Чтение онлайн

Но… кажется… я в этой жизни ничего не понимаю.

Почему-то я решил, что разоблачу гада, волки поймут, как их имели в особо извращенной форме, и погонят «послушников» взашей.

Разогнался. Большинство даже не повернулось в сторону «гада». А наиболее «святоверующие» гневно засверкали очамии. В них «праведным» огнем запылал вопрос: как смеет какой-то щенок тявкать на пророка?! Как там, «мы жизнь положим ради благоволения «великого»?

Молодые фанатики угрожающе начали подниматься с мест, но опередила всех ларэсса. Она резко встала, величавым жестом руки показала мне на дверь, и процедила:

– Вон отсюда, ублюдок!

Красиво. Чувствуется многолетняя практика. Наверно, ей и в голову не могло прийти, что кто-то позволит себе ослушаться такого грозного, сказанного таким отрепетированным тоном, приказа.

Я ее сильно удивил.

– Меня зовут Тишан, - сказал буднично. Живот, правда, немного скрутило, но не расшаркиваться же тут.
– Я наследник гномьей фамилии Росса и владетель Росского хребта, окружных земель и недр. Этот замок, земли, и находящиеся здесь ценности принадлежат мне. И я свидетельствую, что клан Волков не оправдал доверия, оказанного ему моими предками. Вовлекая себя и своих близких в сомнительное вероучение, вы подвергли эти земли опасности быть разделёнными, разоренными и присвоенными людьми, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Как владетель, я отзываю дарованное клану право пользования замком, а также землями, находящимися в западной части Росского хребта. Слово сказано. Земля закрыта.

С предельной деликатностью я направил в подошвы короткий импульс, и замок отозвался дрожью. Слава Небесам, совсем-совсем лёгонькой. Все-таки, я боялся переусердствовать.

Когда, отдрожало, отшуршало, и местами отпадала со стен штукатурка, я задал простой вопрос:

– Всё ясно?

Волки сначала растерялись. Кто-то удивленно разглядывал потолок выискивая трещины, кто-то держался за стул, но большинство… Разозлилось большинство. Да, то самое, которое надеялось поживиться, выкинув из замка его хозяев, благо момент подходящий. А ведь князь, как я понял, свой клан никогда не обделял. И нищенствующих на его землях не водилось. Хоть настоящих, хоть мнимых.

Что ж. Заслужили. Желания большинства легендарных метаморфов, когда-то ставших опорой и защитой моего народа, построивших целый город для всех рас, славившийся достатком каждого, оказались изъедены ржавчиной алчности и зависти. И ничем эти алчность и зависть от людских не отличаются.

5

Если каменный замок ответил мне как другу, спокойно и тихо, то арочная дверь, закрытая на два железных засова, с грохотом влетела внутрь, ломаясь посредине. А заодно разгоняя по углам тех, кто оказался у нее на пути.

У Алабара не было цели кого-то придавить. Он просто вежливо открыл дверь.

«Слышь, хозяин, ты случаем не знаешь, как называется крайняя степень слабоумия?»

Это ты о чем?

«Это я о тебе».

Та-ак, а поподробнее?

«Зачем ты на рожон полез? Ну, выгнали бы они котика с котенком, и что? Эти двое не пропадут нигде. Пристроились бы, свою династию начали. Нет, тебе нужно было разозлить блохастых. Лишить их последней радости поцапаться между собой. Без нас. А теперь? И ладно если на нас с тобой пара тройка хвостатых кинется. От них мы еще отмашемся. А если все скопом? А они это умеют, знаешь ли. Это у них в крови».

За все время нашего, так сказать, сотрудничества, клинок сомневался в себе только один раз. Когда «увидел» Алабара. И если он сейчас не стремиться кого-нибудь убить, значит, будет плохо.

Вероятно, будет очень плохо.

