Чтение онлайн

Князь продолжалъ не слушая его:

— Она хала въ Петербургъ для того чтобы кинуться къ ногамъ государя просить за «безвинно», говоритъ она, сосланнаго вами въ Оренбургъ племянника ея. Я не поврилъ чтобы вы могли это сдлать безъ настоящихъ, уважительныхъ на то причинъ, и просилъ, ее не подымать дла прежде чмъ я не повидаюсь съ вами. Мы поршили что она додетъ да Петербурга, но ни къ чему не приступитъ прежде чмъ получитъ отъ меня обстоятельное объ этомъ письмо. Я съ своей стороны далъ ей слово вернуться тотчасъ же на содйствіе ей въ Петербургъ, если ссылка Гундурова ршена тамъ, а не здсь, въ вашемъ кабинет. Я едва усплъ пріхать, переодться, и, какъ видите, прямо къ вамъ… Предваряю васъ что имю самыя серіозныя причины интересоваться этимъ молодымъ человкомъ, и прошу васъ именемъ нашей почти сорокалтней пріязни сказать мн всю истину. За что онъ сосланъ?

— Онъ всякій вздоръ болталъ, возгласилъ старецъ.

— Да кто вамъ сказалъ, откуда вы это знаете?

— Я теб покажу, на бумаг?…

И графъ, отомкнувъ ключемъ одинъ изъ ящиковъ своего письменнаго стола, въ которомъ хранились «конфиденціальныя» бумаги и письма, отыскалъ въ кип одно изъ нихъ, и передалъ его сидвшему противъ него князю Ларіону.

— Вотъ что онъ (все тотъ же сильный человкъ) пишетъ мн за нумеромь!

Въ письм сообщались вс т пункты виновности Гундурова которые въ разговор съ нимъ пересчиталъ ему «московскій воевода»; напиралось въ особенности на «высказываемыя Гундуровымъ мннія о необходимости будто бы освобожденія крестьянъ отъ помщичьей надъ ними власти», — мннія «распространеніе которыхъ могло бы повлечь за собою весьма опасныя послдствія». Въ заключеніе письма говорилось слдующее: «Признавая необходимымъ о такомъ вредномъ направленіи неслужащаго дворянина Сергя Гундурова поставить ваше сіятельство въ извстность, а съ другой стороны принимая во вниманіе что его неосторожныя и запальчивыя рчи могутъ быть отнесены столько же къ его еще очень молодымъ лтамъ, сколько къ праздности въ которой онъ проводитъ жизнь со времени его выхода изъ мста ученія, полагаю на ваше усмотрніе: не признаетъ ли ваше сіятельство полезнымъ склонить кандидата Гундурова на поступленіе на службу въ Оренбургскомъ кра, гд онъ, при полученномъ имъ въ Московскомъ университет прекрасномъ образованіи, о чемъ правительству извстно, могъ бы принести несомннную пользу, а вмст съ тмъ, находясь въ отдаленіи отъ центровъ опасныхъ умственныхъ увлеченій, нашелъ бы возможность достичь большей зрлости въ образ мыслей и приготовить изъ себя въ послдствіи вполн способнаго, благонадежнаго и опытнаго чиновника? На случай еслибы мра сія признана была вашимъ сіятельствомъ сообразною необходимости, при семъ препровождается надлежащее для сего письмо къ Оренбургскому и Самарскому генералъ-губернатору»

Князь Ларіонъ, съ избороздившими весь лобъ его морщинами, недвижно и сосредоточенно дочелъ это письмо до конца.

— Любезный графъ, сказалъ онъ затмъ, подымая на него невольно сверкнувшіе глаза, — что же вы дйствительно убдили, «склонили» этого молодаго человка хать въ Оренбургъ?

— Да, самымъ наивнымъ образомъ подтвердилъ тотъ, — я ему сказалъ чтобъ онъ халъ; онъ и отправился.

— Вы поняли что этого именно требовало отъ васъ это письмо? молвилъ князь съ едва скрываемою желчною ироніей, передавая ему черезъ столъ «конфиденціальный» документъ;- а знаете что изъ этого выйдетъ? Тетка Гундурова далеко не дюжинная женщина, это натура энергическая и настойчивая. Ее притомъ въ Петербург знаютъ, помнятъ: она была одна изъ любимыхъ воспитанницъ покойной императрицы Маріи еодоровны въ Смольномъ Монастыр, у нея много въ свт старыхъ подругъ и связей… Она своего добьется, дойдетъ, будетъ жаловаться…

Ладони графа вознеслись гор.

— Пусть жалуется!

— Да, но вслдствіе этой жалобы пожелаютъ узнать сущность дла. Писавшій вамъ это сообщеніе откажется отъ всякой личной отвтственности за послдовавшее, скажетъ что онъ все передалъ на ваше усмотрніе, что вы распоряжались какъ знали, и говоря съ полною откровенностью, какъ я тридцать съ чмъ-то лтъ привыкъ говорить съ вами, вы, человкъ и добрый, и умный, окажетесь тутъ разомъ и жестокимъ, — и обойденнымъ…

— Что такое? Объясни, говори откровенно! заплъ старецъ, видимо пораженный и смущенный внутренно этими словами.

