Чтение онлайн

– Зато там панночки. Надеюсь, молодые и не страшные, - Алекс потянулся по-кошачьи.
– Я уже соскучился по женской ласке.

– Ага, и двух недель не прошло, он уже соскучился. Забыл Ренату?
– поддел его Воронцов.

– А графиню Жаннет в Хейльсберге? А то она справлялась о тебе, - хитро подмигнул ему Арсеньев.

– Что, правда?
– спросил Бенкендорф, но как-то вяло.

– К ней не подступишься, - признался Митя.

– Как и ко всем коновым, - вздохнул Марин.

– Вот жизнь - к коновым не подступишься, с неконовыми скучно, - заключил Лев.

– Но ты-то подступился, - поддел его Алекс.

– Молчи, Бенкендорф!
– зарычал его приятель.

– Зато тебе, кажется, с неконовыми весело, - заступился за кузена Майк.

– И я этого не скрываю, - подтвердил барон.
– В отличие от некоторых эстетов... Моника ничего такая девочка, ладненькая, правда ведь?

Он ехидно улыбнулся.

– Go f*ck yourself, - бросил ему Воронцов.

– Чего?

– Хватит, Костуй - почти женатый человек, нечего его дразнить, - сказал Марин.

– Ты бы тоже, Петрарк, не болтал лишнего, - гневно посмотрел на него Воронцов.

– Брось ты, как будто мы здесь не свои, - возразил "воин и поэт".
– Натали Орлова ждёт тебя, думала, что тебя пришлют с вестью о победе. Это любовь, Костуй. Поверь мне.

Майк сжал пальцы в кулак, бросил на друга яростный взгляд и вышел во двор, хлопнув дверью.

– И что я такого сказал?
– бросил ему вслед Марин.
– Я констатировал факт.

– Не все факты нуждаются в констатации, - тихо произнёс Алекс.

Вскоре они были званы к Потоцким на неделю увеселений. Сам замок и сад напоминали о той, другой, довоенной жизни. Не сказать, что приём был слишком радушным. Алекс это чувствовал. Две дочери этого обширного семейства, Яна (или Jeannette) и Зося (или Sophie), а также воспитанница семейства Ванда при виде молодых русских офицеров демонстративно переходили на польский и задирали нос.

– Я думаю, этих панночек нужно приучить уважать силу русского оружия, - как-то проговорил Лев, когда они сидели за обедом на веранде.

Алекс стрельнул глазами в сторону Яны и Ванды, рассматривая их прелести. Первая была выше ростом и тоньше, миловидная и черноволосая. Ванда зато обладала куда более обширными и богатыми формами. Что касается Зоси, то, по мнению барона, она была ещё девчонкой и его не заинтересовала.

– Сложный выбор, - заметил он.
– Осада, кстати, предстоит долгой.

– Не думаю, - самоуверенно проговорил Нарышкин.

– Зря. В любом случае, попытка не пытка, - и Альхен многозначительно поднял бокал с вином, словно предлагая тост.

Этим вечером, он, ложась спать, сделал интересное открытие: малая гостиная на женской половине замка имела общую стену с его спальней. И именно в этот день Ванда, Яна и Зося заняли эту комнату для того, чтобы поболтать. И болтали они на чистом французском языке, причем довольно громко, никого не стесняясь. Алекс весь обратился в слух.

– Прошел день, и нет письма от AndrИ, да?
– поддразнила Зося старшую сестру.

– Ты сама прекрасно знаешь, что нет!
– закричала Яна.
– И я не понимаю, что его удерживает от того, чтобы написать мне хоть пару строк.

– Красивые варшавские паненки, наверное, - сказала её младшая сестра.

– Замолчи! Вообще тебе спать пора!
– вспыхнула Жаннет.

– Ну-ну. Анжей женится, наверное. А потом уедет в Париж, а там mademoiselles. Ты что, серьёзно думаешь, что он тебя любит?
– София была девушкой острой на язык, как видно. Алексу такие обычно не нравились. Он заметил, что язвительность и красота у женщин обычно находятся в обратной пропорции.

– Он женится на мне, - твёрдо проговорила Яна.

– Женится? Вы даже не помолвлены, - перебила её сестра.

– Иди уже спать!
– закричала Жаннет.

– А ведь это правда, помолвки же не было, - спокойным, низким голосом проговорила Ванда.
– И вряд ли будет, уж извини, ma chХre. Я в это не верила с самого начала. Ведь он из Чарторыйских.

Алекс насторожился, услышав знакомую фамилию.

– Но ведь женился же его дядя Константин на панёнке Радзивилл, - возразила Жаннет.

– Да, женился, а бедная Сесиль...
– вторила Зося.

– Софи, тебе не полагается это знать. Иди спать, в самом деле. Ещё не выезжала, а рассуждает тут. Мне M-lle Chantal звать?
– Ванда была старше и авторитетнее. Вскоре действительно, как понял Бенкендорф, появилась гувернантка, напомнила о том, что час уже поздний, и увела младшую из Потоцких спать, сказав и старшим девушкам, чтобы они долго не засиживались.

– Неужели всё дело в семье?
– продолжала Яна.
– Меня пытаются убедить, что да. Может быть, он не пишет, потому что ему запретили мне писать?

– И такое может быть. Вспомни, сколько ему лет, - проговорила Ванда.
– Не думай о нём так много. Думай лучше об офицерах.

– О москалях? Они же глупые и неотёсанные.

– Ты сравниваешь их с теми, которые стояли у нас в прошлом месяце. Те да, неотёсанные. А эти - далее Ванда что-то очень тихо сказала своей собеседнице.
– Кого из них выбираешь?

– Матка Боска, а если AndrИ узнает!
– воскликнула Яна.

– Откуда?
– рассудительно спросила Ванда.
– Мне лично нравится этот высокий, светленький. Правда, он ни на кого не смотрит. А тебе? Держу пари, что этот сладкий брюнет.

– Нет, мне такие не очень...

Алекс мигом понял, о ком они говорили, и ждал, что сейчас речь зайдёт о нем. И действительно, Ванда мечтательно произнесла:

– Вот этот, который в чёрном, тоже весьма ничего.

Яна аж прыснула:

– Он же рыжий и страшный.

Алекс заскрежетал зубами от злости. Его ещё никогда девицы не называли "рыжим", а уж тем более, "страшным", и он мысленно обозвал старшую княжну Потоцкую "стервой".

– Он не какой-то москаль, а курляндчик, - произнесла его защитница и поклонница.
– И что, твой Анжей, хочешь сказать, красивее? Да он мальчишка!