Чтение онлайн

– Я говорю с вами откровенно, – продолжил Пачеко. – Если вы сами хотите заниматься рудником, мне больше нечего сказать. Но та сумма, которую я могу вам предложить – вдвое больше цены, что вы мне заплатили, – превысит всё, что эта асиенда принесла бы вам за долгие годы. Над этим местом давно тяготеет злой рок. У меня вечно были трудности с пеонами. И у вас будет то же самое. Но моё предложение…

– Вы слишком щедры, дон Ромуальдо, – уклончиво прервал его Эрнандес. – И вы совсем забывать про свой бокал. A su salud, caballeros! [16]

Скручивая сигарету, Лесли пытался собрать разрозненные кусочки этой головоломки воедино. Он был абсолютно уверен, что Пачеко тайком рыскал вокруг асиенды, несмотря на всю свою показную прямоту при заявлении целей. Пачеко наверняка знает об этом кошмарном монстре гораздо больше, чем кто-либо; и всё же, ввиду цен на серебро, он готов рискнуть и взвалить на себя эти проблемы. А ведь с шахтерами, у которых на каждое суеверие пеона приходится по дюжине собственных, сладить будет еще труднее.

«Интересно, – размышлял Лесли, – а что, если все эти байки Пачеко про рудник – чистой воды вымысел, и он сам состряпал всю эту историю с одноглазым монстром, чтобы вернуть себе асиенду, которую ему когда-то пришлось продать ради денег? И наконец, почему Лизета так прожгла его взглядом?»

Но не успел он как следует обдумать свои наблюдения, как был объявлен ужин, и Эрнандес повел гостей в столовую. Несмотря на блистательное присутствие Марии Эрнандес, трапеза проходила в гнетущей обстановке. Не прикрытые ничем свечи отбрасывали длинные зловещие тени, тянувшиеся через всю огромную столовую и сливавшиеся с мраком, таившимся в её углах. Тени, рассуждал Лесли, это всего лишь тени; тем не менее, он был рад, что явился на ужин со своими сорок пятыми.

И пока застолье со скрипом тянулось, а натянутая светская беседа с трудом соперничала с тяжеловесными научными рассуждениями Блаувельта, Лесли чувствовал: чем скорее он сможет вырваться и занять свой пост среди пеонов, тем лучше. Эти бедолаги рассчитывали, что он в одиночку справится с чудовищем; к тому же еще один ночной налет твари окончательно добьет Эрнандеса.

– Дон Артуро, мисс Эрнандес, – начал он, – на улице уже совсем стемнело. И если вы позволите…

Но договорить Лесли не успел. Взгляд Марии, отвлёкшийся от стола на что-то за окном, внезапно застыл. Её глаза широко раскрылись, и ещё прежде, чем она вскрикнула, Лесли понял: она увидела нечто по-настоящему ужасное. Он резко оттолкнул стул и полуобернулся. На мгновение он и сам оцепенел от изумления.

В одном из окон, прорезавших двухфутовую толщу глинобитной стены, возникла чудовищная бесформенная голова. Лицо существа лишь отдалённо напоминало человеческое. В тусклом вечернем свете Лесли разглядел, что вместо носа у твари были щелевидные отверстия, похожие на жабры; но самым ужасающим был единственный огромный глаз, зловеще горевший фосфоресцирующим светом.

Пронзительные крики заглушили хриплые возгласы и грохот отодвигаемых стульев, а в следующий миг сорок пятый в руке Барта Лесли разбудил громовое эхо в просторном зале.

Стоило огню вырваться из дула револьвера, как голова исчезла. Лесли в одно движение отпрянул от стола, бросился к двери и вылетел за угол дома; но, несмотря на всю его стремительность, монстр уже испарился. Пока Лесли кружил на месте, высматривая следы или возможные капли крови, которые указали бы направление бегства, к нему с криками подбежала женщина. Это была Лизета, экономка-метиска.

– В какую сторону оно побежало? Ты видела?