1

Расскажите мне, как начинается бой. Обычный, нормальный бой. Кто где находиться, кто что делает, как двигается, с какой скоростью. Вот вы стоите почти в центре, вы... много увидите? А если на вас, с перекошенным от ярости лицом, прыгает что-то, лишь отдаленно напомнающее человека? И в руках у метаморфа не меч, нет. В руках у него кинжалы. Длинные, узкие. В правой, и в левой.

Конечно, я знал, что возможна драка. Но до последнего надеялся: вдруг пронесет. Вдруг не найдется в волчьих душах столько ненависти к сородичам, чтобы тупо отнять у них последнее – жизнь. Смерть как не хотелось испытать на себе, на что способны Машкины «сородичи».

Не сложилось.

Он не допрыгнул. Алабар его оттолкнул, не особо разбирая куда. Фанатик пролетел через весь зал, снес пару стульев, и вмазался в стену. Страшно захлебнулся коротким криком, и остался лежать сломанной куклой, нелепо раскинув руки.

На мгновение все оцепенели.

И холод внутри меня начал стремительно расходиться по жилам, замораживая остатки страха, ненависти и сожаления.

Дальше помню не всё. Какими-то обрывками, картинками, вспышками.

Помню как четверо самых крепких и хищных, кинулись на Машкиного отца тоже с кинжалами. Слаженно и пугающе быстро. Но князь толкнул жену в сторону и встретил металлом всех четверых. Жестко, уверенно, не церемонясь. Каков же он был в полной силе? Я едва успел заметить, как Машка, сметя с дороги «пастыря», на ходу вспорол его родовым клином уже стоял с отцом спина к спине. Как заклацали друг о друга волчьи кинжалы, как затрясло княгиню, когда она увидела брата, булькающего в смертной агонии.

Помню, как с мечами наперевес ко мне бежали трое «людей», как за ними подскочила еще троица фанатиков, как я ударил воздухом. Сколько вкладываю силы, не думал. Много, по любому. Их сшибло на растерянно озиравшихся оборотней - тех, кто не захотел выгонять Машку - и всю кучу прокатило кубарем.

«Мои» фанатики пришли в себя мгновенно, и с ослиным упорством снова двинули ко мне. Почему-то их интересовал только я, Алабара они не видели в упор. Они спотыкались о его кулаки, отлетали, поднимались и снова рвались ко мне. Но через несколько мгновений, до них дошло, что надо преодолеть преграду в виде здорового парня, и остервенело кинулись уже на него. Все сразу.

Как в руках дракона оказались его мечи, я не видел.

Я смотрел, как четверка нормальных метаморфов пришла на помощь Машке и его отцу, отвлекла внимание на себя, давая обоим отдышаться, и немного успокоился: шестеро против четверых. Шанс есть.

Рядом со мной вскрикнули. Люди. Разрубленные до грудины, два человека валились под ноги дракону, ещё один уже заливал кровью чужие сапоги. Но трое фанатиков, кинувшихся на меня, были оборотнями. Они с невозможной ловкостью ушли от засвистевших в смертельном вихре мечей, но и к дракону подступиться не смогли. Один отскочил назад, понял, что двое других сейчас Алабару мешают, и прыгнул. Ко мне. Нырнул в ноги кувырком. Сообразил, что я могу ветром долбануть.

Если бы не Зараза, остаться мне без ног. Клинок в моей руке удлинился сам, без приказа, и распорол куртку волка, врезавшись фиолетовым сиянием в пол. Резко запахло горелым мясом. Фанатик зарычал от боли, откатился, но тут же подсечкой сбил меня с ног. Как я успел в падении собраться, уйти от ножа и не выронить оружие, не знаю. Видно, не зря наставник меня гонял.

Но, так или иначе, для волка я не противник.

Если без клинка.

Я без лишних раздумий и философских соплей позволил кинжалу отсечь сознание, и… думать перестал. Совсем. Лишь отголосками разума удивлялся тому, как мои жилы и мышцы еще не порвались от той скорости, с какой их заставлял работать Ключ. Если не сдохну после такого, клянусь Хозяйкой Предела, хрясну стопарь эльфийского в первом же кабаке!