Дар Седовласа
Шрифт:
Ольга с любопытством смотрела на молодого волхва. Одного этого взгляда было бы достаточно, чтобы Ругивлад исцелился, но он закрыл глаза.
– Да, у тебя там все давно прошло!– вмешался кот, - А если нет, так мы звери простые, не гордые - могём и зализать!
– Нет уж, спасибо! У вас не язык - а точильный камень.
На какое-то время боль утихла. Словен снова поднялся на ноги. Чуть поодаль лежало то, что еще недавно именовалось змеем.
– М-да... Ну и дока Седовлас!
Несомненно, чудище было мертво. Да и жило ли оно когда-нибудь? Прорванная в нескольких местах толстыми сучьями чешуя походила теперь на шелуху, какая остается после беличьего завтрака. Она все еще скрывала какие-то внутренности, но те смахивали скорее на детали сложного механизма, сработанного искусными карлами, чем на органы животного. Изодранные перепонки вмиг одеревеневших крыльев сохраняли форму, приданную им при первом и последнем знакомстве с верхушками вековых деревьев.
– Вот и я дивлюсь! Колдовство!– молвила Ольга.
– Не худо бы разузнать, где её город, Домагощ разэдакий..., и где холм с раздвоенной вершиной, что мы видали сверху. Потом выберем путь, - заспорил Ругивлад с котом.
– Это мне, что ли искать городище?– недовольно продолжил Баюн, отрываясь от истинно кошачьего ритуала, доселе он вылизывал мех.
– Конечно! Или ты полагаешь, что я или девушка лазаем лучше тебя?
– Старость - не радость!– вздохнул Баюн и, показывая чудеса ловкости, начал быстро карабкаться по стволу суковатой сосны.
– Учти! Всю смолу я потом заставлю тебя съесть! И шкуру мне тоже, будь ласков, расчеши! Чтоб пушинка к пушинке была!– донеслось сверху.
– Лезь! Лезь! И без разговоров!
– Если б кошки были б мышками, то не догадались бы нипочем... Ага! Зрю!
– И что ты видишь?– крикнул словен снизу.
– А ты заберись ко мне - вместе поглядим!– отозвался зверь.
... Миновали редколесье и углубились в чащу. Густые ели с громадными лапами, стелющимися по земле, стволы, поросшие седым мхом, все лишь подчеркивало вечный полумрак, царящий здесь испокон веков. Языческое царство обступило их со всех сторон. Кот вызвался поискать тропу и убежал. До городища, казалось, рукой подать, но вот уже начало смеркаться, а конца и края нет дремучему лесу. Стих птичий пересвист. Желтая трава отяжелела от росы, вечный труженик - муравей давно спрятался в груде иголок и веток.
Внезапно у словена возникло ощущение тревоги, да нет, уже не тревоги, он уловил опасность, смерть, таящуюся где-то совсем рядом. Чутье редко подводило Ругивлада, но оно никак не складывалось, не вязалось с окружающей беззаботностью. Ругивлад предостерегающе поднял руку.
Ольга остановилась, уложив стрелу на послушную одному движению тетиву.
Хвоя, обильно усыпавшая землю, в десяти шагах от путников зашевелилась и начала вздуваться, подобно тесту. Ругивлад взялся за меч. Колдовские руны, нанесенные умелой рукой на железо, вспыхнули и погасли. Порождение нижнего мира - клинок почуял своего...
Волосатое бурое существо вылезало из норы. Массивное, состоящее из одних мускулов туловище, безобразная клыкастая морда с острыми, стоящими торчком ушами, и глаза... О эти глаза! В сумраке леса они светились недобрым желто-зеленым огнем.
– А ведь, мог оттяпать ему башку...?– удивился себе Ругивлад.
Но поздно рассуждать. Лесной великан поднялся над травами и кустарниками, недовольно рыча. Двусаженный, неуклюжий и еще более ужасный, чем показалось в первый миг. Ольга пронзительно вскрикнула:
Чудище развернулось и стало принюхиваться. Еще немного и оно углядело бы хрупкую и нежную лакомую добычу. Отвлекая существо от Ольги, Ругивлад выступил из укрытия:
– Иди сюда, моя лапочка! ...
"Были бы в Скандии - сказал бы, что лесной тролль, а так - леший и есть!" - мелькнула мысль, даже в минуты опасности волхв оставался верен себе.
Чудовище, Ругивлад приходился ему по пояс, наконец, увидев добычу, радостно осклабилось. Свисавшая до колен лапа тролля потянулась к воину, показывая внушительные когти. Клинок словена был подобен молнии, но, звякнув о шкуру нечисти, оставил только узкую кровавую полосу. Лесун дико взревел. Человек отскочил. В тот же миг нога, толщиной в вековую сосну, обрушила яростный удар туда, где только что находилась столь желанная добыча. Чудище опять неистово зарычало, запрыгало, да так что деревья загудели, а с вершин посыпались шишки.
Было бы время - следовало поискать более уязвимое место для удара. Да, вот назло - все заклятия вылетели из головы! Помнил лишь одно, которое только разжигало аппетит.
– Бежим!– крикнула Ольга.
Тролль снова обернулся и получил стрелу прямо в грудь. Но это оказалось для него чем-то вроде укуса комара.
– О боги! Как глупо!
В тот же миг что-то огромное и не менее мохнатое упало на лешака, подмяло великана и принялось рьяно драть лапами. Шерсть летела клочьями, лешак попытался вскочить и стряхнуть с себя дерзкого врага, да не тут-то было. Когти нечаянного помощника оказались покрепче и поострее иной стали.
Не дожидаясь окончания поединка, подхватив ношу Ольги, Ругивлад бросился за девушкой сквозь ельник. Вслед неслись нескончаемые завывания и вопли лесуна, обиженного эдаким обращением. Словен и сам поминал Чернобога, но даже прихрамывая, он двигался достаточно быстро, чтобы видеть Ольгу впереди. Трещали сучья, ветки хлестали по лицу, а корни норовили змеями ухватить беглецов за резвы ноги.
Лес огласился победным душераздирающим кошачьим криком, и все смолкло. Остановились. Ругивлад припал ухом к земле, а Ольга опустилась в изнеможении на траву, ненароком порвав серебристую паутинку... Нить подхватило ветерком, еще несколько мгновений она трепетала, наконец, сорвалась, чтобы умчаться в неизвестные края.
– Спасибо, чужеземец. Я снова обязана тебе жизнью! Ты смелый!– молвила девушка, переводя дыхание.
Ругивлад посмотрел на нее, чуть помедлил, наконец, заставил себя отвести глаза:
– Любой словен поступил бы также.
– А вот и я!– промурлыкал кот, уложив к ногам Ругивлада что-то бурое и сочащееся кровью.
Пальцы Ольги испуганно скользнули на рукоять франциски. Баюн усмехнулся и выгнул спину под ладонью глупого человека.
– Ба, неужто с неба свалился?– обрадовался ему словен, все-таки знакомство с волшебным котом разнообразило жизнь.
– С него самого!
– А это что за пакость?– Ругивлад тронул бурое ногой.
– Трофей, понимаешь ли! Добыча, как это принято у подлинных охотников, - юродствовал зверь.
Перед ним лежало большое ухо с острыми мочками.
– Ничего, - смутился Баюн.– Новое отрастет! Будет знать наших!
Девушка поднесла палец к губам, замерла. Кот тоже насторожился, и Ругивлад изготовил клинок привычным движением. Ольга взялась за лук, последовав его примеру.
– Конный отряд, шагов за двести. Их тридцать с лишним человек, сообщил кот.