Дело преследуемого мужа
Шрифт:
– Вы должны отвечать вслух, миссис Грили, чтобы секретарь суда мог записать ваши ответы. Вы помните эту дату?
– Да.
– Произошло ли в этот день что-нибудь такое, что закрепилось в вашей памяти?
– Да. Это был... это была годовщина нашей свадьбы.
– Можете ли вы сказать нам в общих чертах, что делал ваш муж в этот день, насколько вам это известно?
– Да. Мы решили провести этот день дома, без посторонних. Эдлер был по горло загружен делами...
– Эдлером вы называете своего мужа, Эдлера Грили?
– Да.
– И что же произошло девятнадцатого числа?
– Он сказал, что вообще не пойдет в офис. За несколько дней до этого он предупредил Ирму Уоткинс, свою секретаршу, что в этот день он не намерен приходить на работу, пусть она не беспокоит его деловыми вопросами, не пытается с ним связаться - в годовщину своей свадьбы он собирается забыть про бизнес.
– И что же случилось?
– То, что случается всякий раз, когда мы пытаемся что-то планировать. Вмешался бизнес, и Эдлеру пришлось восемнадцатого числа отправиться в Сан-Франциско. Он пообещал мне, что вернется утром девятнадцатого. Потом позвонил, что у него ничего не получается. Около полудня позвонил еще раз и сказал, что постарается вылететь четырехчасовым самолетом.
– Когда мистер Грили отправился в Сан-Франциско, какую одежду он взял с собой?
– Он просто побросал что-то в чемодан, вскочил в машину и уехал.
– В какую машину?
– В свою. Он оставляет ее в аэропорту. У меня собственная машина.
– Как он был одет?
– В серый двубортный костюм.
– Пальто?
– Пальто у него было переброшено через руку, он его не надевал.
– Был ли у него в этом чемодане какой-нибудь вечерний костюм? Иначе говоря, взял ли он с собой выходную одежду?
– Этого я не могу сказать. Он укладывал чемодан сам, но я не думаю, чтобы он...
– Свидетельнице следует воздержаться от заявлений о том, что она думает, - прервал ее судья.
– Общались ли вы с ним каким-то образом после того, как он уехал? спросил помощник окружного прокурора.
– Да, несколько раз. Он позвонил с просьбой найти в столе кое-какие бумаги.
– Когда вы снова увиделись с мистером Грили?
– Он приехал утром в четверг, очень рано. Затрудняюсь сказать, в котором это было часу.
– Вы говорите, он попросил вас найти какие-то бумаги?
– Да.
– Каким образом?
– Он позвонил мне.
– Когда?
– Около четырех.
– Откуда?
– Из Сан-Франциско.
– Откуда вы знаете, что из Сан-Франциско?
– Сначала телефонистка сказала, что вызывает Сан-Франциско, потом заговорил Эдлер и сказал, что он в Сан-Франциско. Он просил меня найти нужные бумаги и позвонить ему в Сан-Франциско по определенному номеру.
– Вы это сделали?
– Да.
– И позвонили ему?
– Конечно.
– Как вы ему позвонили?
– Заказала разговор с номером, который он мне сообщил.
– Помните этот номер?
– К сожалению, нет. Тогда я его записала на клочке бумаги возле телефонного аппарата, чтобы он был у меня под рукой. Эдлер не объяснил мне, что это за телефон, просто продиктовал номер. Потом я выяснила. Вы мне сказали...
– Не имеет значения, кто вам что говорил, - прервал ее судья Кортрайт.
– Как я понял, ваш муж сообщил вам номер телефона?
– Совершенно верно.
– Продолжайте, советник.
– Итак, - настаивал Хэнли, - вы заказали междугородный разговор, сказали телефонистке, что хотите поговорить с Сан-Франциско и дали ей тот телефонный номер?
– Правильно.
– И связались с мистером Грили?
– Почти сразу же. Телефонистка велела мне подождать и быстро меня соединила. Было семнадцать минут шестого. Разговор продолжался две с половиной минуты. Я всегда проверяю по часам междугородные разговоры.
– Вы сказали, что желаете поговорить с мистером Грили?
– Нет, я просто сообщила номер. Он сказал, чтобы я сделала именно так.
– После того как мы с вами разговаривали, вы просмотрели свой счет за междугородные разговоры?
– Да.
– И под девятнадцатым числом был обозначен этот звонок?
– Да.
– Используя это как основание, вы могли выяснить, что это был за номер, не так ли?
– Да.
– С того момента, как вы мне об этом рассказали, вы предпринимали какие-нибудь попытки выяснить, где именно в Сан-Франциско находится этот номер?
– Этим занимались вы.
– Это платный переговорный пункт в "Саузерн Пасифик депо" на Третьей и Таузенд-стрит, - пояснил Хэнли Мейсону.- Вы можете проверить это по счетам телефонной компании.
– Затем он повернулся к миссис Грили: - А не могло случиться так, что тот человек, с которым вы разговаривали, не был вашим мужем?
Она улыбнулась:
– Абсолютно исключается.
– Этот разговор состоялся примерно в семнадцать часов семнадцать минут?
– Да.
– А когда ваш муж приехал домой?
– Где-то после полуночи. Когда я с ним разговаривала по телефону, он мне сказал, что постарается успеть на ночной самолет. Я думаю, он говорил о десятичасовом самолете, который прилетает сюда после полуночи.
Понимаете, он уехал на машине и оставил ее в аэропорту. О, я уже говорила об этом...
– Вы лично не знаете, где он оставил свою машину?
– спросил судья.
– Только с его слов.
– Но сами вы не проверяли, была ли его машина в аэропорту?
– Нет, конечно. Я ее не искала, но мне точно известно, что приблизительно в четыре часа дня он находился в Сан-Франциско. И все еще был там в четверть шестого, потому что я разговаривала с ним по телефону.
– Вы слышали, как ваш муж вошел?
– О да. Он меня разбудил, но на часы я не посмотрела. Так что точно не знаю, в каком часу это было, хотя... Я легла в одиннадцать и долго не могла заснуть, поэтому могу сказать, что возвратился он где-то от часа до двух.
– Не заметили ли вы чего-нибудь необычного в его поведении?
– Нет.
– От него пахло спиртным?
– Нет.
– Он был в смокинге?
– Нет.
– Был ли он ранен в той или иной степени?
– Нет, конечно.