— Объясненіе не долго, сказалъ князь:- услать Гундурова подальше потребовалось въ надежд облегчить этому Анисьеву, котораго вы знаете, путь къ рук, или врне къ приданому моей племянницы. А обдлали это такъ что въ случа чего отвтчикомъ за это являетесь вы и «произволъ» вашъ, и никто больше.

Графъ внимательно выслушалъ и затмъ, слегка перегнувшись черезъ столъ, зорко глянулъ въ глаза пріятелю.

— Да вдь и теб же это «требовалось» молвилъ онъ, — и признаюсь, для тебя я это больше и сдлалъ: когда я былъ у васъ въ деревн ты меня просилъ чтобъ ему выхлопотать паспортъ за границу, а что пока ты ему совтовалъ прохаться по Россіи? Я его и отправилъ, пусть поздитъ… Думалъ, ты будешь радъ!

Князь Ларіонъ смутился въ свою очередь теперь.

— Да, проговорилъ онъ не совсмъ твердымъ голосомъ, — я дйствительно думалъ тогда… тогда это еще не было слишкомъ поздно… и не этимъ насильственнымъ путемъ во всякомъ случа… А теперь… Я прямо долженъ сказать вамъ, любезный графъ: племянница моя любитъ этого молодаго человка, и если всть о случившемся дойдетъ… или дошла уже, можетъ-быть, до нея, произведетъ на нее самое потрясающее впечатлніе. Съ ея не сильнымъ здоровьемъ всего можно бояться въ этихъ случаяхъ… Вы не хотли бы быть ея палачомъ, не правда ли? вскрикнулъ князь со свойственною ему страстностью, и глаза его загорлись мгновеннымъ, лихорадочнымъ пламенемъ.

— Зачмъ? Милое дитя? Я не зналъ! протянулъ, раскидывая длани свои веромъ, его старый пріятель, сочувственно глядя на него.

— Вы его сослали въ силу этого письма… Но вы могли и не длать этого, могли ограничиться наставленіемъ, если ужь въ самомъ дл «мннія» этого молодаго человка кажутся имъ тамъ такими «опасными», примолвилъ князь съ новою ироническою усмшкой, — а мннія эти, долженъ я вамъ сказать между прочимъ, составляютъ ученіе цлой у насъ школы такъ-называемыхъ «славянофиловъ»…

— Знаю! возгласилъ графъ.

— Совершенно благонадежной въ политическомъ отношеніи, продолжалъ князь Ларіонъ, — которая съ дозволеніемъ цензуры печатаетъ эти мннія, и иметъ даже для этого здсь, въ Москв, два весьма почтенные журнала…

— Я всхъ этихъ глупостей не читаю! объявилъ старецъ.

— Да, съ невольною усмшкой возразилъ князь, — но вы согласитесь что совершенно неосновательно было бы подвергать человка наказанію за то что онъ выражаетъ устно то самое что безнаказанно и съ согласія правительства говорится печатно?

— Я противъ него ничего не имю, объяснилъ графъ, при чемъ его нижняя губа съ самымъ добродушнымъ выраженіемъ выпятилась впередъ, — я для его же пользы думалъ сдлать, я не зналъ что у васъ дло такъ стоитъ!.. И что же невстка твоя, согласна она?

— Разумется, нтъ! Князь дернулъ плечомъ.

— Она неумная! засмялся старецъ.

— Скажите: непроходимая! вскрикнулъ князь Ларіонъ;- не будь тутъ я, она давно вогнала бы въ гробъ несчастную дочь моего брата!.. Послушайте, почтенный другъ мой, вамъ нужно поправить эту… ошибку, поправить какъ можно скоре! примолвилъ онъ настоятельно, замтивъ какъ бы какое-то колебаніе въ выраженіи лица графа.

— Надо подождать! сказалъ тотъ, — я уже написалъ въ Петербургъ что онъ выхалъ къ мсту назначенія.

— Такъ что же такое, разв это можетъ васъ стснять? Онъ выхалъ, а вы его вернули. Вамъ предоставлено поступить «по вашему усмотрнію»; я полагаю что вы такъ и поступили, а не по команд изъ Петербурга, добавилъ старый дипломатъ, давно и хорошо разумвшій слабыя струнки пріятеля.

Графъ гордо поднялъ вверхъ голову и руки.

— Никто не можетъ мн командовать, окромя моего государя!.. Хорошо, я пошлю чтобъ онъ вернулся! ршилъ онъ тутъ же.

Онъ быстро всталъ съ мста, направляясь къ двери своею раскачивавшеюся походкой, и просунувъ въ нее голову кликнулъ дежурнаго чиновника:

— едоръ Петровичъ здсь?

— Здсь, съ бумагами, ваше — ство! доложилъ тотъ.

— Просить ко мн!

Управляющій канцеляріей вошелъ съ портфелемъ и учтивымъ поклономъ по адресу князя.

— Скажите, когда отправлено письмо объ этомъ Гундуров, вы знаете? спросилъ его «московскій воевода».

— Оно не отправлено, ваше сіятельство, отвчалъ едоръ Петровичъ съ нкоторымъ недоумніемъ:- вы его изволили удержать у себя, желали послать вмст съ собственноручнымъ письмомъ къ…