Чтение онлайн

Не пробежав и пяти десятков метров от подъезда, я почувствовала, как сильные руки обвились вокруг меня, грубо толкнули в микроавтобус, сунув что-то мокрое и жутко вонючее в лицо.

Помню, микроавтобус был белый. С мелькнувшим номером «ККК 222».

Очнувшись, я поняла, что машина едет. Это уже немало, когда связаны ноги и руки, во рту кляп, а на глазах повязка и мешок.

Когда видела такое в кино, думала, почему похищенные не кричат – подумаешь, завязали им рот? Но тот кляп, что был у меня, оказался перевязан только сверху – внутри тугая ткань, напитавшаяся теперь слюной и разбухшая. Уверена, если я вздохну глубже и подавлюсь ею, то умру от асфиксии.

Все, что оставалось сделать – задержать дыхание, успокаивая бешеный стук сердца.

Что еще было очевидным? На кистях рук за спиной пластиковые стяжки и на ногах тоже. Тряска. Я еду. Похитителей было двое, и действовали они профессионально и быстро. На какое-то время я отключилась из-за хлороформа, а очнулась связанной, с кляпом, с повязкой и мешком.

Кислорода много, я могла вдыхать его носом, чувствуя свежесть, а не затхлость, и я не лежала на боку, а сидела, прислонившись спиной к двум горкам резины.

Мало кто догадался бы не класть человека в отключке на спину. Тогда бы мои шансы не задохнуться были пятьдесят на пятьдесят.

Неожиданностью стало шевеление у ног. Несмотря на кляп, я начала ныть, давая понять, что я жива и что я рядом, если там валялась еще одна жертва похищения.

– Кира? Вашу мать… Кира?! Это ты?!

Мое дерганье и нытье усилились. Я узнала его голос, это был Максим. Нас что, как заразных с токсином в мозге похитили, чтобы изолировать, а то и…

– Если попробуешь подвинуться ближе, я зубами стяну твой мешок и кляп. Можешь?

Я быстро и часто закивала, затрясла своим мешком, подпрыгивая на пятой точке.

– Ладно. Тогда перемещайся влево.

Послушавшись, я стала подпрыгивать левее и обогнула горку из трех шин.

– Сейчас ты упрешься в меня. Да, все. Готово. Опрокидывайся мне на колени головой вверх. Я нагнусь и стяну зубами мешок.

Кивнув, я сделала, как он сказал. Ткань у подбородка зашевелилась, и через пару мгновений пропал мешок, потом и повязка с глаз.

– Все хорошо, не бойся, тише, – опустил он голову, прикасаясь своим лбом к моему. – Теперь я должен развязать кляп. Вижу узел. Он возле щеки. Нужно ослабить. Сможешь повернуться ко мне в профиль?

Я кивнула.

Приблизившись, Макс предупредил:

– Наверное, я буду сильно трясти. Может, обслюнявлю.

Я завыла и задергалась, пытаясь сказать: «Быстрее! Просто сними с меня этот чертов кляп!»

– Ну все, все! Начинаю!

Схватив за узел кляпа, он начал его ослаблять. В первый раз аккуратно, а потом все более рьяно. Он часто дышал, откашливался, вгрызаясь в мою щеку (точнее, в ткань). Я старалась помогать и тянула в другую сторону, когда он тянул на себя. В конце концов узел передвинулся мне на губы.

– Это будет какой-то маньячно-извращенный поцелуй, если я продолжу грызть кляп на твоих губах.

– М… м-м-м-м!!! – завертелась я гусеницей, показывая взглядом, чтобы он продолжал.

Около моих губ он вгрызался уже без кашля и рычания. Я задерживала дыхание, чтобы не отвлекать его, и зажмуривала слезившиеся глаза. Чуть не испытав намек на удовольствие от происходящего, я махнула головой и ударилась лбом о пол.

Макс решил, что я упала и ударилась из-за него, и виновато помог мне плечом и локтем снова вернуться к нему на колено.

– Прости, потерпи. Почти все!

Он впился зубами в ткань, захватив и ту, что была у меня во рту, и вытянул все разом.

Я повернулась лицо вниз, вытирая слюни о колени его джинсов.

– Отдышись, откашляйся… не спеши.

– Что происходит? Кто эти люди?..

– Не знаю. Отец даст им что угодно.

– Это из-за токсина в нас?

– Ты про что?

– Результаты тестов тех, кто был на катере! Два человека заражены! Я и ты.

– Не я. У меня отрицательный результат. Я поэтому забил на совещаловку. Адвокат поехал без меня. А у тебя нашли?

– Да… но я была уверена, что ты тот второй… Что нас Полина отравила!

– И капитана тоже? Зачем? Она в принцесс никак не наиграется. Убивать людей ядом… Скорее на это решился бы твой Камиль. Странный он. Патологический лжец.

– Ну прям все как я люблю… Как ты попал в Нижний?

– В Нижний? – переспросил Макс. – Мы что, в Нижнем?

– Я к бабушке уехала. Господи, хорошо, что хорек у нее, а не дома взаперти.

– Я тут с ночи болтаюсь вообще-то. Сумел избавиться от кляпа, и один раз дали отлить.

– Мы на запад едем, – быстро оценила я направление. – Вон, щель у дверей. Я в отключке час. По солнцу можно сделать вывод, что машина идет на запад.

– А что на западе от Нижнего?

– Поселки, лес, деревни. И Москва. Она тоже на западе.

– Кажется, останавливаемся.

Минивэн ехал медленно. Судя по тряске, мы свернули. Дорога под колесами была теперь сплошь в выбоинах, слышался плеск луж и пахло хвоей.

– Еловый лес, – вдохнула я, – рельсы, слышишь? Коурково… там ближайшая железная дорога и хвойные леса. До него как раз час езды.

Нас трясло еще минут сорок.

– Тише, – закрыл меня плечом Максим, когда машина остановилась, – не провоцируй их.

Задние дверцы минивэна распахнулись, и мы увидели человека в черной балаклаве и камуфляжной одежде. Судя по его размерам – плечистый и высокий, – вступать с ним в бой в связанном состоянии нет никакого смысла. К тому же на поясе у него была кобура.

– На выход, – приказал он.

– Дай телефон, – не шевельнулся Максим, – я позвоню отцу, и он вышлет к вам вертолет бабла.

– На выход! – ударил плечистый рукоятью охотничьего ножа о кузов.

– На какой выход, дубина? Ноги связаны. Нам не встать!

– Тогда ползи. Еще одно слово, и я запихну вам не тряпки в пасть, а мячи. И не для пинг-понга, а теннисные, – гоготал он, – или баскетбольные!

– Как бы я тебе что не запихнул, урод! – огрызнулся Максим.

А сам меня просил не провоцировать.

– Эй, красотка! Твой парень впихнуть мне грозится! – заржал плечистый в маске, подтягивая ремень брюк.