Чтение онлайн

Кажется, было около шести часов вечера. Я стала с жаром объяснять ему, почему хочу продавать зонты в своем магазине. А когда закончила, часы показывали восемь. Я говорила два часа подряд. Тогда юноша, который все это время слушал меня молча, наконец произнес:

— Я понимаю, что вы чувствуете.

Отлично, подумала я, мой энтузиазм его заразил. Однако затем он сказал:

— И все же я не вижу в вашей затее перспектив.

Как же так? Мой пыл начал угасать.

— Я сижу в магазине уже два часа, и пришло только три покупателя.

Разумеется, он был прав. Не в бровь, а в глаз, как говорится. С другой стороны, иногда по вечерам в магазин и вовсе никто не заглядывал, так что трех покупателей следовало считать удачей.

Он продолжал:

— Извините, но с таким количеством клиентов продавать зонты вы не сможете. В отличие от книг, зонты не подлежат возврату. Вам придется сразу выкупать у нас товар. Думаю, владелице книжного магазина, привыкшей получать книги от издательств без предварительной оплаты, это будет не под силу. Для нашей компании, возможно, договор с вами оказался бы выгоден, но для «Кобаяси» риск слишком высок. Советую вам отступить.

Он говорил откровенно, и, хотя его слова меня слегка задели, я не могла не признать его правоту. Тем не менее мое желание продавать зонты лишь усилилось. Все потому, что у меня сложилось приятное впечатление и об этом юноше, и о компании, которую он представлял. В конце концов, он приехал из самого Токио и, если бы вернулся восвояси, ничего не продав, наверняка остался бы в убытке. И все же он отказывался заключать со мной договор. Он был честен и скорее всего в этом следовал корпоративным принципам. Я все больше проникалась к Shoe Selection.

Кроме того, юноша не знал, что я управляла книжным магазином уже много лет. Хотя он находится вдали от оживленных торговых районов, мне удавалось продать достаточно книг, чтобы получить признание издателей. Так что битву за зонтики я проигрывать тоже не собиралась. Я согласилась на условие полной предоплаты и настаивала на том, чтобы мне дали хотя бы один шанс.

— Хорошо. Вы умеете убеждать. Однако мы не хотим, чтобы наши товары просто выставлялись на продажу. Мы хотим, чтобы вы объясняли покупателям, чем хороши наши зонты. Вы справитесь, госпожа Кобаяси?

Нашел у кого спрашивать, подумала я, хотя вслух этого не сказала. В моем магазине не было ни одной книги, которая бы продавалась сама собой.

— Я люблю знакомить покупателей с хорошими товарами, — заявила я.

Только тогда он согласился продать мне минимальную партию. Вскоре в «Кобаяси» прибыло двести пятьдесят зонтов. Было начало мая — время года, когда дождей меньше всего. Однако мне не оставалось ничего другого, кроме как продать все зонтики и убедить производителя, что мне как продавцу можно доверять.

Я начала рекомендовать их людям, зашедшим в магазин.

— Решила продавать зонтики, и они чудо как хороши, — говорила я покупателям, заглянувшим за свежими журналами, и открывала зонт.

— Да, хороший зонтик. Я возьму его. Сколько он стоит? — спросил один мужчина.

— Пятьсот иен, — ответила я.

— Надо же, как дешево! — обрадовался он.

Так, рекомендуя постоянным клиентам зонты, я продавала их один за другим. Однако в магазин приходило не так много людей, и однажды поток должен был иссякнуть. Тогда я решила выйти за пределы своего книжного. Я сложила книги и зонтики в тележку для доставки и с грохотом покатила ее по торговой улице. В местных магазинах все друг друга знают, и многие подходили поинтересоваться:

— Что случилось? Почему у вас зонтики в тележке?

— Теперь у меня они тоже продаются. Везу показать их нескольким покупателям.

На самом деле смотреть на них, конечно, никто не горел желанием.

— Зонты?!

Вот он — интерес, которого я ждала. Я тут же достала один зонт, раскрыла его и пояснила:

— У него шестнадцать спиц, поэтому он очень крепкий. Как думаете, сколько он стоит?

— Около двух тысяч?

— Нет, всего лишь пятьсот иен.

— Дешево!

— Есть вот такой для мужчин, а вот детский.

— Тогда я возьму сразу три — себе, отцу и дочери. Можно?

— Да, конечно. В магазине у меня еще есть.

Вот так понемногу я распродавала зонты. Неделю я катала тележку по торговому району, пока не разошлись все двести пятьдесят.

Я позвонила в компанию Shoe Selection и сообщила, что все зонты проданы, чем вызвала немалое удивление. Некоторое время спустя я получила новую партию. Однако вскоре возникли трудности.

Почти все в торговом районе приобрели такие зонты, и те перестали продаваться. Знаешь почему? Я ведь сама хвалила их за прочность. Крепкий зонт служит очень долго, а два-три одинаковых никому не нужны. Похоже на кульминацию истории в ракуго [11] , верно? Ведь наступил сезон дождей — казалось бы, самое время продавать зонты. Мне надо было что-то придумать.

И вот однажды в магазин зашел мужчина с обгоревшим на солнце лицом.

— Вы уже открыли пляжный сезон? — спросила я.

— Нет, я обгорел, продавая ношеную одежду на ярмарке, — ответил он.

На ярмарке, значит? Я заинтересовалась и стала задавать один вопрос за другим.

— Могут ли туда приходить владельцы магазинов?

— Да, половина продавцов и есть владельцы магазинов.

Я попросила номер телефона, по которому можно узнать подробности, и немедленно позвонила.

В то время перед станцией Амагасаки был большой пустырь. Потом на нем построили пивоваренный завод, а сейчас там торговый центр. Но когда-то на пустыре проводились самые крупные воскресные ярмарки в Западной Японии.

Я решила, что попытка не пытка, и подала заявку. В назначенный день я погрузила в машину зонты и попросила папулю — так я зову мужа — меня отвезти. Глядя на соседние киоски, мы похожим образом оформили свой. Затем папуля уехал открывать книжный магазин, а я осталась на рынке.