Чтение онлайн

– Есть причины для сомнений, Андрей Андреевич. – Уверенный тон показывал, что Гордеев успел тщательно обдумать происходящее. – Первая: очень вовремя. В настоящий момент у нас есть улики только против Орлика. Орлик умирает. А значит, если мы не найдём других улик, цепочка обрывается.

И сколько бы в действительности не было педофилов, они уйдут от ответственности.

– У Орлика были проблемы с сердцем?

– Я отправил ребят поговорить с его врачом, но не удивлюсь, если были: в таком возрасте мотор у многих начинает барахлить.

– С этим не поспоришь… – Васильев подумал, что имеет смысл пройти, в конце концов, плановую диспансеризацию.

– Вторая причина – внезапно отключившиеся камеры видеонаблюдения. Мы не знаем, что происходило в парадном в эту ночь.

– Но следов диверсии нет? – уточнил полковник.

– Нет. Сказали, что поломка. – Гордеев покачал головой, показав, что не очень-то верит такому ответу. – Третий повод для сомнений – картина, которую мы обнаружили в квартире. Авторская копия «Демона скучающего» с письмом от Абедалониума.

– Абедалониум подарил Орлику картину? – удивился полковник.

– Именно так. И мне кажется, что это чёрная метка.

– Хм… – Васильев вновь почесал подбородок. – Театрально как-то.

– Так ведь художник.

– Почему картина вызывает сомнения?

– Пока вызывает, – уточнил Гордеев. – Пока я не узнаю, как она попала в квартиру Орлика. Феликс задал хороший вопрос: раз картина дорогая, с личной подписью Абедалониума, почему Орлик держал её в шкафу своего тайного логова? Почему не выставил напоказ?

– Хочешь сказать, что картину мог принести убийца?

– Это одна из версий.

– Театрально.

На этот раз комментировать начальника Никита не стал. В конце концов, предположение и впрямь выглядело если не театрально, то литературно. Тем не менее оно останется до тех пор, пока не будут установлены все детали.

– Когда состоится официальный допрос Ариадны Орлик?

– Завтра утром, – ответил Гордеев. – Она при мне созвонилась с Голубевым и договорилась о времени.

– Ты ей сказал?

– Сказал, что подозреваем убийство, а подробности расскажет следователь.

– Иначе бы она сорвалась?

– Так точно, Андрей Андреевич, иначе бы она сорвалась, и я ничего не узнал.

Невозможно не сорваться, когда сначала узнаёшь, что твой отец умер, возможно, был убит, что он был гомосексуалистом, а ты об этом ни сном ни духом, и следом – что твой отец подозревается в совершении преступления, о котором говорит весь город. И вся страна.

– Что же ты выяснил?

– Ариадна не знала о существовании квартиры, в которой мы обнаружили Орлика. Она сразу об этом сказала и во время обыска вела себя правильно, как должна была вести себя женщина, впервые оказавшаяся в незнакомой квартире. И её очень расстроило содержимое шкафа.

– Она всё поняла?

– Она не дура.

– Спросила? – помолчав, поинтересовался Васильев.

– Да.

– Что ответил?

– Что мы не лезем в личные дела граждан.

– Пока сойдёт. Её действительно расстроило содержимое шкафа? Для неё оно стало неожиданным?

– Ариадна клянётся, что понятия не имела, что у её отца такие… пристрастия. После смерти жены Орлик жил один, Ариадна спрашивала, не хочет ли он жениться, Орлик отвечал, что никого больше не приведёт в дом и что его интересуют только непродолжительные связи. На светских мероприятиях он всегда появлялся с женщинами, иногда – с девушками из эскорта.

– Придётся с ними поговорить.

– Ещё людей дадите? – уныло поинтересовался Гордеев.

Васильев и сам понимал, что группу придётся увеличивать, но пока решил майора не обнадёживать.

– Посмотрим. Но не обещаю.

– Понимаю. – Никита вздохнул. – Когда будет официально объявлено об Орлике?

– Это Голубеву решать. Или кому повыше. – Васильев машинально переложил несколько бумажек. – Что скажешь о Вербине?

Что именно имеет в виду полковник, было понятно без дополнительных разъяснений.

– Феликс чётко понимает своё положение и свою роль, – твёрдо ответил Никита. – Он ищет убийцу, одеяло на себя тянуть не станет и – я в этом уверен – будет полезен в расследовании. Я себя не принижаю и ребят своих тоже, но я очень доволен, что Феликс работает с нами.

– Одна голова хорошо, а две лучше?

– Две хорошие головы – это джекпот, Андрей Андреевич. И они у вас есть.

* * *

Распрощавшись с Адой и Полиной, Феликс прогулялся по Невскому: нужно было проветрить голову после долгого пребывания на выставке и разговора в ресторане. Неспешно добрался до Казанского, постоял, разглядывая с детства знакомую колоннаду, затем перешёл на другую сторону проспекта, купил кофе и с той же медлительностью вернулся к машине. Во время прогулки не только проветрился, но разложил по полочкам полученную за день информацию и прикинул дальнейшие шаги. Организм настойчиво звал в какое-нибудь заведение, поскольку вся сегодняшняя еда ограничивалась съеденным наспех завтраком, а запахи в итальянском ресторане окончательно его раздразнили, но, взглянув на часы, Феликс решил не торопиться: для обеда поздно, для ужина рано, лучше потерпеть. И отправился в отель, где жил Чуваев до отъезда в Москву. Ребята Гордеева там уже побывали, забрали вещи и записи видеокамер, но Феликс не мог не осмотреть его.

Отель, как и обещал сайт, оказался не роскошным, но и не дешёвым, достойным, хорошо оформленным заведением для обеспеченных людей из верхнего слоя среднего класса, привыкших за свои деньги получать соответствующее обслуживание. Очень удобное расположение – тихая улица в историческом центре. Приятные и вежливые девушки за стойкой, которые, увидев документы Вербина, сразу вызвали начальницу.

– Да, жил, – произнесла менеджер, внимательно изучив фото Чуваева. Чтобы не пугать свидетелей, Феликс показывал фотографию из паспорта, а не морга. – Ваши уже приходили и всё осмотрели.

В голосе – никакого раздражения. Так, лёгкая усталость, вежливая демонстрация того, что необходимость повторного визита полиции вызывает у менеджера сомнения.

– Меня только вчера подключили к расследованию, – солгал Феликс. – Вот я и решил заехать и лично посмотреть, что тут и как.

– «Тут и как» у нас обыкновенный отель, – натянуто улыбнулась менеджер. – И мы впервые переживаем нашествие полицейских.

– Я постараюсь закончить как можно быстрее, – пообещал Вербин.

– А что вы собираетесь делать? – насторожилась менеджер.

– Только посмотреть и поговорить. – Феликс достал записную книжку. – Можете сказать что-нибудь об этом человеке?

– Ничего. Обыкновенный гость. Не буянил, претензий не предъявлял, ничего не требовал. Незаметный.

Таких гостей персонал отелей любит. Именно потому, что не замечает.

– Посетители у него были?

– Я не помню.

Девушки кивнули, подтверждая слова менеджера. Впрочем, если были, видео это покажет.

– Он уехал раньше срока, у него ведь ещё две недели оплачены. Я предложила оформить возврат средств, у нас есть такая услуга, но он сказал, что вернётся.