Чтение онлайн

– Вы не взглянули случайно, была ли ваша машина на месте?
– спросил Хэнли.

– Считаю этот вопрос неуместным и несущественным, - возразил Мейсон. Он не касается сути дела, его можно рассматривать как попытку нанести ущерб подзащитной, обвинив ее в другом преступлении.

– Я хочу подчеркнуть, что постановка данного вопроса определяется одной целью - выяснить местонахождение машины, - пояснил Хэнли.

– При этом условии разрешаю ответить на данный вопрос, - произнес судья Кортрайт.
– Отвечайте.

– Да, сэр. Около четырех часов дня мне захотелось проветриться. До этого я трудился без отдыха и неожиданно почувствовал, что безумно устал. Я вышел и направился к машине, чтобы проехаться вокруг Малхолленд-Драйв. Моя машина исчезла.

– Ну и что вы предприняли, чтобы отыскать свою машину?

– Возражаю, данный вопрос считаю несущественным и не относящимся к делу, - сказал Мейсон.

– Возражение принято.

– Полагаю, вы можете приступить, - сказал Хэнли, слегка поклонившись Мейсону.

Хоман поднялся с места и собрался покинуть возвышение.

– Одну минуточку, - остановил его судья Кортрайт.

– Разве со мной не закончено?

– Мистер Мейсон имеет право на перекрестный допрос.

– Ох!
– вздохнул Хоман и раздраженно посмотрел на адвоката.

– Всего лишь несколько вопросов, - сказал Мейсон, - относительно характера вашей работы, мистер Хоман. Когда вы сосредоточиваетесь, полагаю, вас страшно раздражает все, что отрывает от дела?

– Очень.

– Вы отвечаете на телефонные звонки?

– Нет. Я отключаю телефон.

– Как?

– У меня на аппарате есть небольшой выключатель. Его специально вмонтировали по моей просьбе.

– Однако же вы иногда и сами звоните?

– Крайне редко. Характер моей работы таков, что несведущий человек едва ли может о ней судить. Она требует наивысшей степени сосредоточенности.
– И Хоман взглянул на судью.

– Не можете ли вы припомнить какого-нибудь разговора или ситуации, которые бы объясняли, почему мистер Грили взял вашу машину?

– Абсолютно ничего такого, Я убежден, что мистер Грили не брал моей машины.

– И в тот период, когда вы сосредоточенно работали, вы никому не звонили?

– Нет, сэр. Не звонил.

– А какие дела были у вас с Л.К. Спинни в Сан-Франциско?
– небрежно спросил Мейсон.

Хоман молча уставился на него.

– Вы не можете ответить на этот вопрос?

– Я его не понимаю. У меня нет никаких дел с мистером... как вы его назвали?

– Спинни, Л.К. Спинни.

У меня нет никаких дел с мистером Спинни в Сан-Франциско. Я никогда не слышал о таком человеке. Теперь я припоминаю, один раз вы уже упоминали это имя.

– Вы не звонили ему ни во вторник, ни в среду?

– Нет, конечно.

– И он вам не звонил?

– Нет.

– А вот это, мистер Хоман, может оказаться исключительно важным. Не забывайте, что счета телефонной компании всегда можно проверить и...

Хоман прищелкнул пальцами - характерный жест нервного человека, которому пришла в голову неожиданная мысль.

– В чем дело?
– спросил Мейсон.

– Мистер Мейсон, я не знаю, куда вы клоните, но вот что я хочу вам сказать. Если вы сумеете доказать, что с моего телефона был заказан и состоялся какой-то междугородный телефонный разговор во вторник или среду, вы окажете мне огромную услугу, поистине огромную.

– Почему, могу ли я спросить?

Хоман откашлялся, покачал головой и сказал:

– Я предпочел бы сообщить вам об этом в частном порядке, мистер Мейсон.

– А я предпочитаю, - улыбнулся Мейсон, - чтобы вы ответили мне публично.

– Это не имеет никакого отношения к данному делу, то есть...
– Он заколебался.

– Да?
– поторопил его Мейсон.

– Я не думаю, что это как-то связано с данным делом.

– И все-таки, может быть, связано?

– Да.

– В таком случае будет лучше, если вы информируете его честь и предоставите ему судить об этом.

Хоман плотно сжал губы, нахмурился и с решительным видом несколько секунд разглядывал рисунок ковра на полу. Потом заговорил:

– В последнее время у меня появились подозрения, что мой шофер ведет с моего аппарата какие-то междугородные разговоры по своим личным делам. Я буду крайне признателен, если вы предоставите факты, подтверждающие мои подозрения. Я уже предупреждал его, но мне хотелось бы выяснить все это до конца.

– Как зовут вашего шофера?
– спросил Мейсон.

– Тэннер, Эрнест А.Тэннер.

– Он находится в суде?

В зале послышался шум. Затем поднялся какой-то человек.

– Я здесь, но я не...
– медленно произнес он.

– Сядьте, - бросил судья Кортрайт.
– Присутствующие в зале не должны прерывать ход судебного разбирательства.

Хоман гневно сверкнул глазами в сторону широкоплечего молодого человека, который, казалось, был настроен весьма решительно, но под суровым взглядом судьи сразу же сник и медленно сел на место.

– Вы не знаете никакого Л.К. Спинни?

– Нет, сэр, не знаю. И если с моего телефонного аппарата восемнадцатого или девятнадцатого числа велись какие-то междугородные разговоры, то это сделано без моего ведома человеком, который не имел права этого делать.

– Разве вы не проверяете ежемесячно свои счета за междугородные разговоры?

Хоман нетерпеливо затряс головой.

– Нет. У меня нет времени на подобные пустяки. Я просто даю распоряжение секретарю оплатить все текущие расходы. В последние несколько месяцев я, случалось, замечал, что в моих телефонных счетах есть номера, о которых я решительно ничего не знаю. Ну, я принял это как должное по-видимому, решил я, это названивает своим приятелям мой младший братец. На днях, к случаю, я сказал ему об этом. Полагаю, мне не нужно сейчас пересказывать наш разговор... Ну, если вы уже закончили со мной, то меня ждут неотложные дела... фактически я должен...

Заговорил судья Кортрайт:

– Джентльмены, приближается время перерыва. Если опрос может быть завершен в ближайшие несколько минут, суд продлит заседание. В противном случае разбирательство будет возобновлено завтра.

– Ваша честь, - сказал Хоман, - я просто не могу приехать завтра. Сегодня я здесь только потому, что меня заставили прийти. У меня неотложное дело и...

– Мне бы очень хотелось задать вам еще парочку вопросов, мистер Хоман, - прервал его Мейсон.
– Об этом телефоне. Вы сказали, что отпустили и филиппинца, и шофера...