– Si, si! Por alla, сеньор! [17] – она в возбуждении указала на север. – Оно схватило меня, но милостью Божьей мне удалось вырваться, прежде чем оно вцепилось в меня по-настоящему.

Лесли заметил, что лицо Лизеты было исцарапано, одежда разорвана, глаза округлились от испуга. Но прежде чем он успел расспросить её и получить более точные указания, Эрнандес, Блаувельт и Пачеко выбежали из-за дальнего угла асиенды.

– В этот сторона, дон Барт! – закричал Эрнандес, завидев Лесли, и тут же повернул на юг.

– Чёрт побери, – пробормотал Лесли. – Они тут все спятили… Так куда оно побежало – на север или на юг?

Однако Эрнандес, скорее всего, был ближе к истине; и когда Лесли нагнал троицу, он окликнул их и заставил остановиться, чтобы осмотреть ровное пространство, уходившее в сгущающиеся сумерки. К ним уже спешили пеоны, высыпавшие из своих хижин.

– Смотрите, сеньор! – пробормотал Педро, который вёл их за собой. – Вон там. У тополей.

Лесли заметил движение в тенях и на мгновение увидел, как чудовищная туша в поисках укрытия неуклюже перебегает от одного дерева к другому. Несмотря на свою гротескную громоздкость, двигалось существо с кошачьей быстротой. Лесли рванулся вперёд.

– Por Dios! [18] – закричал Педро. – Оно убьёт вас.

Монстр исчез. Лесли замер, держа револьвер наготове. И тут снова мельком увидел эту гигантскую пародию на человека. Его сорок пятый грохнул. В ответ донёсся леденящий душу вой и звериный рёв. Но когда Лесли бросился вперед, чтобы закрепить успех, треск ломающихся веток и тяжелый топот шагов подсказали ему, что выстрелы лишь напугали существо. К тому времени как Лесли выбежал из тополиной рощи, тварь уже неслась по пастбищу огромными прыжками, точно кенгуру. В сгущающейся темноте Лесли понимал, что даже его знаменитая меткость не поможет поразить движущуюся цель на подобном расстоянии. Он убрал дымящийся револьвер в кобуру и повернул назад.

– Оле! Оле! Дон Барт! – восторженно зааплодировали пеоны.

– Что я говорить вам, идиоты! – усмехнулся Эрнандес. – Разве сам дьявол не бояться дон Барт? И теперь, возможно, вы верить мне и оставаться здесь, да?

– Ну, это уже кое-что, – сказал Лесли, когда они возвращались к дому. – Теперь mozos убедились, что выстрелом в шкуру этого существа можно вселить страх Божий. Да и сам я, признаться, теперь чувствую себя куда спокойнее.

Затем, когда Блаувельт и Пачеко переступили порог столовой, Лесли негромко добавил:

– Похоже, мне придётся пересмотреть свои подозрения. Теперь ясно как день: Пачеко не разгуливает на ходулях, изображая дьявола, чтобы выжить вас отсюда.

– Тем не менее, – мрачно отозвался Эрнандес, – его предложение выкупать обратно асиенда приходить в очень важный момент. Он мочь знать о монстр больше, чем мы думать. Он жить здесь долгие годы в этот регион. И один только добрый Бог знать, какие ужасные вещи мочь выходить из бесчисленные пещеры хребет Ксоатль. Я быть сильно искушаем принимать его предложение, пока он не изменять свой решение.

– Это, – отрезал Лесли, – ваше личное дело. Но будь то человек, зверь или сам дьявол, я докопаюсь до истины, а если нет, то вам скоро придётся говорить о своём друге как о покойном Барте Лесли.

– Боже упаси! – искренне перекрестился тот. Затем, снова занимая своё место за столом, Эрнандес повернулся к Марии: – Ну что, маленькая сестра… ты всё ещё не думать, что это быть разумно – позволять дону Барт отвозить тебя обратно в Ксоатль?

– Ни в коем случае! – заявила она. – Я останусь здесь.