Чтение онлайн

– Ну нет, я отведу вас в самое шикарное заведение. И плевать на деньги!

– Нет. Я работающая девушка, и мне противно смотреть, как мужчина швыряет свой часовой заработок за чашечку мерзкого кофе, а нахальный официант еще и требует с него чаевых. Пошли. Я знаю одно замечательное местечко.

– Ничего подобного, - с улыбкой перебил ее Тэннер.
– Хоман меня выставил, но мне и не нужна его работа. Денежки я получил и знаю, где смогу получить еще.

– Потом не жалуйтесь, что я вас не предупредила.

– Договорились. Пошли. Возьмем такси.

– Зачем? Поехали автобусом.

– На такси.

– Послушай, может, ты переодетый сын Рокфеллера? Или международный шпион и получаешь плату за организацию саботажа в кинобизнесе?

– Идем же, Хорти. И перестань волноваться. Все о'кей.

– Недалеко отсюда, вниз по улице, есть замечательный китайский ресторанчик. Туда можно дойти пешком.

– Там мы не сможем потанцевать. А я люблю танцы.

– Я тоже.

– В таком случае я тебя приглашаю. Такси, эй, такси! Машина затормозила и прижалась к обочине. Тэннер распорядился:

– Прямо по улице. Через некоторое время я скажу, куда свернуть.
– Он помог Хортенс сесть в машину.- Знаешь, Хорти, у меня сегодня было отвратительное настроение. Но ты меня развеселила. В тебе есть что-то уютное и домашнее. Что, если мы сначала разопьем бутылочку пива, съедим по сандвичу и сходим на шоу?

– Мне завтра на работу.

– Забудь про завтра. Я доставлю тебя домой не очень поздно, так что успеешь немного вздремнуть.

– Идет.

– Я знаю прекрасный ресторанчик, который специализируется на сандвичах с ливерной колбасой на ржаном хлебе. И у них подают самое вкусное пиво в городе.

Хортенс откинулась на сиденье.

– Очевидно,- заметила она, - ты умеешь жить! Тэннер рассмеялся типичным для мужчин тщеславным смешком.

– Если как-нибудь вечерком ты захочешь увидеть город, пусть это будет суббота, когда не надо спешить домой. Договорились?

– Посмотрим. Только обещай мне больше не задирать Хомана. Не хочу идти рядом с мужчиной, у которого подбит глаз.

– Хоману лучше самому оставить меня в покое, - ответил Тэннер.
– Будь у меня возможность потолковать с ним один на один, он бы запел по-другому.

– Только не он, - сказала Хортенс с уверенностью человека, у которого есть определенный жизненный опыт.
– Такой пустозвон, как он, так и будет чесать языком. Что бы ты ему ни говорил, его не переделаешь.

– Ты же не знаешь, что я мог бы ему сказать.

– Нет, конечно. Зато я знаю типов, подобных Хоману. Когда-то я работала на одного такого. И вот что я тебе скажу: Хоману ни в чем нельзя верить. Этот человек привык работать на публику... Нет, я бы ему не доверяла.

– Да нет, Хоман ничего. Только врет насчет машины. Она изобразила на лице удивление.

– Почему ты так думаешь?

– Я не думаю. Я знаю... Вот послушай.
– Тэннер вытащил из кармана записную книжечку в кожаном переплете, открыл ее и принялся листать страницы.- Пожалуйста!
– воскликнул он.
– Хоман позвал меня утром восемнадцатого, сказал, что ему нужно сделать важную работу и он не хочет, чтобы его беспокоили, поэтому я могу быть свободен. А перед этим я только что привел машину в порядок, наполнил бак горючим, записал показания спидометра - я всегда так делаю. Тринадцать тысяч четыреста двадцать шесть миль. Потом я записал километраж после того, как машину доставили обратно. Ее притащили на буксире. Хоман собирался отправить ее на свалку и велел мне забрать из нее инструменты. И вот, пожалуйста: четырнадцать тысяч сто пятьдесят миль. Представляешь? С утра восемнадцатого до вечера девятнадцатого накручено семьсот тридцать две мили. Так что я могу доказать, что Хоман врет.

– Да?
– спросила Хортенс, демонстрируя полнейшее недоумение. Ну а что тут не так? Ведь это не очень много, верно? В день можно свободно проехать пятьсот или шестьсот миль.

– Я тебе объясню, что здесь не так. Все здесь неверно. Конечно, на такой машине можно проехать за день и семьсот, и даже восемьсот миль, но не забудь: Хоман говорит, что машина до полудня девятнадцатого была на месте. Ну а от полудня до десяти часов вечера ты при всем своем желании не накатаешь семьсот тридцать две мили!

– Господи Боже мой!
– воскликнула Хорти.
– Ну и как ты это объясняешь, Эрнест?

– Пока что я никак не объясняю, во всяком случае, не здесь и не сейчас, но поверь мне, сестренка, я заставлю Хомана кое-что объяснить мне с глазу на глаз. И я знаю, что он ответит.

– Послушай, - восторженно сказала она, - дай мне знать, чем все это кончится. Этот тип очень напоминает одного малого, на которого я когда-то работала. Интересно, как ты утрешь ему нос.

– Непременно, - пообещал Тэннер, обнимая ее за талию и придвигаясь поближе.
– А пока давай забудем про Хомана. Ты заметила, за нами увязалась какая-то машина? Ну да пусть следят. Эй, шеф, на этом углу сверни направо и остановись у кафе в середине квартала.

Тэннер расплатился с шофером, дал ему полдоллара на чай и повел Хортенс в небольшой, действительно уютный ресторанчик. Они заказали сандвичи и пиво. Тэннер щедро бросал монеты в музыкальный автомат, на котором стояли самые последние пластинки, и они с Хортенс танцевали под музыку. Через час он повел ее в один из лучших кинотеатров, купил билеты в ложу и уселся рядом, перебирая пальцы девушки.

– Я должен быть тебе благодарен, - прошептал он.
– Если бы не ты, меня вполне могли бы упрятать за решетку. А я вот тут отдыхаю и радуюсь жизни.

На мерцающем экране под звуки выразительной музыки появились имена действующих лиц и исполнителей. Затем потянулись имена сценаристов, технических работников - вплоть до костюмерш и гримеров.

– В Голливуде идут настоящие бои, - со смешком заметил Тэннер. Маникюрши всех кинозвезд требуют, чтобы их фамилии тоже мелькнули на экране.

Хортенс хихикнула.

Экран залил золотистый свет. Появились огромные синие буквы: "Продюсер Жюль Хоман".

– Вот дьявол!
– воскликнул Тэннер, хватая Хортенс за руку.
– Только этого не хватало! Пошли отсюда к чертовой матери!

Глава 16

Мейсон мерил большими шагами кабинет, засунув руки под мышки и выбросив голову вперед.

Пол Дрейк, раскинувшись поперек большого кресла, молча курил.

– Черт возьми, Пол! Все уже было чуть ли не доказано, и вдруг рассыпалось на мелкие части. Как одна из тех головоломок, где решение вроде бы лежит на поверхности, а на поверку оказывается, что ты взял ложный след. И начинаются неприятности.

– Понимаю, - усмехнулся Дрейк, - ты полагаешь, что тебя специально водили за нос, чтобы... Но это с их стороны было непростительной ошибкой.