Чтение онлайн

– Мой отец был… был жрецом, - очень тихо сказал Хепри, не поднимая глаз. – Младшим жрецом, которые живут в хижинах и ходят в простых поясах – я говорил тебе вчера о них…

Он почувствовал, как в горле закипает обида при этих словах.

– Понимаю, - так же шепотом ответил Аменемхет. – Но если твой отец был жрецом, он был достойным человеком, хотя и бедным… Он был молод, когда умер?

– Молод, - тихо ответил Хепри. – Девятнадцати лет.

– Он успел бы подняться в храме, если бы его дни продлились, - заметил Аменемхет. – Ты разумный мальчик, и у тебя, должно быть, был разумный отец…

Хепри зажмурился, чувствуя, как слезы собираются в уголках глаз. Одна, горячая как смола, капнула на избитую руку.

– Он умер от лихорадки или случайно? – продолжал пытать его знатный друг.

– Случайно, - буркнул Хепри. Поскорее бы Аменемхет замолчал. Но Аменемхет – главный, и его нельзя просить замолчать: оба мальчика, хотя им не исполнилось еще и одного десятка, уже это прекрасно понимали.

– А кто твоя мать? – спросил Аменемхет. – Она жива?

– Жива, - ответил Хепри.

Возникло молчание. Мальчики услышали, как кто-то из товарищей рядом вздохнул и завозился во сне.

– Моя мать больна, - шепотом сказал Аменемхет. – Моя мать – самая прекрасная и добрая госпожа на свете, но вот уже три года, как ее терзает неведомый недуг.

– Вот как? – шепотом воскликнул Хепри.

Какое-то неожиданное и страшное подозрение шевельнулось в его душе.

– А кто твоя мать? – спросил он.

– Госпожа Ка-Нейт, - ответил Аменемхет.

Он взглянул на друга, и Хепри увидел в его глазах жгучее страдание.

– Я очень люблю мою мать, - прошептал Аменемхет. – Я каждый день прошу бога исцелить ее, но одолевшая ее лихорадка слишком сильна…

– Неужели сильнее бога? – воскликнул Хепри и тут же спохватился.

– Не смей так говорить! – сердитым шепотом крикнул Аменемхет.

А потом вдруг наклонился к уху Хепри и прошептал:

– Моя мать родом из Мен-Нефер, города Ра и Птаха. Может быть, на нее напали демоны этого города. Ра очень силен, мать рассказывала мне, и его враги очень сильны…

Хепри чувствовал горячее дыхание на своем виске и слышал, как бешено колотится его собственное сердечко. Госпожа Ка-Нейт! Та самая злая госпожа, которую наказал бог Амон! Неужели мама снова сказала неправду? Или здесь ему лгут – Аменемхет и жрецы?

– Но ведь недуг еще не одолел госпожу Ка-Нейт? – прошептал Хепри.

– Нет, - прошептал Аменемхет и улыбнулся, почти победно; Хепри вдруг испугал блеск его глаз. – Отец приносит большие жертвы во имя спасения моей матери и молит бога защитить ее. И бог склоняется к своему первому слуге, он защищает мою мать – она жива и, может быть, поправится. Отец любит мою мать как я – больше всего на свете.

Хепри вздохнул. Его одолевала грусть и смутная тоска по такой любви – любви, которая может так кричать о себе и приносить такие жертвы.

– Я тоже люблю мою мать, - ответил он. – Она, слава Амону, здорова…

– Молись за нее каждый день, как делаю я, - сказал Аменемхет. – Болезни поражают даже больших людей, не только бедняков…

Тут он спохватился.

– А кто твоя мать? Ведь она бедна? На что она живет?

– Ее содержит храм Амона, - шепотом ответил Хепри. Он осекся, не желая продолжать, но Аменемхет понял – ему показалось, что понял.

– Да, храм Амона богат и щедр, он кормит семьи своих бедных жрецов, - взволнованно прошептал мальчик. – Я рад, что ты попал в школу со мной. Ты можешь стать большим человеком.

Он снова замолчал, и Хепри понадеялся, что этот тягостный разговор закончен.

– Я хотел бы увидеться с твоей матерью и посмотреть, как она живет, - вдруг сказал Аменемхет. – Мне кажется, что вы очень бедны…

– Да, - поспешно сказал Хепри. – Да, мы очень бедны, мы недостойны того, чтобы ты посещал нас!

– Прекрати! – оборвал его Аменемхет. – Мать учила меня, что мы не должны пренебрегать никем и протягивать руку всем, кто нуждается! А ты мой друг, и я должен заботиться о тебе!

Он так раскипятился, что Хепри испугался. Сидящий мальчик воздел руки ладонями кверху, как делала мать при встрече с большими господами, и склонил головку к коленям в подобии неуклюжего поклона.

– Прости мой дерзкий рот, - прошептал он.

– Это ты прости меня, - прошептал растроганный Аменемхет. Он поспешно опустил воздетую ручку друга, нажав на локоть своей твердой рукой. – Ты не мой слуга, а я не твой господин – мы друзья, - прошептал он.
– Я тебя испугал…

Хепри склонил голову.

– Я навещу твою мать, - твердо заключил Аменемхет. – В один из дней, когда буду свободен. И непременно приглашу тебя в гости – я хочу, чтобы ты посмотрел, как бог может вознаградить тебя, если ты это заслужишь…

Хепри надеялся, что умрет от стыда раньше, чем удостоится такого приглашения. И надеялся, что в темноте не очень заметно, как пылают его щеки.

– Спасибо, - прошептал он. – Нам пора спать, Аменемхет…

– Да, - сказал его друг, тут же вставая на ноги. – Пора – а не то ты завтра снова проспишь.

Хепри вздрогнул, заслонился руками от стыда. Но он не осмелился лечь, пока Аменемхет не отошел – тогда мальчик лег ничком, уткнулся лицом в простыню, жалея, что не может в нее зарыться. Только бы не проспать завтра. Только бы не проспать.

Мальчик так внушил себе это, что на другое утро проснулся одним из первых. Он вскочил, шатаясь со сна и зевая, разгладил свои простыни и коснулся головы – снова нужно бриться. Хепри, закусив губу, оглядел спальню, где только некоторые зашевелились, и ощутил торжество и возбуждение. Он успеет вымыться первым, раньше Аменемхета!

Мальчик направился к выходу, но выйти в коридор не успел – путь ему отрезала группа старших мальчишек, направлявшихся, очевидно, туда же, куда и он. Хепри повесил голову, а через мгновение ощутил прикосновение к плечу.

– Отлично, - похвалил его Аменемхет. – Ты воспитываешь себя. Пойдем.

В этот раз они пошли не вдвоем, а среди толпы; Хепри смущался и сторонился мальчишек, которые только казались ему товарищами – он догадывался, что среди них много детей очень важных родителей. Аменемхет в этот раз не посвятил себя ему одному – переговаривался с другими, весело и свободно. Он-то мог ничего не бояться! Никто не обидит его!