Чтение онлайн

Хепри не видел великого ясновидца близко – но слышал о нем с тех пор, как научился слышать. Он вырос в его владениях.

Они дошли до уже знакомой мальчику трапезной, где Хепри до сих пор сидел далеко от Аменемхета – так, что даже не видел его. Хепри уже полюбил это место, где никто не задевал его, но сейчас ему пришлось пересесть.

Наклонив головы, ученики пробормотали молитву Амону – Хепри было ужасно стыдно, что он не знает ее, и он надеялся, что Аменемхет научит его. Хотя мальчику не очень-то хотелось обращаться к старшему другу с такой просьбой.

Тот, конечно, с готовностью поможет, но Хепри почувствует себя еще меньше и глупее.

Он крошил свой хлеб в миску горячей похлебки из чечевицы, лука и рыбы – совсем недавно Хепри был очень голоден, а сейчас почему-то не мог есть.

– Ешь! – приказал Аменемхет, заметивший это. – Тебя накажут – нельзя расходовать пищу попусту!

Он предупредил вовремя – школьный смотритель, прогуливавшийся между столами с розгами в руке, уже приметил Хепри. Мальчик поспешно принялся за еду.

Смотритель, однако, узнал ребенка, рассердившего его днем, и, шагнув к Хепри, приготовился нанести удар. Мальчик вздрогнул и сжался; заметивший угрозу раньше Аменемхет быстро привстал.

– Хепри ест, господин, он послушен! – сказал мальчик, и хотя слова были смиренные, тон вовсе не смиренный. Смотритель молча отступил, опуская руку.

Как видно, сына верховного жреца знал не только учитель.

После ужина Аменемхет первым встал из-за стола и поманил за собой Хепри, которого, как оказалось, дожидался. Хепри не мог понять, чем так понравился этому замечательному мальчику – ведь он-то ничем не замечателен!

Они направились в спальню по коридорам, уже погруженным в синие сумерки. Хепри, одетому, как прочие мальчики, только в короткую набедренную повязку, было зябко и страшно… ему хотелось поскорее уснуть, чтобы больше не видеть этой чужой комнаты, страшных учителей и своего нового друга – который уже стеснял его своими достоинствами и пугал своей знатностью…

Мальчик пошатнулся от усталости и вдруг почувствовал, что не знает, куда сворачивать - заблудился. Но Аменемхет направил его.

– Сюда, - шепотом сказал он. – Скоро ты запомнишь. Вот твоя постель.

Он помнил это, а Хепри уже забыл!

– Спасибо, - шепотом ответил он.

Мальчик почти ощупью пробрался к своему тюфяку, стараясь никого не задеть – некоторые ученики уже спали, крепко, как мертвые: так утомились за день. Хепри почувствовал, что и сам вот-вот упадет. Он плюхнулся на постель и приготовился вытянуться на ней и уснуть, как вдруг почувствовал, что кто-то садится рядом.

– Аменемхет, я очень хочу спать… прости… - прошептал он, чувствуя, как зевотой сводит челюсти, и ощущая себя последним невежей на свете.

– Да, я понимаю, - прошептал его старший знатный друг. – Но я только хотел спросить… Жива ли твоя мать? Кто был твой отец?

Бедный мальчик спасся единственным способом, который мог придумать – упал на постель, почти толкнув Аменемхета, и притворился спящим. Сын верховного жреца тут же вскочил, и Хепри ощутил его сильную, горячую обиду. Царственный мальчик быстрыми легкими шагами удалился к своей постели.

Хепри заплакал бы, но уже не осталось сил – он уснул.

Утром его кто-то растолкал, нет – встряхнул, почти стаскивая с постели. Мальчик в ужасе вскочил, протирая глаза, больше всего на свете боясь увидеть Аменемхета. Но это оказался только жрец.

– Вставай, лентяй, уже все проснулись! – сердитым шепотом сказал он.

– Прошу простить меня, - поклонившись и едва не клюнув носом, пробормотал Хепри, но жрец уже не слушал. Кто-то еще спал, но почти все мальчики встали и застелили свои постели.

Аменемхета уже не было, спальня была почти пуста.

– А где другие дети? – осмелился он спросить у жреца. Тот только сердито махнул рукой в сторону выхода.

– Ты останешься без завтрака! – крикнул он.

Хепри еще раз поклонился и побежал, поправляя измятую набедренную повязку; проведя руками по голове, он почувствовал, как колются отрастающие волосы. Он знал, что выглядит неприлично – нет, ужасно!

К своему огромному облегчению, Хепри догнал нескольких последних учеников у самой трапезной. Наверное, их всех накажут, но хотя бы не его одного. У него вдруг заныли все вчерашние синяки и рубцы.

Тяжело дыша и пряча глаза, он в конце этой позорной группы вошел в зал. Он не знал, заметили ли их – молча прошел к своему месту и забрался за стол рядом с Аменемхетом. Схватившись за ложку, как за единственное свое спасение, мальчик принялся хлебать холодный суп.

– Привет тебе. Удачного дня, - шепнул ему Аменемхет. Хепри робко поднял глаза и увидел, что друг улыбается.

Хепри улыбнулся в ответ – так значит, Аменемхет не рассердился!

– Я не разбудил тебя – спешил мыться, - почти извиняясь, шепнул сын верховного жреца. – Тебе тоже нужно вымыться, сменить набедренную повязку и обрить голову, но ты успеешь сделать это только днем. Надеюсь, что тебя не накажут за неопрятность.

“Конечно, накажут”.

– Аменемхет, научи меня застольной молитве и покажи, где у вас моются, - сгорая со стыда, попросил Хепри, уткнувшись взглядом в свою миску.

– Днем. Непременно, - обещал мальчик. – Сейчас мне нужно идти на урок.

Он закончил есть, встал и поклонился смотрителю. А потом быстрым шагом направился к дверям, на ходу сливаясь с группой других старших мальчиков. Хепри только вздохнул, полный зависти и горя.

***

День наконец наступил: Хепри перевалился через это утро, получив новые рубцы – наказание за неопрятность, кучу замечаний и еще большую тяжесть на сердце. Перерыв на обед обещал принести ему короткий отдых и большой стыд. Опять.

Аменемхет сам нашел его в коридоре и, взяв за руку, повел за собой.

– Я тоже вымоюсь с тобой, - ободряюще улыбаясь, сказал мальчик. – Чем большую чистоту соблюдает жрец, тем лучше.

Хепри передернулся.

В выложенной камнем купальне Аменемхет препоручил своего друга храмовому рабу, а сам передал себя в руки другого. Хепри было стыдно, что приходится раздеваться совсем перед чужим мужчиной, даже рабом, но, наверное, так правильно.

Его оттерли натроном, несколько раз облили водой, а затем быстро обрили голову. Потом вручили чистую набедренную повязку.

Все еще красный от стыда, мальчик неуверенно направился прочь; Аменемхет вскоре нагнал его.

– Ты сейчас быстро все сделал – не опоздаешь, - похвалил он. – Пойдем.

Миновал и этот день, остаток его был уже не таким мучительным – Хепри начал привыкать. Вечером он даже не чувствовал себя таким измотанным, как вчера.

Но как вчера, Аменемхет пришел к нему перед сном и спросил, садясь рядом:

– Кто твои родители?

Хепри понимал, что деваться некуда и вчерашнюю уловку повторить не удастся. Аменемхет был хорошим другом, но при этом сыном одного из самых больших людей в Та Кемет, горячим и гордым мальчиком… что будет, если Хепри поссорится с ним?