикосновение до неприличия.
– Отпусти… насовсем.

Это сказано громко и не для него.

Для Кейрена - взгляд. И робкая ласка, рисунок от родинки к родинке, как когда-то. Пожатие пальцев.

– Я…

– Нет, Кейрен…

– Таннис!
– этот голос заставляет отпрянуть. И Таннис едва не падает.
– Вот ты где… простите, она, наверное, заблудилась…

Ложь. И этот человек в черном костюме, который явно сшит на заказ, знает об этом. Он берет Таннис под руку, - хозяйский, вальяжный жест, - и прижимает к себе.

Сдержаться.

Во взгляде мольба. И страх.

– Освальд Шеффолк, - с улыбкой говорит знакомый незнакомец, и тонкий шрам на щеке проступает четко.
– Кажется, мы не были представлены друг другу?

– Увы, - Кейрен очень осторожно пожимает протянутую руку.

Белые перчатки.

Белая манишка.

Белая мертвая кожа, вызывающая воспоминания о подземнике. И глаза, кажется, такие же, блеклые, мутноватые.